Отзывы о книге Город и город

Роман написан в 2009 году британским фантастом, входящим в группу авторов "New Weird" (дословно "новые странные"). "New Weird", по их собственным словам, "пытаются спасти фэнтези из тисков коммерции и жанровых клише эпигонов Толкина".

"Город и город" выделяется из числа книг Ч. Мьевиля - это роман-утопия с детективным сюжетом без намека на фэнтези или фантастику. Здесь сразу 2 интриги: собственно расследование убийства и локация, в которой расследование проводится.

Два города - Бещель и Уль-Кома - физически занимают одну площадь, нелинейно разделенную между ними. Есть области, принадлежащие только одному городу, есть заштрихованные и ничейные области. За соблюдением границ следит вездесущая Брешь. Жителей каждого из Городов с детства приучают "невидеть" и "неслышать" соседей сопредельного, игнорировать, проходить мимо, опускать глаза.

И вот на окраине Бещеля находят труп молодой женщины. За расследование берется инспектор Тьядор Борлу из отряда особо опасных преступлений. Оказывается, что женщина проходила практику в Уль-Коме в составе группы студентов-археологов. Казалось бы, очевидное дело Бреши - жительница Уль-Комы или её убийца нарушили границы Городов. Но нет, Брешь утверждает, что нарушения не было, и инспектор Борлу отправляется в служебную командировку из застойного Бещеля в прогрессивную Уль-Кому. Расследование продолжается.

Так ли уж отличаются жители двух городов? Что заставило разделиться некогда единое пространство? Автор дает в книге свои, немного фантастические ответы. А читатель может додумать свои. В конце концов, все мы живем, так или иначе не замечая того, что не хотим замечать. Белые и цветные, здоровые и инвалиды, богатые и бедные, русские и американцы, евреи и немцы, - да мало ли чего ещё, и у каждого своя Брешь. А планета одна.

Пять с минусом из 5 за сумбурность начала. Теперь хочу прочесть «Вокзал потерянных снов».

P.S. В 2018 году BBC снял минисериал "Город и город". Сериал упростил идею "городов" и добавил инспектору Борлу личный мотив, на мой вкус абсолютно лишний. Да, и в угоду моде студия сделала уль-комовского инспектора, коллегу Борлу, женщиной-лесбиянкой. В общем, читайте книги, господа.

Очень странная книга. То ли потому что я долго её читала, то ли по какой-то иной причине, но она показалась мне слишком растянутой для описываемых там событий. Сам сюжет довольно прост и мог бы уместиться и в половину объема.

Но мне кажется, что сюжет и персонажи (довольно блёклые, по большей части) здесь совсем не главные. А главное - Город. Точнее, Город и Город. В чем автору не откажешь, так это в умении отлично выписывать атмосферу и обстановку двух Городов, которые, казалось бы, находятся совсем рядом, но при этом бесконечно далеки друг от друга. Хотя с ними у меня тоже вышло разобраться далеко не сразу. Поначалу я подумала, что они вообще никак не соприкасаются, и любое взаимодействие запрещено, однако позже выясняется, что есть специальный Связующий Зал, через который можно проходить в обе стороны, получив визу.

За деталями и тщательно выписанным взаимодействием Городов сюжет почти не заметен, события как бы размазываются среди описаний быта и не-видения. Да и вообще сложилось впечатление, что это - грандиозный установочный приквел к какой-то книге.

