Морбакка

. (Борис Акунин)

«И читать об этом — тоже», – добавлю я. А вы любите читать рассказы какого-либо выдающегося человека о своей жизни? Я – очень. Особенно интересными мне кажутся воспоминания о детских и юношеских годах. Время, когда человек рос и взрослел, а также обстановка и окружение его в этот период могут, на мой взгляд, во многом определить его будущий характер, взгляды, привычки, повлиять на его мироощущение и самосознание. И как порой любопытно бывает находить отголоски среды, в которой рос ребёнок, в его взрослой жизни!

Шведская писательница Сельма Лагерлёф известна многим своей великолепной и очень увлекательной книгой «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями», хотя это замечательное произведение, разумеется, не единственный труд автора. Лагерлёф вообще была человеком весьма выдающимся: она первой из соотечественниц удостоилась чести быть избранной в Шведскую Академию наук, первой из женщин получила Нобелевскую премию по литературе в 1909 году. «Морбакка» – слово, не слишком привычное русскому уху, – не что иное как название родового поместья семьи Лагерлёф, в котором будущая писательница выросла и о котором она рассказывает в своей мемуарной трилогии. Первые две её части – собственно «Морбакка» и «Записки ребёнка» – содержат воспоминания о проведённых в поместье детских годах, о братьях и сёстрах, родителях, гувернантках и прислуге, о семейных традициях и многом другом. Третья часть, «Дневник Сельмы Оттилии Ловисы Лагерлёф» – дневник 14-летней Сельмы, полгода проведшей у родственников в Стокгольме. Все три части воссоздают невероятно тёплую семейную атмосферу большой усадьбы, в течение долгих веков принадлежавшей одной семье, и показывают путь взросления и развития одной из её маленьких жительниц, ставшей впоследствии известной писательницей.

Швеция – удивительная страна. Её отличают не только суровый климат, дикая скандинавская природа, которую зачастую совсем не просто было «окультурить», приручить, приспособить под нужды человека; не словно бы не претерпевшие с веками ни малейших изменений традиционные нравы её жителей, но и удивительная, не подлежащая сомнению вера людей в существующее вокруг волшебство, ведущее собственную независимую, но способную влиять на человека, жизнь. Духи, таинственные существа, загадочные предзнаменования так нераздельно существуют вместе с людьми, настолько не оспаривается их существование, что современному человеку становится удивительно и как-то всё же приятно, будто читаешь волшебную сказку. Однако героиня этой сказки – реально существовавшая девочка, и о своей жизни, о доме, в котором живёт, о рассказах взрослых, которые слышит и которые впитывает с раннего детства, она рассказывает в своей книге.

Морбакка, в которой проживала семья Лагерлёф, не была каким-то выдающимся шведским поместьем — среднего размера, без собственного производства, как в соседнем Гордшё, без окружавших его красот типа озера или парка, как в Херрестаде. Однако она отличалась всегдашним гостеприимством и всеми признаваемым уютом: недаром семью часто навещали родственники, в усадьбе любили гостить друзья, проводя зачастую целые месяцы там, хозяева же очень тепло относились не только к своим близким и домочадцам, но и привечали странников и старых знакомых, порой известных своими чудачествами и из-за этого многими соседями избегаемых. Сельма Лагерлёф, выросшая в Морбакке, всю жизнь питала к ней добрые чувства, и когда поместье продали за долги, будучи уже взрослой, выкупила его и поселилась там. Недаром заканчиваются мемуары фразой «Там я забуду всё, что меня огорчало, там я вновь стану счастливой и радостной, потому что в Морбакке нет никаких печалей». Эту идею Морбакки как тихой гавани, родного, любимого и безопасного места автор пронесла через всю свою жизнь, и, я думаю, весьма отрадно, когда у человека есть такое место, куда он всегда может вернуться и где он может не печалиться и забыть о своих невзгодах.

