История одиночества

Кричи во весь голос, пусть ты охрипнешь, пытаясь вырвать эту боль вины, залившую ядовитым свинцом душу, выверни себя наизнанку, открыв незаживающие язвы твоей совести морю, - шум прибоя заглушит твое горе, утащит в свои темные пучины слово, что сорвалось с губ… глухое «прости» разорвет тишину…всего одно слово, потому что ты не в силах сказать больше… боишься этих слов, боишься, что как только произнесешь их вслух, они окажутся темным заклинанием, способным превратить опасения в реальность, но больше всего тебя гложет страх признать свою вину в малодушии, осознать, что ничего исправить уже нельзя. Ты можешь пытаться перекричать рокот волн, но помни: тебе это не поможет - ты навеки останешься одинок, с глазу на глаз со своим бременем утраченной возможности. Взгляни на море - ему наплевать на тебя и твои душевные метания. Сил кричать и злиться на себя самого просто не осталось, ты чувствуешь, как в синеве водной глади тонут мысли, оставляя после себя лишь почерневшие очаги возгорания и чувство пустоты. Пустота с каждым плеском воды разрастается, будто черпает силы из каждого всплеска безбрежного моря, и вот она уже заполонила собой все.

Бойн всегда такой разный. Он пишет в разных жанрах. За то и люблю. Ни одна книга не похожа на другую. Но тема запретной любви всегда присутствует. Кого коробит, пройдите мимо. Тем более он поднял в этой книге неприятную для всех тему.

Все мы знаем, что время от времени поднимается тема католических священнослужителей и их отношений с мальчиками, которые ходят в их приход. Об этом не говорят вслух, потому что у взрослых в голове не укладывается, что может быть что-то особенное и неприличное, что связано со священником их прихода. О таком умалчивается католической церковью. Конечно. Это ведь такой позор.

Но Бойн, открытый reй, поднял эту тему в своей книге. В чем-то книга биографична для автора. Не в его ориентации. Он в интервью говорил о другом. Священники наказывали его в школе. Очень больно и сильно. Возможно, это инициировало написание книги.

Если вкратце. Парень по настоянию матери, которой было виденье о церковном предназначении сына, отправляется учиться на священника. И, к своему же удивлению, чувствует себя на своем месте. Он знакомится с соседом по комнате в семинарии. И сдруживается с ним на всю жизнь.

Его друг многократно ведёт себя неадекватно во время учебы на священника. Во время жизни. Многократно переводится из прихода в приход. Но ГГ ничего не замечает (правда? серьёзно?).

Обо всём происходящем в книге я достаточно быстро догадалась. Меня не запутали перескакивания по годам. Такое я люблю в повествовании. Мне было гадко на протяжении всей книги. И я не могу ее рекомендовать. По крайней мере для первого знакомства с автором.

Иногда мы закрываем глаза на те вещи, о которых следует кричать.
⠀
В детстве Одран пережил тяжёлое потрясение и по настоянию мамы поступил учиться в семинарию. Сорок лет спустя он вполне счастлив все эти годы исполнять роль священника, пока однажды правда о лучшем друге не перевернула всю его жизнь.
⠀
Это было больно.
⠀
По другому я просто не могу описать все те чувства и ощущения, что я испытала от прочтения этой книги. С каждой новой главой, с каждым прочитанным словом боль нарастала во мне, с невероятной силой, пока не лишила меня душевных и моральных сил, оставив после себя лишь звенящую пустоту и потрясение.
⠀
Я уже на собственном опыте убедилась, что у Джона Бойна нет простых книг. Каждая история и персонаж несёт в себе настолько глубокий смысл, что не всегда хочется нырять в его омут.
⠀
Мне до самых последних строк хотелось хоть как-то найти объяснения, оправдания или причины того, почему Одран ничего не замечал. Почему на протяжении всех этих долгих и мучительных лет предпочитал держать свои глаза и рот закрытыми, почему из раза в раз находил повод обойти острые углы стороной. Но возможно ли найти оправдание такому? И нужно ли?
⠀
Это наверное одна из самых пронзительных и глубоких книг, прочитанных мной за последнее время. Книга, в которой казалось бы происходит так мало событий, но скрывает в себе массу душевных ран и потрясений.

