Memory and Dream

Будем сегодня честными: я не имею никакого желания писать эту рецензию, вот совершенно. Но я люблю енотов, и ничего не могу с этим поделать, извините. Поэтому...

Я зашла на страницу книги Чарльза де Линта "Лезвие сна", предварительно набрав название в поисковом окошке, которое находится в правом верхнем углу моего экрана (вашего, я думаю, тоже). Я нажала сначала кнопочку "добавить", поставила оценку (открыв полную форму, потому что как бы ни мила мне была новая, я всё-таки...ну, привыкла, что ли, по-старинке. Может, это боязнь нового или стремление ухватиться за то стабильное, что было в прошлом?). Затем я нажала кнопочку "написать рецензию" и, собственно, пишу этот текст.

Интересно? Вот так пишет Линт. Ну вот скажите мне, ну как так можно? Вероятно, я слегка утрирую, но я так устала! Дорогой автор, зачем ты растягиваешь сюжет на такое неимоверное количество страниц? Зачем же ты так уныло подробен?

Меня очень угнетает эта книжка (да, я её ещё не дочитала - давайте будем сегодня честными). Дело в том, что, следует отдать многоуважаемому де Линту должное - задумка хороша. Действительно хороша. Но к ней следовало приложить либо другого автора (прости меня, Чарльз), либо понимание нынешнего имеющегося у нас автора о необходимой в его случае краткости. На мой скромный, слегка близорукий без линз взгляд, умение удерживать читательский интерес у автора отсутствует. Умение писать вообще - как мне кажется, тоже. Но это всё с лихвой бы компенсировалось сюжетом и задумкой (ибо фантазия же есть!), если облечь их в большой рассказ или маленькую повесть. Но нет, Линт расписался; он писал и писал, его было не остановить, ведь нужно было выписать всё, разжевать всё, объяснить всё, чтобы мы, бедные, глупые читателишки всё правильно поняли, поняли именно так, как ему хочется.
Это его книжка. Это просто его книжка, которой он, вероятно, часами наслаждался. Видно, как она ему интересна, видно, что даже заканчивать ему её было жалко. Всё это, конечно, здорово, но не для меня - читателя, который, честно говоря, мог писать рецензию уже после пятой части прочитанного и обеспокоенно поглядывал на количество оставшихся страниц в ридере.

Ладно, я поела, дочитала таки книжку, и хочу всё-таки добавить сюда немного доброты и счастья, ведь книжка могла бы мне очень даже понравиться. Во-первых, потому что для меня всегда был важен и интересен вопрос творчества: откуда оно, что это вообще, как возникает тот или иной образ? Концепция, которую, я уверена, многие обдумывали, и которая в этой книжке так же некоторым образом представлена: мы ничего не придумываем, всё это уже существует, мы лишь умеем или не умеем открывать дверь. Линт представил эту мысль хорошо: есть технически совершенные работы. а есть работы, открывшие дверь. Соответственно, вопрос: ответственны ли мы за тех, кто вошёл в наш мир, через дверь, которую открыли им мы. Собственно, на этом и строится сюжет, приправленный личными трагедиями, любовями, дружбами и чувствами. Так что, всё правда неплохо, если бы не было так долго и затянуто. Так. Это было во-первых. Но так как я поела, и теперь гораздо добрее, у меня есть в защиту этой книжки и во-вторых. Говорю: в конце концов, книжка эта - милаха. Ну правда, она милая и добрая. Вот. Кажется, всё.

Балобол я, балобол... Думала написать отписку в один абзац, а сама тут уже целый час строчу, что на самом деле весьма коррелирует с манерой де Линта, ага.

Первое знакомство с творчеством ветерана городского фэнтези Чарльза Де Линта. Очень ванильное, но удачное. Много лет ходил вокруг этого писателя кругами, непонятно чего опасаясь, на неделе ткнул пальцем в первое попавшееся произведение и не ошибся. Если кто-то посоветует еще пару книг from the best - буду благодарен.

«Лезвие сна» (Memory and Dream, 1994) напоминает романы Стивена Кинга этого же периода. Красивая, пусть и немного затянутая урбань на стыке жанров. Про муки творчества и ответственность Творца перед человечеством и Вселенной. Концепция простая, но де Линту удалось подвести под один знаменатель «Франкенштейна», «Пиноккио», «Портрет Дориана Грея» и еще полдюжины классических книг. Респект за смелость.

