Три дня

Новая страница в осмыслении автором немецкой современной истории.

Здесь он уже напрямую обращается к действиям и мотивам создания RAF (Rote Armee Fraktion - Фракция Красной Армии)- немецкой леворадикальной организации, члены которой называли себя городскими партизанами.

Как и в других своих книгах, Шлинк не дает ни готовых рецептов по типу "кто виноват?", ни разжеванной морали, он просто пытается осмыслить еще одну страницу истории своей страны и приглашает читателя разделить этот процесс вместе с ним.

В книге описаны три дня после выхода из тюрьмы одного из главарей RAF. Три дня, которые по своей протяженности и напряжению не сравнятся с тремя годами мирной обывательской жизни. Три дня, в течение которых автор не отпускает читателя, заставляя его не только думать, но и обращаться к собственным моральным ориентирам, поднимая вопрос мотивов террора и возможности их объяснения/осмысления, вопросы ответственности, верности идеалам, вопросы веры человека во что бы то ни было (идею/Бога/лучшее будущее).

Очень сильная книга.

Что имеет человек, половину жизни посвятивший борьбе с государством, а вторую половину - борьбе с собой?
А ничего. Пустоту он имеет. Раздор внутри и ужасные терзания. Желание жить как все, хоть немного времени. Радоваться простым вещам. Наслаждаться дождем, который прибивает пыль на горячем асфальте большого города. Чувствовать соленые брызги моря на лице. Напиваться вином и есть любимую пищу. Да просто-напросто зарабатывать деньги на жизнь легальным путем.
Много лет в тюрьме, много дней раздумий, очень много приглушенного, недооправданного высокой целью, чувства вины. И слишком высокие требования окружающих после освобождения. Усталость, море обиды, злости, эгоизма и нежелания понимать. Вопросы, на которые ни у кого нет ответа...

Я никого не пытаюсь оправдать. Просто считаю, что каждый в итоге понесет наказание в той форме, которая сможет послужить ему уроком. Как Ян в книге Ильзы. А учится на нем, или нет - выбор самого человека. Опять таки:

Можно читать книгу о РАФ, терроризме, а можно о человеке. Можно впадать в аффект и с пеной у рта что-то доказывать по поводу чего-либо.
Я же думаю, что Шлинк очень хорош.

