Рецензия на книгу

• 

  Rainbowread

  23 мая 2017

  В Морбакке нет никаких печалей, или Мемуары о счастливом скандинавском детстве

  На свете, по-моему, нет ничего интереснее, чем смотреть и слушать, как достойный и мудрый человек откровенно рассказывает про свою жизнь

  . (Борис Акунин)

  «И читать об этом — тоже», – добавлю я. А вы любите читать рассказы какого-либо выдающегося человека о своей жизни? Я – очень. Особенно интересными мне кажутся воспоминания о детских и юношеских годах. Время, когда человек рос и взрослел, а также обстановка и окружение его в этот период могут, на мой взгляд, во многом определить его будущий характер, взгляды, привычки, повлиять на его мироощущение и самосознание. И как порой любопытно бывает находить отголоски среды, в которой рос ребёнок, в его взрослой жизни!

  Шведская писательница Сельма Лагерлёф известна многим своей великолепной и очень увлекательной книгой «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями», хотя это замечательное произведение, разумеется, не единственный труд автора. Лагерлёф вообще была человеком весьма выдающимся: она первой из соотечественниц удостоилась чести быть избранной в Шведскую Академию наук, первой из женщин получила Нобелевскую премию по литературе в 1909 году. «Морбакка» – слово, не слишком привычное русскому уху, – не что иное как название родового поместья семьи Лагерлёф, в котором будущая писательница выросла и о котором она рассказывает в своей мемуарной трилогии. Первые две её части – собственно «Морбакка» и «Записки ребёнка» – содержат воспоминания о проведённых в поместье детских годах, о братьях и сёстрах, родителях, гувернантках и прислуге, о семейных традициях и многом другом. Третья часть, «Дневник Сельмы Оттилии Ловисы Лагерлёф» – дневник 14-летней Сельмы, полгода проведшей у родственников в Стокгольме. Все три части воссоздают невероятно тёплую семейную атмосферу большой усадьбы, в течение долгих веков принадлежавшей одной семье, и показывают путь взросления и развития одной из её маленьких жительниц, ставшей впоследствии известной писательницей.

  Швеция – удивительная страна. Её отличают не только суровый климат, дикая скандинавская природа, которую зачастую совсем не просто было «окультурить», приручить, приспособить под нужды человека; не словно бы не претерпевшие с веками ни малейших изменений традиционные нравы её жителей, но и удивительная, не подлежащая сомнению вера людей в существующее вокруг волшебство, ведущее собственную независимую, но способную влиять на человека, жизнь. Духи, таинственные существа, загадочные предзнаменования так нераздельно существуют вместе с людьми, настолько не оспаривается их существование, что современному человеку становится удивительно и как-то всё же приятно, будто читаешь волшебную сказку. Однако героиня этой сказки – реально существовавшая девочка, и о своей жизни, о доме, в котором живёт, о рассказах взрослых, которые слышит и которые впитывает с раннего детства, она рассказывает в своей книге.

  Морбакка, в которой проживала семья Лагерлёф, не была каким-то выдающимся шведским поместьем — среднего размера, без собственного производства, как в соседнем Гордшё, без окружавших его красот типа озера или парка, как в Херрестаде. Однако она отличалась всегдашним гостеприимством и всеми признаваемым уютом: недаром семью часто навещали родственники, в усадьбе любили гостить друзья, проводя зачастую целые месяцы там, хозяева же очень тепло относились не только к своим близким и домочадцам, но и привечали странников и старых знакомых, порой известных своими чудачествами и из-за этого многими соседями избегаемых. Сельма Лагерлёф, выросшая в Морбакке, всю жизнь питала к ней добрые чувства, и когда поместье продали за долги, будучи уже взрослой, выкупила его и поселилась там. Недаром заканчиваются мемуары фразой «Там я забуду всё, что меня огорчало, там я вновь стану счастливой и радостной, потому что в Морбакке нет никаких печалей». Эту идею Морбакки как тихой гавани, родного, любимого и безопасного места автор пронесла через всю свою жизнь, и, я думаю, весьма отрадно, когда у человека есть такое место, куда он всегда может вернуться и где он может не печалиться и забыть о своих невзгодах.

  На протяжении всего детства семью, в которой росла Сельма Лагерлёф, окружали замечательные люди, о которых очень тепло вспоминает она в своих мемуарах. Добрые, открытые, готовые рассказывать замечательные истории, отвечать на детские вопросы, вообще проводить с детьми время: гулять по окрестностям, кататься на санях с горки, играть и иногда шалить, – такие взрослые были и в семье, и среди родственников, и друзей, и соседей семейства Сельмы. В этом, мне кажется, и заключается вся прелесть детства – когда ребёнку не скучно во взрослом мире, когда он находит поддержку и участие в тех людях, которые его окружают, когда каждый день приносит замечательные интересные открытия. Именно такие моменты и хранит бережно в памяти ребёнок долгие годы, к ним возвращается в минуты невзгод и жизненных неурядиц, из них черпает силу. В книге же взрослые, встречавшиеся тогдашней маленькой девочке на её жизненном пути, описаны замечательно точно и подробно. Доброе и чуточку грустное впечатление оставляют рассказы о бабушке, рассказывавшей сказки и певшей песни ребятишкам, а те слушали её «и хранили [её рассказы] как сокровища, с которыми никогда не расстанутся», а после её смерти ощутили, «словно захлопнулась дверь в чудесный, волшебный мир, где они до сих пор так часто бывали. Не было никого, кто сумел бы открыть эту дверь». Очень живое впечатление оставляет отец семейства, поручик Лагерлёф, весёлый и порой чуточку сумасбродный мужчина, отчаянный экспериментатор, страстный любитель рыбы, человек, на чей день рождения каждый год в усадьбу съезжалось множество гостей, и каждый раз происходило что-то необыкновенно интересное, весёлое и необычное, – эти праздники так замечательно описаны в книге! А гувернантка детей Морбакки, впервые обнаружившая у маленькой Сельмы способности к написанию текстов и фактически предопределившая судьбу девочки, во всяком случае, вселившая в неё надежду на то, что именно писательское будущее ей уготовлено, и так ведь вышло в самом деле.

  О том, что у Сельмы Лагерлёф в её неполные 15 лет уже есть свой неповторимый писательский стиль, читателю говорит её дневник. Из него становится видно, что девушка очень внимательна и прозорлива, обладает острым взглядом и хорошей памятью, а также пишет преимущественно о других людях, а не о себе, притом старается добросовестно фиксировать всё заслуживающее на её взгляд внимания и ничего не упускать, а также анализировать услышанное и увиденное. Благодаря ей читателю удаётся побывать в королевском дворце, в медицинском университете, на вечерах у жителей Стокгольма, съездить в Упсалу на студенческий праздник… Вообще, мемуары Лагерлёф дают замечательную картину шведского сельского и городского общества конца XIX века, тогдашних умонастроений, интересов, традиций, уклада жизни в целом. Это очень приятная во многих отношениях книга, к которой хочется вернуться, поскольку ощущение тепла, счастливого детства, любви остаются надолго и после прочтения.

  4 понравилось

  0

  96