Bracia Karamazow

В природе ничего нет смешного, как бы там ни казалось человеку с его предрассудками. Если бы собаки могли рассуждать и критиковать, то наверно бы нашли столько же для себя смешного, если не гораздо больше, в социальных отношениях между собою людей, их повелителей, – если не гораздо больше; это я повторяю потому, что я твердо уверен, что глупостей у нас гораздо больше.

У людей все привычка, во всем, даже в государственных и в политических отношениях. Привычка – главный двигатель.

Согласитесь в том, что, например, христианская вера послужила лишь богатым и знатным, чтобы держать в рабстве низший класс, не правда ли?

А главное, кто ж теперь не в аффекте, вы, я – все в аффекте, и сколько примеров: сидит человек, поет романс, вдруг ему что-нибудь не понравилось, взял пистолет и убил кого попало, а затем ему все прощают.

– Ты будешь с нею счастлив, но, может быть… неспокойно счастлив.
– То-то брат, такие такими и остаются, они не смиряются пред судьбой. Так ты думаешь, что я не буду ее вечно любить?
– Нет, может быть, ты будешь ее вечно любить, но, может быть, не будешь с нею всегда счастлив…

Она тотчас заметила, что он весь в крови, и тут уж закричала благим матом.

Вино спокойствия не даёт.

А ведь, может, еще и не простила, – как-то грозно проговорила она, опустив глаза в землю, как будто одна сама с собой говорила. – Может, еще только собирается сердце простить. Поборюсь еще с сердцем-то. Я, видишь, Алеша, слезы мои пятилетние страх полюбила… Я, может, только обиду мою и полюбила, а не его вовсе!

А главное,  кто ж теперь не в аффекте, вы, я – все в аффекте.