Начну с очевидного - этот роман получил премии Хьюго, Локус, Китчисс, Артура Кларка и еще ворох всего, в описании к книге есть полный список. Это как минимум заявка, привлекающая внимание. Я же пришла к чтению чуть по иным причинам. Мне нравится, когда автор играет с читателем, заставляет напрячь голову, будь то интеллектуальная задачка или воображение. И мне нравится то, что делает Мьевиль. "Город и город" - это на первый взгляд детектив, вот только разворачивается он в очень уж необычном антураже. Чайна Мьевиль в очередной раз предлагает потренировать фантазию и вообразить маловообразимое. Только теперь, вместо того чтобы создавать в голове образы, порожденные писательским талантом, он предлагает не смотреть. Не-видеть. Так, как живут люди Бещеля и Уль-Комы, городов-государств, места действия. Географически они представляют собой единое пространство, но фактически разделены незримой границей сильнее, чем если бы находились на разных континентах. И вот тут при прочтении нужно вспомнить, что автор не зря получил прозвище "писателя городов". Сам по себе детективный сюжет здесь вторичен, на переднем плане у нас города и их обитатели. Нарисовать для читателя пространство, детально и с любовью описать устройство и царящую атмосферу, особое внимание уделить власти и политике - Мьевиль умеет, может, практикует. Вот политики здесь, пожалуй, действительно много - и это тоже характерная черта творчества автора(тут я с сомнением смотрю на стоящий на полочке Октябрь - вот уж где он должен развернуться....). Я в этой теме не особо сильна, к сожалению, поэтому просто принимала информацию к сведению, но люди понимающие, думаю, не останутся равнодушными. Бещель и Уль-Кома в романе в некоторой степени противопоставляются друг другу, по характеру жителей, по развитию, по своей архитектуре. Собственно, все в этих городах направлено на отличие друг от друга, ведь обитатели должны мгновенно различать своих и чужих, потому что нарушители границы попадают в поле действия Бреши - таинственной карательной организации. В этих условиях и будет расследовать убийство бещельский детектив Тьядор Борлу. И неизвестно, к раскрытию каких тайн приведет его это дело, ведь тут и там начинает мелькать информация о загадочном Оркини, существующем в тени двух городов. Текст удивляет, понемногу, но каждый раз и в каждой главе. Не чем то глобальным, но деталями, которые заставляют оценить вроде бы предсказуемые события чуть по другому, посмотреть с иной стороны. И доля фантастики лишь легкой вуалью прикрывает пугающую реалистичность этого произведения. Может, Чайна и не сказал ничего нового, но все мы нуждаемся в повторениях, нуждаемся в этом взгляде и автор выбрал интересную и весьма доходчивую, как мне кажется, форму.

А теперь немного спойлерная часть, без раскрытия сюжета, но как раз о тех деталях, которые меня удивили.

И небольшая читерская деталь - как сам Мьевиль объясняет идею своего романа в одном из интервью. На мой взгляд, достойно цитирования:

— В вашем романе «Город и город» есть отличная концепция специального не-видения, которому специально учат, по-настоящему оруэлловская идея. Ровно то, чему учили в советских школах, а потом приходилось заново учиться смотреть по сторонам...

— Конечно, когда я писал об этом, я знал, что у этой концепции есть сильные политические толкования. В отличие от других моих книг, полностью выдуманных, «Город и город» основан на преувеличении уже существующей логики. Эта идея не-видения — это то, что мы делаем все время. На разных уровнях. Мы все применяем фильтры, просто обрабатывая информацию об окружающем мире. Это необходимо биологически, но это и политически заряжено.

В разных странах, системах и политических структурах есть свои способы не-замечания. В сталинском блоке это была, конечно, очень политизированная история, с серьезными наказаниями за нарушение этого правила. В других странах это может быть более тонко. Но так или иначе этот процесс идет где угодно.

Я не хотел, чтобы ассоциации были совсем прямыми — «он на самом деле говорит о …» (заполните пропуск). Но, разумеется, я думал об этих коннотациях.

— А можете дать мне пример специального не-видения чего-нибудь в современной, скажем, Британии?

— Конечно. Это происходит все время. Очевидный пример — ты не видишь бездомного. В любом обществе, которое имеет хоть какое-то право называться цивилизованным, пройти мимо человека, которому придется сегодня спать на крыльце, — безумное варварство. Но мы делаем это все время. Можно пойти чуть дальше и сказать, что статистически количество душевнобольных среди бездомных заметно выше, чем в других группах. Так что вы можете в любом крупном городе найти человека, который демонстрирует такое поведение, которое, если бы его продемонстрировал ваш друг на семейном обеде, вызвало бы желание немедленно вызвать скорую. Об этом человеке надо было бы немедленно позаботиться, но все реагируют так: «Это ужасно, но что я могу сделать?»

Я не хочу никого оскорбить: люди, как правило, вполне приличны, просто мы очень социальны, и общество научило нас не обращать на это внимания. Так что вот вам ежедневный пример из жизни неполицейского демократического государства.