В процессе чтения возникает чувство омерзения и гнева,что творили эти "святые" люди, да и творят(((( Автор молодец, сумел повествованием вызвать негатив, привлечь внимание к этой гигантской проблеме. Сам герой ,отец Одран Йейтс не вызывает симпатию,скорее антипатию, т.к. он все прекрасно понимал и догадывался, просто не хотел в этом признаваться не только окружающим, но и себе, что привело к губительным последствиям для детей и его племянника:( Не зря автор делает вывод, что молчальники виноваты наравне с преступниками.
К сожалению, институт церкви перестал быть домом надежды, а стал гигантской машиной по зарабатыванию денег и насилия. Конечно, в любом правиле есть исключение.
Думаю,что книгу прочитать стоит,хотя бы ради того,чтобы ещё раз напомнить себе и другим, что детей надо беречь и подумать тысячу раз кому мы их доверяем.

Джон Бойн берет очень интересные, но острые темы в своем творчестве. И эта не  стала исключением.
Вера - это незыблемое единство, дающее силы идти вперёд. Вера для каждого уникальна, неповторима и нужна каждому в своей форме. Верить - значит жить, надеяться и идти вперёд. Но что если служитель церкви, так нужное людям звено оказывается обычным человеком со своими грехами? А кто не без греха? И не мы ли наделяем других силой властью и мощью, чтобы потом разочароваться? Становятся ли они обязанными нам после этого?
Думаю, что для меня это главный вопрос. Беда не в том, что существуют плохие люди, преступники. И даже не в том, что такие отвратительные люди надевают маску и рясу священника, а в том, что мы не знаем, с каким человеком связываем свою веру, в кого вселяем все полномочия. Кто ответственен за прогнившую страну, за скандал? Церковь или люди, одарившие ее этой властью?
В каждом стаде есть паршивая овца. Согласна с автором, жаль тех хороших людей, пострадавших от такой огромной паршивой овцы.
Темы поднятые в книге, да и в самом скандале, стары как мир. Одно плохое действие влечет другое. Один гнилой поступок обязательно породит только такую же грязь. Но кто властен остановить распространение заразы?
Ещё очень интересна тема о невмешательстве. Хорошо и просто жить, закрыв глаза на боль и страдания других. Просто не заметить. В чем тут вина?
Но ставлю 4, потому что для меня Джон Бойн эмоционально не дожал, а некоторые мысли озвучены не героем, а автором слишком поверхностно и навязчиво. Но в целом, книга достойная времени. Тема достойная огласки. Вопросы достойные внимания.

Это было мое первое знакомство с Бойном и началось оно не с Мальчика в полосатой пижаме..

В книге затронута тема очень болезненная для стран с сильным влиянием католической церкви - п*дофилия среди священников. Тема подана очень интересно - от лица священника, в этом не замешанном, но узнающим, что этим грешен его ближайший друг, бывший сосед по семинарии.

Помимо фабулы роман поднимает много острых тем. Как выстоять человеку, когда общество винит его за проступки других? Менталитет таков, что если раньше ирландцы священника априори уважали, то сейчас за пасторским воротничком видят угрозу самому дорогому - своим детям.

Насколько виновен человек, который закрывал глаза на несоответствия, который мог бы догадаться, что не все гладко? Он соучастник? Преступник? Несчастный человек, который не смог или не хотел разглядеть монстра в лучшем друге?

Этот роман и о призвании, и о прощении. О семейной трагедии. Стиль Бойна мне понравился и я все же прочитаю Мальчика в полосатой пижаме, хоть и не хотела раньше браться за эту книгу.