Аннотация, как всегда - впечатляет. Каждый первый повторяет о том, что эта книга "берет", как и "Чтец". Ничего подобного! Книжка, абсолютно, неинтересная! Знаете, я в свое время прочитала двухтомник Харуки Мураками об инциденте с распылением зарина в Токийском метро. Там не было ничего, что было бы придумано автором. Только сухие факты...но они так были так мастерски подобраны, так расположены...что книга "поглотила" меня. Я ходила под впечатлением - очень долго. А тут - ничего. Этот человек, действительно существовал. Но вся эта история подана неправильно, что ли...как-то не так. Не хватает деталей...или чувств. Даже не знаю.
Тема войны в Германии - одна из любимейших у автора. В любой книге мы сталкиваемся с ней, в той или иной степени. Но самое интересное (или печальное?!) - что из книжек нельзя составить мнение самого автора обо всех этих событиях и явлениях. Я не смогла понять - прощает ли он случайные жертвы, которые всегда случаются в партизанской борьбе. Поддерживает ли он это борьбу, вообще?! Непонятно.
Есть несколько моментов в книге, которые приковывают интерес и заставляют задуматься. Главного героя поймали, потому что убежище, в котором он планировал скрыться - кто-то выдал полиции. Приехав туда, он попал в заготовленную ловушку. Все 24 года он обвинял своего друга. Тот никогда ему не писал и не навещал. 24 года жить с ненавистью и непониманием поступка. А на самом деле...на самом деле его сдала сестра. Она устала жить в страхе того, что его застрелят или он подорвется. Решив, что так лучше - она сделала анонимный звонок. И затем, все 24 года - она была с ним. Каждую неделю - свидания. Жить с мыслями о том, что все, что она делает - это только для того, чтобы облегчить ему жизнь в тюрьме. Вина, которую она несет сама...через всю жизнь. Что это было? Предательство или единственный выход?!
Йорг выходит из тюрьмы стариком. Почти вся жизнь уже прошла. У него обнаружили рак на последней стадии и именно это - послужило статусом для его заявления о досрочном освобождении. Он хотел ещё раз увидеть поля...прогуляться по городу.. И вот сидя в загородном доме, приходят мысли о том, что вся жизнь была загублена...и непонятно - зачем. Борьба не принесла ничего...а только забрала несколько десятков жизней. Министры...их жены, случайные прохожие. Идем, ради которых когда-то боролись не на жизнь, а на смерть...фанатизм и преданность идеи - кому это нужно? Стоило ли так стараться, чтобы в конце жизни оказаться немощным и никому не нужным стариком...
Друзья. Когда-то они все вместе боролись. Митинги, листовки...акции протеста. Они были молоды и хотели изменить мир. Но только несколько из них смогли перейти черту. Убийство. Это уже не шутки...не игра в героев. Это реальность и ответственность, которую ты берешь на себя. Друзья остались по другую сторону. Спустя 24 года - у них есть семьи...работа и они уже не помнят - что и ради чего - они делали в юности. А у Йорга только это и есть. Все 24 года он проживал свою борьбу снова и снова. Им не понять друг друга.. но может быть, возможно ещё что-то? Помочь Йоргу перестроиться. помочь с работой..ввести в курс новостей. иногда, даже воспоминания помогают. Вместе пережить все те моменты, но каждый может рассказать - именно - его точку зрения.
Раскаяние. А нужно ли оно? Не думаю, что семьям тех, кого убили случайно или специально - станет легче от того, что человек, который отнял у них самое дорогое...скажет слова извинений, или признается, что был не прав. Думаю, что за 24 года они свыклись с болью..смирились с фактом и это только разбередит старые раны. Можно ли, спустя 24 года - понять, что почти вся твоя жизнь - это ошибка?? Или нужно жить с осознанием, ответственностью..но не раскаиваясь за идеи, в которые ты веришь?! Я не смогла найти ответ в своей голове. Мне никак не решить. (хотя это может показаться и ужасным)
Есть момент в книге, который жутко раздражал. Ещё один герой Ян - ушел в подполье. Разыграв собственную смерть, она стал невидимым мстителем. Но...эта история не рассказана до конца. Мы так и не уверены в её правдивость и.. это жутко бесит! Ненавижу, когда автор вводит ещё одного героя, но забывает о нем, по ходу повествования. И история остается незаконченной.

Честно признаюсь, думал купить себе "Чтец" в бумаге, но его не оказалось, и "методом тыка" выбор был остановлен на данной книге. Ну, всё это присказка. Книгу прочитал, в принципе, с удовольствием, легко пошла. А вот впечатления двоякие. Вроде и интересно читать было, и вышло как-то недосказанно (хотя, может Шлинк того и добивался, чтобы читатель своим то мозгом пошевелил), смазанно немного, и не так чувственно, как "Чтец", о котором на обложке написано, что "Шлинк сохраняет уровень, заданный романом "Чтец" ". Не верьте, не сохраняет. Я лично вообще не могу сравнивать эти две книги. Они разные. Но эта написана сухо (исключение составляют рассказы Ильзы), и как будто-бы наспех. Повторюсь, что автор оставляет читателю самому додумать судьбы главных героев, что "Террористы тоже люди", и что "жертвы неизбежны". Не хватает этой книге чувственности, не "дышит" она..но заставляет подумать о насущных вещах.