Я, честно говоря, ждал большего. Это не упрек - кто же мне доктор, что я не прочел вовремя аннотации к другим романам Мьевиля: оказалось, что секс с человекожуками и прочая завлекательная босхиана - это не про "Город и город". Здесь буйство фантазии ограничено особенностями хронотопа: как можно подсмотреть в других рецензиях, действие происходит в частично пересекающихся городах-государствах, которые (со)существуют ровно настолько, насколько не замечают друг друга; проще говоря, в одном и том же городе с диссоциативным расстройством личности. Образ крут - западло только в том, что не так уж и фантастичен, два (а то и больше, что тоже не противоречит авторскому замыслу, простите за тизер/спойлер) не замечающих друг друга города в одной локации - да хоть завались такого по всему миру: еще скажите, что та же Москва - это не несколько городов в одном; а что, например, Минск - это двойной город, и вовсе відавочна любому, кто умеет не только смотреть, но и видеть. Так что Мьевиль не столько изобретает новую реальность - он вжимает педаль в пол, пытаясь одновременно и остранить привычные, а потому и незамечаемые границы, и придать этому гротеску черты правдоподобия (отсюда множество отсылок к реальным топонимам, которые должны уверить читателя, что города-братья застряли где-то между Балканами и Ближним Востоком - регионами с образцово-показательной множественностью идентичностей, как легко сообразить). В общем, проблема в том, что на этом изобретательность заканчивается. На интересном фундаменте выстроен классический детектив-whodoneit, довольно сухо, но бодро развивающийся в рамках, заданных условиями задачи, плюс-минус политические взгляды автора (для кого ж еще, кроме современного левака, социал-демократ и либерал хуже ультраправых националистов). Принял эти условия - и можно искать разгадку так же, как и в любом другом детективе, что хорошо, но мало - все-таки хотелось более сложных вызовов.

За что люблю Мьевиля, так это, безусловно, за талант создавать свои собственные миры, в которые погружаешься так качественно, что вытаскивать себя оттуда приходится с некоторым усилием. Создавать вымышленный мир фактически с нуля в принципе сложно - возможно, это одна из самых сложных вещей в писательстве в принципе, - а Мьевилю это удаётся. На все сто. Уже есть за что его уважать. Эту книгу не хотелось выпускать из рук в принципе, потому что это тот случай, когда автор одним-единственным романом погладил и приласкал меня как читателя, затронув наиболее интересные для меня темы (и это помимо моей любви к жанру детектива). Здесь есть город. И не один. Здесь есть драма, в самой верной концентрации. Здесь есть граница, некая черта, которую нельзя пересекать. Правила, которые нельзя нарушать, но нарушать приходится. Сформулировать сложно, но вот это именно тот случай, когда читаешь и наслаждаешься каждой строчкой. Ещё в процессе чтения цикла про Нью-Кробюзон я ловила себя на мысли о том, что у Мьевиля, кажется, присутствует это видение городов как живых организмов, и здесь это тоже есть. Безусловно, во многом характер города определяют жители, но всё равно у каждого всегда есть что-то своё, что-то, витающее в атмосфере. Вот и здесь: вроде бы Бещель и Уль-Кома едва ли не одно целое, тесно переплетающиеся организмы, города-сиамские близнецы, - но в то же время они очень разные. Читала и пыталась понять для себя, какой из них нравится мне больше, кажется комфортнее. Так и не поняла. Суть именно в том, что каждый хорош по-своему, и недостатки тоже у каждого свои. И ясно было, что неспроста автор от лица своего персонажа поминает Берлин, и Будапешт, и Иерусалим. Но у меня перед глазами на протяжении всей книги почему-то неизменно вставал именно образ разделённого Берлина - тот тоже был вроде и одним городом, но Восточная и Западная части всё равно казались очень разными, и местами кажутся до сих пор. Вспоминалось кое-что личное: то, как, в очередной раз приехав в Берлин в год 25-летия со дня падения Стены, 25-летняя я стояла в конце Унтер-ден-Линден, не выходя на Паризер платц, и представляла, что сейчас не апрель 2014-го, а апрель 1989-го, и, учитывая, откуда я приехала, дальше мне просто нельзя. Должно быть, тогда пройти на метр дальше дозволенного было всё равно что создать брешь в реальности "Города и города". С явно нехорошими последствиями. Меня вообще всегда странно будоражили все эти запретные вещи, границы, которые нельзя пересекать, черты, которые нельзя переступать, и, возможно, поэтому "Город и город" не оставил равнодушной. Конец оказался несколько сумбурным, как будто ближе к финалу развитие действия ускорилось, и временами было странное ощущение, будто слова на открытой странице меняются быстрее, чем я успеваю их прочитать, однако всё равно не могу (и не хочу) к чему-либо придираться, потому что логика присутствует, а это главное. И развязка. Тоже вполне логичная, красивая, немного грустная развязка, очень правильная, как всегда у Мьевиля. Хотя в процессе чтения казалось временами, что концовка может быть несколько иной, но, пожалуй, этот вариант всё же единственно правильный: всякие переслащённые хеппи-энды чаще всего только портят книги. А "Город и город", пожалуй, в любимые.