Я ожидала нечто вроде сценария к фильму «Голгофа», ну, и не ошиблась… Роман на "раскрученную" тему. Периодически общество увлекают обновлённые старые культы, обостряя до абсурда воображаемые проблемы. Например, «охота на ведьм» в США и Зап.Европе. Сейчас — «харасмент». Лет 10 назад после нескольких громких процессов суда над педофилами пошла «охота на педофилов» (и это заразно)… Вообще наивность убедительно отобразить/сыграть/описать тяжело, автору это удалось (или перевод спас?)… Ну, вобщем — удалось, хотя в цифровой реальности европейских стран нет места ничему человеческому, кроме депрессии (зачатие/смерть давным-давно управляемы и монетизированы). А наивность — сугубо человеческое качество, происходящее от непосредственной искренности братьев наших меньших. Животных. Живых существ, искренне желающих качественно и долго выживать, следуя инстинктам и играя по правилам. А не тут-то было! На женский бюст/седалище/колени и проч. не смотреть, слова «нигер»/«Крымнаш»/\проч. не говорить, чужих детей игнорировать, чтобы не попасть в педофилы… Институт семьи+религии самораспустился ещё в прошлом веке. Вобщем, старый мир рушится и «Старикам здесь не место»((( Если вы читали Клауса Джоула и Ричарда Баха, то эта книга вам понравится.

Католический ирландский священник Одран Йейтс, с раннего детства был убеждён в своём призвании. Жил в мире, где к священникам было только уважение, и бесконечное доверие.
В какой-то момент к нему приходит осознание того, что мир далеко не тот что прежде. И он затрудняется сам себе ответить на вопрос: "а не профукал ли я жизнь?"

"История одиночества" - одиночества Одрана? А как на счёт Тома Кардла? Вот же две противоположности, оба объединены саном, но так страшно, отчаянно одиноки. А может, это об одиночества каждого? Такого личного, персонального одиночества в разных ипостасях.

Кажется, Джон Бойн не страшится браться за любую тему, исследует самую сложную проблему, потому что, (как в данном случае) затронуть тему церкви и тему педофилии, сведя их в одно повествование - задача серьёзная. Некоторые события не поддаются моему осмыслению, а с учётом, что книга основана на реальных фактах, для меня многое стало шоком.

Постараюсь обойтись без спойлеров. Что же, весьма многообещающее начало рецензии, однако пока я лишь ломаю голову, пытаясь разобраться, какое впечатление произвел на меня роман Бойна.
Оценка, которая я оставила, нейтральная. При том, что тема, поднятая в романе чудовищна по самой своей сути, ее подача меня не вполне удовлетворила. Такое бывает далеко не всегда, и все же, так случилось. История, рассказанная автором, представляет собой калейдоскоп временных отрезков, которые предстают перед читателем в хаотичном порядке. Признаться, иногда я даже путалась, но вовсе не это оставило после себя весьма противоречивое впечатление от прочитанного.
Перед читателем предстает священник, принявший свой сан по воле матери, однако ничуть не усомнившийся, что в том и есть его истинное предназначение. Мне отчего-то вспомнилась фигурка обезьянки, уши и глаза которой закрыты. В подлинной трактовке, кажется, это означает, что человек не должен пускать в себя скверну, откуда бы она ни исходила. Вот только применимо к отцу Одрану это приобретает фантасмагорические черты. Стараясь не соприкасаться с чужой болью и отказываясь от признания того, что скверна давно уже вошла в его жизнь, он становится невольным соучастником происходящих вокруг него событий. Он бежит от правды, и даже столкнувшись с ней лицом к лицу, не может признать, что и сам повинен в произошедшем. Он ищет успокоения не в религии, но в надуманной, созданной им самим жизни, где нет и не может быть места тревогам и волнениям. Он стремится к покою, который не в силах обрести.
Однако он не вызывает каких-либо сильных чувств. Ни сочувствия, ни жалости, ни даже праведного гнева, который должно было бы обрушить на его голову. Никчемный, серый человек, один из многих, лишь винтик в ужасающей машине лицемерия и лжи, который между тем даже сознавая это, все равно бежит от жизни. Но прежде он бежит от самого себя. И в этом его трагедия.