На протяжении всего детства семью, в которой росла Сельма Лагерлёф, окружали замечательные люди, о которых очень тепло вспоминает она в своих мемуарах. Добрые, открытые, готовые рассказывать замечательные истории, отвечать на детские вопросы, вообще проводить с детьми время: гулять по окрестностям, кататься на санях с горки, играть и иногда шалить, – такие взрослые были и в семье, и среди родственников, и друзей, и соседей семейства Сельмы. В этом, мне кажется, и заключается вся прелесть детства – когда ребёнку не скучно во взрослом мире, когда он находит поддержку и участие в тех людях, которые его окружают, когда каждый день приносит замечательные интересные открытия. Именно такие моменты и хранит бережно в памяти ребёнок долгие годы, к ним возвращается в минуты невзгод и жизненных неурядиц, из них черпает силу. В книге же взрослые, встречавшиеся тогдашней маленькой девочке на её жизненном пути, описаны замечательно точно и подробно. Доброе и чуточку грустное впечатление оставляют рассказы о бабушке, рассказывавшей сказки и певшей песни ребятишкам, а те слушали её «и хранили [её рассказы] как сокровища, с которыми никогда не расстанутся», а после её смерти ощутили, «словно захлопнулась дверь в чудесный, волшебный мир, где они до сих пор так часто бывали. Не было никого, кто сумел бы открыть эту дверь». Очень живое впечатление оставляет отец семейства, поручик Лагерлёф, весёлый и порой чуточку сумасбродный мужчина, отчаянный экспериментатор, страстный любитель рыбы, человек, на чей день рождения каждый год в усадьбу съезжалось множество гостей, и каждый раз происходило что-то необыкновенно интересное, весёлое и необычное, – эти праздники так замечательно описаны в книге! А гувернантка детей Морбакки, впервые обнаружившая у маленькой Сельмы способности к написанию текстов и фактически предопределившая судьбу девочки, во всяком случае, вселившая в неё надежду на то, что именно писательское будущее ей уготовлено, и так ведь вышло в самом деле.

О том, что у Сельмы Лагерлёф в её неполные 15 лет уже есть свой неповторимый писательский стиль, читателю говорит её дневник. Из него становится видно, что девушка очень внимательна и прозорлива, обладает острым взглядом и хорошей памятью, а также пишет преимущественно о других людях, а не о себе, притом старается добросовестно фиксировать всё заслуживающее на её взгляд внимания и ничего не упускать, а также анализировать услышанное и увиденное. Благодаря ей читателю удаётся побывать в королевском дворце, в медицинском университете, на вечерах у жителей Стокгольма, съездить в Упсалу на студенческий праздник… Вообще, мемуары Лагерлёф дают замечательную картину шведского сельского и городского общества конца XIX века, тогдашних умонастроений, интересов, традиций, уклада жизни в целом. Это очень приятная во многих отношениях книга, к которой хочется вернуться, поскольку ощущение тепла, счастливого детства, любви остаются надолго и после прочтения.

Еще одна книга о детях и детстве, на этот раз – от автора «Удивительного путешествия Нильса Хольгерссона с дикими гусями по Швеции» и нобелевской лауреатки. Мне было интересно ознакомиться с еще каким-нибудь ее произведением. В самые первые моменты эта книга напоминает «Все мы из Бюллербю» Астрид Линдгрен. Но все же потом понимаешь, что чего-то этой книге все же не хватает. Она и написана искренне, и по реальным событиям, так как повествует о детских годах жизни Сельмы Лагерлеф, проведенных ею в усадьбе Морбакка, в честь которой и названа эта книга. Вроде бы, тут достаточно и милых забавных историй о детях, дальних и ближних родственниках, просто соседях и работниках, но все это изложено так путано и невнятно, что не дает получить такого удовольствия от чтения этой книги, как от «Бюллербю…». Вот и выходит, что для детей не то, чтобы очень захватывающе, для взрослых – слишком простовато и без изюминки. Разве что для почитателей Лагерлеф и тех, кто хотел бы полнее ознакомиться с творчеством нобелевских лауреатов и лучше узнать шведскую литературу в целом.
Книга состоит из коротких историй, изложенных без всякой системы, часть – из детства самой Лагерлеф, часть – о ее предках. Юмор присутствует, все по-доброму и мило, но слишком уж он своеобразный. Было любопытно, но большого восторга эта книга у меня не вызвала. Видимо, я не очень люблю сентиментальные, ностальгические вещи.