4\5

Вот и случилось моё знакомство со Шлинком. Странно, что не с "Чтеца" и даже не с "Зельба". Но тем не менее.
Я осталась им довольна - хотя подобные сюжеты никогда не были любимыми мной, всего три дня, сборище людей практически в замкнутом пространстве и ни одного убийства.
Да и интриг-то, в общем, почти нет.
Сидят бывшие террористы, судачат о прошлом, ссорятся, мучаются, в перерывах между этим едят и спят.
Но всё же - интересно, не нудно и я бы даже сказала, увлекательно. Тема революции всегда порождает немало мыслей. И здесь меня озадачила параллель "террорист"-"революционер". Знак равенства обозначается таким жирным красным шрифтом, что я невольно нахмурилась - наверное, так оно и всегда? И это достаточно глубокая философская проблема. С появлением Фердинанда к этому равенству добавляется ещё один элемент - "нацист". Но это уже второстепенное. Революция - звучит благородно. Терроризм - дико. Революционерами гордимся, террористов желаем сжечь публично.
Разговоры - ядро книги, именно в них указанная философская проблема ищет своего разрешения. Но не находит, как мне кажется. В ходе революции гибнут невинные люди - это ради блага. И это не единой РАФ присуще, это присуще всем подобным организациям, где бы они не существовали - в России ли, в Азии и так далее. При этом невинность пострадавших людей означает как раз то, что они даже не знали, за что отдают свою жизнь. А им это благо нужно? Точнее, их детям? Этой ценой? Йорг жалеет жертв только потому, что он не достиг той цели, ради которой они погибли. Не знаю, насколько он похож на Кристиана Клара, но не удивлюсь, что в таких заявлениях - вполне.
Самый рациональный, на мой взгляд, и адекватный человек во всей этой неуютной шайке - это Андреас. Я всегда была против войны, насилия и террора, не просто против, а всеми, так сказать, фибрами души. И Андреас произнес фразу, напротив которой я поставила восклицательный знак в книге: "Если тебе не нравится общество, можно стать пасечником в Провансе или пасти овец на Гебридах. Это ещё не повод убивать людей". Для меня это - истина.
Все остальные персонажи меня порядком подбешивали. Особенно Дорле. Я бы могла назвать её юной нимфоманкой, но вещи надо называть своими именами. И гаже всего то, что эту неоперившуюся шлюшку в её шлюшных делах поддерживают заботливые родители.
На самом деле все эти посиделки к вечеру субботы отчаянно напомнили мне молодёжное сборище. Поели, выпили, по койкам. Дорле, не стесняясь, перепихнулась с Фердинандом, начислив себе за это баллы (убила фраза "любили друг друга"), под "тот самый шумок" возбудились её родители и тоже трахнулись, ну и ещё одна пара не удержалась от чувствоизлияния. Прелестно.

Но Шлинк, на самом деле, молодец. И что мне в нём особенно понравилось - он не навязывает своего мнения по поводу терроризма, революции и знака равенства между этими понятиями.

Новый экземпляр лжи о RAF – в 2008 году вышел роман Бернхарда Шлинка «Три дня» (Точный перевод названия "Уикенд"). Бывший прокурорский работник и профессор юриспруденции посвятил новый роман освобождению леворадикального террориста – Йорга. Прототипом Йорга был Кристиан Клар, освобожденный из тюрьмы в том же году.

С незначительными изменениями декораций и персонажей «идет суд» над Йоргом. Старые друзья и знакомые приехали встретить, освобожденного Йорга.

Зубной врач начинает "судебный процесс":
«Ты, вообще-то, принимал в расчет возможность попасть в тюрьму?»
«А ты помнишь, как при ограблении банка ты застрелил женщину? Или полицейского на границе? Или директора банка? Или председателя союза?»
«Можно ли исправить мир путем убийств?»

Свидетели хотят замять вопросы судьи, смягчить тон, перевести все дело в шутку, священник даже читает проповедь на третий день о добре и сострадании.

Йорг оправдывается: «Я хочу сказать еще только одно. Я знаю, что заблуждался и совершал ошибки….Я подавал прошения только о том, что заведомо было положено…. я не все помню, многое забыл, но я за все заплатил».

Любопытный персонаж – «революционер» Марко. Перед нами чистый неолиберальный политик. «Для того, что бы мир образумился, ему иногда требуется шок» (Сравните с рецептами Милтона Фридмана и наших политиков в 90-ые: «Только кризис – подлинный или воображаемый – ведет к реальным переменам».).

«-После первого инфаркта мой отец наконец-то начал вести разумный образ жизни. Другим, требуется 2 или 3 инфаркта.

• От инфаркта иногда умирают.
• Да, ну Ильза! Тот, кто в наше время умирает от инфаркта, сам в этом виноват.»

