Обыкновенным людям трудно осознать, что жестокие преступники действительно мыслят иначе. Обычно о них судят с позиций собственного опыта и жизненных ценностей, а потом пытаются понять, что же «вышло из строя». Иначе говоря, в чем состоит «дефект», исправив который, можно было бы вернуть им «нормальное» мышление? И в самом деле, во многих случаях налицо некий аберрантный элемент, обусловливающий ненормальное поведение или побуждающий к нему. Но к моменту, когда некое лицо воплощает в жизнь свои преступные наклонности, он уже настолько впитался в индивидуальность, что его невозможно изъять и заменить также, как неисправную деталь механизма. Именно поэтому само понятие исправления выглядит проблематичным для случаев насильственных преступлений.