Spinning Silver

Мне показалось, я разглядела полку с книгами и картину. Человек высокой культуры. Как же много у нас общего!

Я ждала, что он вот-вот ударит меня, а он и глядел так, будто именно это и собирался сделать.

Если девица не единожды представала перед царем в одном и том же наряде, царь считал это личным оскорблением.

А ведь все красавицы его царства сохли по нему и охотно отрубили бы себе пальцы на ногах, лишь бы им впору пришлась хрустальная туфелька.

…рассыпается в поздравлениях по поводу женитьбы на девице без роду без племени, без приданого, и вообще без единого признака той идеальной невесты, о которой они мне неумолчно твердили.

Одежда ему, похоже, лишь для того, чтобы тешить свою красоту. А если ни один наряд царю не приглянется – что ж, царь и так хорош. И пусть все кругом стыдливо прячут глаза и притворяются, что царь не голый.

И кто вообще придумал этих добреньких фей?! Какой надо быть лапочкой, чтобы день-деньской порхать вокруг всяких недотеп и осыпать их дарами.

А Мирьем подбежала к Зимояру, встала напротив него, да как грянет свою корону об пол! И как крикнет:
— Не смей их трогать! Иначе я с тобой не пойду! Я лучше умру! Клянусь!

Я не очень то много знаю про матерей, ведь моя то лежит под белым деревом, но вроде бы мать - это всегда хорошо, и когда теряешь ее, то горюешь и сердишься

Отец явно не ожидал такого поворота : все равно что заяц бросился бы на гончую.

Сказки — они на самом деле о том, что долг платежом красен. А все эти истории про "жили они долго и счастливо" — это так, ерунда.

Они смеются до тех пор, пока ты позволяешь им смеяться.

Я выбрала зло — нет, не меньшее зло, а то зло, которое можно оттянуть.

— Ты уже довольно сделала, дочка, — сбивчиво бормотал он. — Не твоя это работа, завтра оставайся дома.
А я сидела и лущила орехи. Я даже головы не подняла и отвечать не стала. У меня в груди шевельнулся сгусток холода. Я подумала не о маминых словах, а о том, что она до сих пор хрипит. Отец постоял немного и ушел. Холод внутри меня коснулся его и прогнал прочь — точно так его прогонял холод внутри тех, кто отказывался вернуть ему долг.

Кое в чем старые сказки не обманывали: хороший заимодавец — это заимодавец, не знающий сострадания. И я была безжалостна к нашим соседям — ведь прежде это они были безжалостны к моему отцу.

Подавшись вперед , царь провел большим пальцем по моему подбородку. Мне казалось, я ощущаю запах его чародейства, резкую, жгучую смесь корицы, и перца, и сосновой смолы, и где-то в самой глубине притаился древесный дым .

— Мы не глупые! — возразила я. — Просто мы смертные, у нас нет волшебных даров, если только вы не вбиваете эти дары в нас силком. Его короновали потому, что его отец был царём, а его брат умер, и он был единственным наследником, вот и всё. Мы не могли разглядеть демона внутри царя. Никакое высокое волшебство нас не защищает, держим мы слово или нет. Тебе не понадобилось моё имя, чтобы угрожать мне и насильно увести из дома. И ты считал, что это делает меня жалкой. Меня, а не тебя.

Измаялся я уже от боязни. Боюсь и боюсь всё время, без передыху. Я даже раньше не понимал, до чего сильного всё это время боялся, пока не перестал ненадолго нынче утром.

Лесные цари и всякое там волшебное зверье совершенно не вязались с нашим двором и с курами. И мне было очень трудно представить, чтобы какой то колдун явился сюда из леса поглазеть в наше окно.