Будь Фрэнк Баскомб не героем Ричарда Форда, а, например, вашим одноклассником, которого вы встретили лет этак через 20 после окончания школы, вы бы наверняка бросились ему сочувствовать. Еще бы: писательская карьера сдулась после первого же многообещающего сборника рассказов, старший сын умер от тяжелой болезни, брак развалился. И вот Фрэнку почти сорок, он живет один, пишет о спорте и много разъезжает. Если вы приготовились снисходительно похлопать Фрэнка по плечу, попутно наградив его клеймом неудачника, то вас ждет сюрприз. Фрэнк Баскомб – счастливый человек (не абсолютно, но вполне), а «Спортивный журналист» - одна из самых жизнелюбивых книг последнего времени. А может быть, и вообще.
Тему независимости от собственного прошлого Форд начал развивать еще в «Канаде». Там она звучала тонко и едва уловимо, в «Спортивном журналисте» же просто гремит. Настоящее и будущее человека не должны зависеть от прошлого, подчиняться и объясняться им. Существуют вещи (и обычно это паршивые вещи), которые должны остаться там, где они произошли. Дай себе время на переживание (но не пережевывание) и на скорбь, а потом живи дальше. Не так, как будто ничего не случилось, но с надеждой, что случится что-то еще – новое, хорошее, ведь «жизнь вечно спешит начаться заново». Забывать и прощать – вот два столпа мировоззрения Фрэнка Баскомба. И я сильно подозреваю, что Ричарда Форда тоже.
В романе полно тех, кто так и не научился ни забывать, ни прощать. Самые выразительные, конечно, подружка Фрэнка Викки Арсено и Уолтер Лакетт – еще один участник неофициального клуба разведенных мужчин. Ладная брюнеточка Викки – еще и воплощение необъяснимой переменчивости жизни, хрупкости отношений и их уязвимости. Еще 10 минут назад между вами все было чудесно – и вот вы уже в комнате, до краев полной злобой, недоверием и молчанием. Что разладилось, почему из-за мелочи все пошло не так и, главное, как это исправить? Викки Арсено в конце концов мне совсем разонравилась. Уолтер Лакетт – ярчайший пример человека, не сумевшего простить. И ладно, если бы кого-то – он не простил самого себя. Правда и то, что он сделал кое-что по-настоящему странное, но ничего такого, что нельзя было бы забыть или нужно исправлять.
«Спортивный журналист» - это жизнеутверждающая книга. В ней нет ни грамма пошлой жизнерадостности, она не предлагает растить крылья, улыбаться каждому дню и хлебать жизнь большими глотками. Это очень умная книга, ее автор пытается вытащить и показать что-то очень важное о жизни как она есть и о человеке – как он есть, без груза прошлого, без его давления и диктата ошибок, во всей человеческой чистоте и неприкаянности, несущего ответственность, но и свободного.
Прошлое ничего не объясняет, говорит Форд. Есть некая точка, после которой ты такой, какой есть, а прошлое не при чем. Сколько раз я читала книги о том, как прошлое кромсало жизни героев, служило объяснением их поступков и характеров, их неудач, их будущего, а чаще его отсутствия. И вот я читаю роман, громко заявляющий, что прошлое переоценено, что жизнь не заканчивается никогда, что есть вещи, на которые нужно просто забить, и всем от этого станет только лучше.
Зрелость, как я ее понимаю, это умение видеть дурные и странные стороны жизни, осознавать, что такими они и останутся, и жить дальше, опираясь на стороны лучшие.
П. С. Только что прочитала аннотацию. Полное ощущение, что мы с ее автором читали разные книги, хотя он тоже прав.
57 понравилось