Как можно было не думать об историях, на которых все мы выросли и на которых, несомненно, выросли и улькомане? Улькоманин и бещелька, познакомившиеся посреди Связующего зала, возвращаются к себе домой и осознают, что живут, гросстопично, дверь в дверь, всю жизнь сохраняя верность и одиночество, поднимаясь в одно и то же время, ходя по заштрихованным улицам близко друг к другу, словно пара, но оставаясь при этом каждый в своём городе, никогда не проделывая брешей, никогда вполне друг друга не касаясь, ни слова не произнося через границу.

Что такое Город – это люди, Сплошь слепые люди под ногами, В лужах разминаются люди с дураками, Город, я давно с тобою не был.

Город. В небе жгут корабли. Город. Мне бы прочь от земли. Там, где в море тонет печаль. Город, темная даль.

Порой люди придумывают себе такие трудности от которых сторонние наблюдатели могут только недоумевать. При этом те, кто загнал себя в рамки ими же придуманных неудобств недоумевают, почему другие их не понимают. Прямо-таки круговорот недоумевания в природе. Ну вот представьте себе, как могут существовать в одном городе два разных государства? Представили? Думаю, что большинство из вас представили Берлин времен Стены. А теперь, задачка посложнее, представьте такой город, но уже без стены. Представили? Наверное, у вас получился или абстрактный город, или Валга/Валка или Нарва/Ивангород. Продолжаем усложнять задачу, представьте город которой не разделен четкой прямой границей с понятной буферной зоной, а город в котором граница между государствами идет прямо по улицам, зданиям, ресторанам… Сложно? У вас получится, я в вас верю. Если у кого-то все же не получается представить такой территориальный ад, то поищите информацию про город Барле и убедитесь, что это очень интересный город в котором за время пешей прогулки можно перейти из одной страны в другую раз 50. А вот теперь задаю мегасложную задачу со звёздочкой, представьте, что в представленном ранее городе нельзя пересекать границу. Кроме того, нельзя даже видеть то, что происходит за границей. Нельзя видеть даже людей, которые идут по некотором общим для обоих городов улицам, если они находятся в другом государстве. Представили? Если нет, то бросайте рецензию и читайте книгу, потому что я только что в очень общих чертах описал декорации к Город и Город. Те, кто остались со мной, наверное, либо читали книгу, либо задаются вопросом, что за театр абсурда я только что описал. Ведь, если подумать, то никакой здравый человек не сможет жить так чтобы не видеть огромную часть окружающего его мира… Если только это не будет вопросом жизни и смерти. А именно так в книге и представлен этот вопрос – если не будешь соблюдать правила, тебя заберет страшная и таинственная Брешь и больше тебя никто никогда не увидит. Довольно мрачно, да? Нет! Мрачно будет, когда в этом мрачняке начнется расследование убийства, вокруг которого сюжет танцует свой странный танец. Вы узнаете про Брешь и брешь, про Оркини и Кливаж, про то, как, в конце концов жить в таком непонятном городе. Вы окунетесь во все это и вынырнув захотите еще. И вы получите это еще, в виде описания городов с учетом того, что они находятся в разных странах которым покровительствуют разные государства из числа сильных мира сего. Вы узнаете, что в городе может быть запрещен определенный цвет, а узнать горожанина по походке, это не переиначенная строка из песни, а реальная ситуация в разделенном городе. Вы будете нырять, выныривать, просить еще, и в какой-то момент это еще кончится, ведь Чайна Мьёвилль практически не оставляет открытых вопросов в конце книги, кроме вопроса об изначальном расколе городов. И это прекрасно, ведь над одним только этим вопросом можно размышлять на протяжении очень долгого времени, то откладывая его, то возвращаясь.

