Spinning Silver

если долго пробыть с мужчиной один на один, можно на что-то решиться

Молодец внучка, оказалась мудрее этих двоих: посеяла семена благодарности загодя и дождалась цветочков. 

– Ему дали понять, что, если он обратится, двери для него всегда открыты. – Он выпрямился и пожал плечами, одновременно разведя руками. – Но панов Мошель отказался, и его светлость был только рад. Я слышал, как герцог сказал: «Свои дела я охотнее вверю довольному, нежели голодному. Чтобы рисковать, мне хватит и поля боя». 

– Ты проделала великий труд. Теперь он сможет проделать столь же великий труд взамен. Высокое волшебство всегда имеет цену. 

Не то чтобы я собиралась быть ему полезной, но все-таки мы – это то, что мы делаем. Скажем, выйди я за эрцгерцога с целой оравой слуг, даже тогда для меня нашлось бы занятие: управляться с домом, растить детей, когда они родятся, вышивать, ткать, привечать гостей. А что мне полагается делать здесь, я понятия не имела. Если мне мои новые обязанности придутся не по нраву, я бы хотела отвергнуть их сознательно, а не потому что я маленькая глупышка и не знаю здешних обычаев. 

Ты, разумеется, ждала от жизни чего-то другого, но, в конце концов, есть вещи и похуже, чем быть королевой.

— Госпожа моя, я не чаял, что ты воздашь мне, когда я взял тебя из дома без твоего дозволения и дорожил лишь твоим даром. Но ты ответила мне достойно. Это справедливое воздаяние: трижды оскорбленная, ты назначила цену за себя. И цена эта выше, чем моя жизнь, и мое королевство, и все его жители. Ты отправляешь мой народ в пекло, однако я не стану взыскивать с тебя долга. Все по справедливости.

У меня нет страны, во имя которой я совершала бы подвиги. У меня есть только народ.

Холод внутри меня коснулся его и прогнал прочь...

Золоту неведомо, в чьей оно руке.

Моя жизнь – это череда чудовищ; одно за другим они рвут меня на части, потакая своим прихотям. Стоит мне приспособиться к одному чудовищу – как неизбежно появляется следующее.

Возмущаться, сердиться, негодовать — значит уподобляться собаке, кусающей свой хвост.

Они смеются до тех пор, пока ты позволяешь им смеяться.

Те, кто на руку нечист, языками трепать не станут.

Неловкость и себялюбие - их вполне достаточно, чтобы испытывать страх.