Serpent & Dove

В наше время женщиной быть опасно

Лу смерила его свирепым взглядом.
— Ансель, ты мне, конечно, нравишься, но, если ты пришел не с чем-нибудь важным, пеняй на себя. У Эмилии и Александра только что был особый момент, и клянусь, если они в самое ближайшее время не поцелуются, я просто умру.

Они слишком заняты твоими поисками, чтобы в самом деле тебя найти.

Я не представляю, как можно двенадцать страниц разглагольствовать о траве. Вот он, истинный грех.

Господи, шасс, это уже угнетает. Романтично, конечно, но слишком сопливо на мой вкус.

Если что-то можно сказать, это еще не значит, что нужно.

«Надежда и отчаяние забились в моей груди, и оба эти чувства были одинаково отвратительны. Но вскоре их победила паника».

— А что… что за страшное орудие пыток было у отца Орвилля в руках?
Она усмехнулась.
— Ты про Библию?
— Очень смешно.

– Я знаю, что ты любишь сквернословить и рот у тебя похабный. – Он надавил мне на губу, как бы подчеркивая свои слова, а я вздрогнула. – Что ты привыкла добиваться своего. Я знаю, что ты вульгарная и хитрая интриганка-обманщица… – Я отстранилась от него, сморщив нос, но Рид только сжал мои плечи крепче. – Но еще я знаю, что ты сердобольная, свободолюбивая и смелая. – Он заправил прядь волос мне за ухо. – Я никогда не встречал такого человека, как ты, Лу.

" - Да ты у нас собственник, оказывается? - шепнула я, снова улыбаясь. Какой же он всё-таки дурачок. Умильный, надменно-ослиный дурачок."

– Ты скоро станешь моей женой. – Нагнав девчонку в два шага, я хотел схватить ее за локоть, но не решился ее коснуться. – Это значит, что ты должна будешь мне повиноваться.
– Да неужто? – Она вскинула брови, все еще с усмешкой. – А еще, полагаю, это значит, что ты будешь меня чтить и защищать, да? Если уж мы всерьез собрались следовать этим твоим доисторическим патриархальным законам?

Есть время горевать и время жить дальше.

Глупость часто принимают за сентиментальность.

-Лу, иметь принципы - вовсе не преступление.

Я любила его. Очень сильно любила. И эта любовь хранилась не только в сердце и разуме. Такую любовь нельзя познать однажды и просто позабыть после. Нельзя коснуться ее и не ощутить прикосновения в ответ. Нет… эта любовь иная. Неизменная, нерушимая. Эта любовь исходит из души.

– В смерти никакой надежды нет. Смерть – это смерть, как ни крути.

"Любовь - не что иное, как болезнь. Отчаянная жажда любви - подлинная хворь."

«Забудьте обо всем, что успели узнать о мире теней и колдовства. С этими женщинами вам не совладать, ни за что и никогда. Смерть - самая милосердная кара, которую они могут подарить вам, и даже ее еще придётся заслужить».