  Судья и писатель в одном лице выносит приговор: «Ах, это мир виноват? Лапочка, ты моя!» «Если тебе не нравится общество, можно стать пасечником в Провансе или пасти овец на Гебридах».

Ульрика Майнхоф верно заметила: «преступление — не напалмовые бомбы, сброшенные на женщин, детей и стариков, а протест против этого». Террор – только следствие террора власти. Все активисты RAF начинали свою деятельность в правозащитных, антифашистских организациях, в движении против ядерных испытаний.

«Ты помнишь, как ты убил председателя союза?» - задает вопрос зубной врач. Действительно неплохо бы вспомнить, что это за человек. Бернхад Шлинк приводит трогательное письмо председателя союза своей жене (Любимая, мы с тобой знали, что я умру раньше, чем ты). Это председатель Федерального союза немецких работодателей - Ганс Мартин Шлейер, расстрелянный в 1977 году.

Газета «Коммерсант» пишет: «История с угоном самолета и убийство Шлейера нанесли громадный урон RAF. «Немецкая осень» стала последней каплей. Даже самые ярые представители левых решили, что RAF переступила грань дозволенного».

А. Тарасов в статье «Вьетнам близко, или партизанская война на берегах Рейна» рассказывает о биографии Шлейера: «В 1941 г. становится руководителем канцелярии президиума Центрального союза промышленности протектората Богемия и Моравия. На этом посту он руководит разграблением национальных богатств Чехословакии, использованием политзаключенных и военнопленных на военных заводах «протектората», строительством «секретных объектов» и последующей «утилизацией» (то есть уничтожением) заключенных и военнопленных. В Чехословакии после войны Шлейера приговаривают к смерти за военные преступления и требуют от ФРГ его выдачи. Но получают отказ: Шлейер «слишком ценный кадр» для экономики ФРГ.».
Действительно грань дозволенного!

О том, что говорит сам Кристиан Клар – можно узнать в его интервью газете "der Freitag" в 2007 году (на немецком языке). Его расспрашивали о том, как будет себя вести, когда выйдет на свободу, о значении вооруженной борьбы.

Пара слов о языке романа. Михаил Швыдкой (доктор искусствоведения, в прошлом ведущий телепередач и министр культуры) пишет в «Российской газете» - автор не только не боится поднимать социально-политические вопросы, но еще и «складывает яркие, небанальные сюжеты и создает своих персонажей живыми и подлинными до последней черточки характера». Напротив, английский рецензент Rick Jones в газете New Statesman пишет: Характеров в романе нет, есть только взгляды на проблему терроризма. В «Уикенде» люди обрисованы поверхностно, без всякой глубины. Каждый только рупор общественного отношения к терроризму.
Драматические события настолько заезжены, что почти комичны. (Например, когда за обедом раздается крик. И в зале мы обнаруживаем нагую дочь зубного врача и Йорга.)

Кто из них прав, решайте сами. Лично я вторую книгу Б. Шлинка в руки не возьму.

Мне однозначно не понравилась книга. С одной стороны, в ней ставятся сложные нравственные и этические вопросы: что есть государство, свобода, террор, кем являются террористы, раскаиваются ли они, имеют ли право на прощение и помилование. Но с другой, описывается это все настолько скучно, банально, плоско. Герои - что главный герой, который почти четверть века провел в тюрьме за убийства, похищение людей, ограбления банков и теперь выходит на свободу; что второстепенные персонажи - сестра и друзья, которые встречают его из тюрьмы, выписаны настолько картонными, что в результате не веришь ни в саму историю, ни в существование этих людей, ни в слова, что они произносят. На мой взгляд, книга получилась сухой и скучной.

Йорг был осужден пожизненно за терроризм и после 24 лет, проведенных в тюрьме, пишет прошение о помиловании и выходит на свободу. Кристина, его сестра, организует встречу Йорга с его старыми друзьями, в прошлом разделявшими его взгляды. Чем закончится эта встреча? Кем стал Йорг? Как воспримут его друзья?

В книге подняты непростые темы: экстремизм, терроризм, революционная борьба. Вроде все просто: старые друзья, философские разговоры, никакой динамики, но все очень напряженно. Книга мне понравилась, хотя на нее в основном отрицательные отзывы.