Не совсем мемуары, не совсем автофикшн. Не совсем рассказы, не совсем роман. Реализм, но вовсе не реализм, разве что магический. Год написания -1922. Интересно, модно, современно (без иронии).

Три кита, на которых выстроена «Морбакка» - детские воспоминания Сельмы, история страны и шведская фольклорная хтонь. Заметьте, воспоминания в этой конструкции элемент самый ненадежный (и это при наличии хтони-то). Сличая их с реальной биографией Лагерлеф, понимаешь, что рассказчик она, мягко говоря, недостоверный.

Причина расхождений - не игры разума, не капризы памяти. Скрываясь за детской оптикой, Сельма намеренно подменяет и подкрашивает прошлое. В том с какими фактами работает писательница, и заключается авторская рефлексия, характерная для автофикшн. Напрямую взрослая Сельма заговорит с нами лишь единожды, в эпилоге. Это будет пронзительно.

В бесхитростные и забавные рассказики о няне, корюшке и ребячьих играх, Лагерлеф ненавязчиво утрамбовывает большие мысли и острые социальные идеи, актуальные даже сегодня. Прочитав милейшую главу «Мальчики и девочки» не удивишься узнав, что Сельма была активным борцом за права женщин и состояла в многолетней переписке (и не только) с известной суфражисткой своего времени.

Удивительная женщина. Удивительный роман (а роман ли?) и простой, и сложный одновременно. Все зависит от того, как глубоко вы решите копнуть.

Наверное, из моего потока сознания не вполне понятно, о чем книга. Все просто. Она о семье, о детстве, о любви, о счастье, в конце концов.

P.S. Пытаясь подобрать некий литературный аналог к «Морбакке», чтоб объяснить на что она похожа, я вспомнила «Конец света, моя любовь». Парадоксально, но модуль творческого метода у Сельмы Лагерлеф и Аллы Горбуновой одинаковый, а вот знаки совсем разные. Оказывается, свежие тренды не такие уж и свежие

Увлекательная книга о детстве первой женщины-лауреата Нобелевской премии по литературе. Реальная жизнь, тесно переплетённая с фольклором. Конечно, читать стоило бы лет на десять раньше, но я рада, что прочитала сейчас. Лёгкая и ни к чему не обязывающая книга.
Морбакка - это поместье, где Сельма жила в детстве. Из этой книги я узнала, например, что в детстве Сельма некоторое время была парализована, но её родные всеми силами поддерживали её, дарили ей веру, и в конце концов она не только стала ходить, но и открыла в себе творческий потенциал.

Морбакка. Слово какое, да?:) Мне сразу тролли какие-то представлялись, пещеры, тайны и чудеса. На самом деле это название усадьбы, где родилась и выросла писательница Сельма Лагерлеф. С такой любовью и так интересно и сказочно она рассказывает о своем детстве, о семье, я читала с огромным удовольствием. Хорошо сбалансированная смесь детских воспоминаний, рассказов о родственниках и их горестях и радостях, и семейных сказок с легендами. Читается на одном дыхании. Всем любителям биографической прозы рекомендую.

Почему-то я очень долго откладывала прочтение "Морбакки" - все не доходили руки или находились книги поинтереснее, или просто не было времени. Но вот я наконец добралась до нее - и проглотила залпом буквально за два дня.
Читая "Морбакку", я иногда вспоминала "Детские годы Багрова-внука" Аксакова - такая же семейная хроника, история родового гнезда и людей, живущих в нем. Но книга Лагерлеф показалась мне более светлой и в то же время более насыщенной; история Морбакки и ее жителей дается в ней как бы со стороны.
Хорошая, в общем, книга, уютная и светлая.