Верьте аль не верьте, а есть на белом свете два города. Один промышленный с пролетариатом, а второй буржуями населенный. Так вот жители городов оных, что так тесно переплетены, а их окраины вцепились своими зданиями друг в друга, аки зубчики ширинки, отчаянно не замечают друг друга. Интересная концепция мира, аналог своего сумеречного дозора (инквизиция), хорошая детективная завязка и... все это в черную дыру. Не получилось у автора развернуться и раскрыть тему ни в одной плоскости. Детектив? нет, нет и нет. Может быть мистический аспект связи городов и сумеречной зоны? Да, но нет. Абсолютно не докручено. История интересна не спорю, но послевкусие этого всего безобразия, финал сериала LOST. У меня всё.

Весьма необычная книга по меркам творчества автора. Вместо "привычных" сюрреалистичных образов обитателей миров Мьевилля читателя встречают самые обычные люди, живущие в не самом обычном городе, а точнее - в двух. Встречайте, Берщель и Уль-Кома - два города-государства, разделяющие между собой одни и те же дома и улицы, но при этом разделённые "штриховкой". Жителей каждого из них с детства учат "не-видеть" жителей и архитектуру другого и  даже "не-чувствовать" запах пищи, готовящейся в "соседе". Тех же, кто нарушит эти правила или даже пересечёт границу ждёт встреча с загадочной организацией Брешь и, вполне вероятно, последующее исчезновение.
А теперь представьте, что же будет, если в Берщеле обнаружат труп иностранной студентки-археолога, которая въехала по визе в Уль-Кому. И тот факт, что она искала доказательства существования третьего города - Оркини, попутно настроив против себя и националистов и унификационистов по обе стороны "штриховки", только осложняет дело.
Звучит весьма занятно и интригующе, но на деле всё немного не так. Детективная линия, к сожалению, слабовата. Основная же часть книги посвящена мироустройству. Оно несомненно интересное, но факт наличия дорог общего пользования, на которых почти каждая авария обернётся созданием бреши и возможным исчезновением выживших, и пограничного пункта, при переходе которого по визе гражданин одного из городов наконец увидит соседний, но при этом должен будет "не-видеть" родину и соотечественников, вызывает некоторые вопросы. А причину разделения городов мы, к сожалению, так и не узнаем.
Подводя итог, можно что роман интересный, но такого эффекта, как другие романы автора, он на меня не произвёл и желания когда-либо его перечитать тоже не вызвал. Для читателей, желающих открыть для себя миры Чайны Мьевилля, я бы больше рекомендовал "Кракена", "Последние дни Нового Парижа" или "Вокзал потерянных снов".

Как всё сложно всегда у Чайны Мьевиля...

Начинается всё спокойно: полиция прибывает на место преступления, убита девушка, тело брошено в фургоне, дальше стандартная процедура - осмотр места, попытки идентифицировать убитую, попытки выяснить, что произошло. Всё стандартно, если бы не одно НО. Действие происходит в Бешеле и Уль Коме. Физически (простите, гросстопично) эти два города находятся практически на одной куске земли и местами пересекаются. Однако жителя Бешеля не имеют права видеть улькомцев, и наоборот. Если вы, находясь в Уль Коме, увидели бешельский трамвай, вы должны немедленно его не-видеть. Нарушение этого закона называется проламыванием и тогда за вами приходит Пролом, и это очень-очень страшно... Вообще это очень ломает мозг, попытка представить себе, как это, жить в таких условиях. В то же время автор выстраивает целую схему бюрократии вокруг этого правила, туристы проходят курс ориентации, например, чтобы освоиться...

И в этих условиях главный герой и расследует преступление. Версии будут разные, тут и политические игрища, и таинственный третий город, и не менее таинственный Пролом... Мне всегда сложновато привыкнуть к манере повествования автора, но тут детективная линия гнала меня вперед)

И где-то на фоне мелькали другие мысли о единых/разъединенных городах, о каких-то реалиях, верных в нашем мире или в нашей истории...