1972 год. Молодая художница Изабель Копли видит на площади похожего на тролля старика, который кормит голубей, и пытается написать его беглый портрет. Старик замечает её внимание, пристально изучает эскиз, а потом приглашает к себе в студию. Оказывается, старик – вовсе не бомж, а самый известный в городе художник Винсент Аджани Рашкин. Человек-легенда, человек-загадка, умело избегающий все эти годы журналистов и фотографов. По непонятной для Изабель причине Рашкин выбирает её своей ученицей. Он открывает девушке все тайны своего ремесла, но при этом показывает себя человеком очень трудным – деспотом, тираном и даже садистом. В один момент он может двинуть тебя по лицу, но через секунду – будет плакать и винить себя за содеянное.

Наступит день, когда Изабель узнает главную тайну своего таланта – она может вызывать к жизни персонажей со своих картин. При соблюдении ряда условий полотна становятся вратами между миром людей и миром духов, через которые духи могут воплощаться в героев картин. У ньюменов (так называет их героиня) нет крови, им не нужна еда, они не видят снов, но во всем остальном ньюмены – самые настоящие люди. Они привязаны к своему создателю, не знают своего прошлого, единственный способ их убить – уничтожить картину-оригинал.

Ты не должна вызывать к жизни ньюменов, говорит Рашкин своей ученице, ты никогда не узнаешь, кого пригласила в этот мир – ангела или демона. Избегай общения со своими созданиями, а при возможности – ликвидируй их. Но ньюмены говорят Изабель совсем иное – беги от Рашкина. Это чудовище питается ньюменами. Много лет назад он потерял собственный талант к воплощению и теперь нуждается в ученике, который мог бы снабжать его едой. Винсент Аджани Рашкин – это зло, не забывай об этом.

Вечность - ничто,
Когда на пути дождя
Ляжет в ладонь
Тонкое лезвие сна..

Theodor Bastard, Пустота

Прозу де Линта довольно трудно классифицировать и отнести к какому-то конкретному направлению. С одной стороны, это магический реализм, но совершенно своеобычный и очень далёкий от того, что обычно принято ассоциировать с этим жанром. С другой стороны, это определённо городское фэнтези, но опять же не имеющее ничего общего с лихими фантастическими боевиками в городском антураже, к которым привыкли читатели. По ритму и настроению "Лезвие сна" больше похоже на классическое и даже мифологическое фэнтези, раздумчивое и медлительное. В декорациях современного мегаполиса автор разворачивает вполне реалистичный на первый взгляд сюжет. И только потом, совсем как на картинах Изабель, главной героини романа, читатель замечает маленькие чудеса большого города.

Фантастическое здесь не выходит на первый план и уж тем более не врывается в ход событий внезапно. Чудеса всегда были частью повседневного мира, скрываясь в полумраке теней, их просто нужно уметь увидеть. "Лезвие сна" - вещь удивительно камерная и атмосферная, построенная, несмотря на антураж, скорее по канонам магического реализма, где во главу угла ставятся переживания и эмоции вполне реальных людей, хоть и показанные сквозь призму сверхъестественного. Вопросы веры и доверия, типично человеческие метания в поисках смыслов, место и путь художника. Волшебное лишь помогает автору яснее очертить все эти проблемы, выступая скорее средством, чем целью. Да и начало своё все эти чудеса берут в искусстве, которое на самом деле и есть та самая дверца в удивительные миры, доступная каждому человеку. Отношения Изабель с ньюменами и в первую очередь Джоном - что-то вроде очередной иллюстрации реального мира, где привязанности и чувства, что возникают между людьми, заменены на неразрывную связь творца и творения. В своей дружбе с Кэти Изабель видела ровно то, что хотела увидеть, то, что, как ей казалось, должно было быть. Чтобы отказаться от этого невольного эгоцентризма, героине пришлось столкнуться с собственным творением, ожившим и обретшим полную свободу воли. Если уж Джон, казалось бы, созданный одной только силой искусства Изабель, оказывается для неё непостижим, то что уж говорить о других людях. Вещие сны, и ожившие картины, и пожар, и смерть, и встреча лицом к лицу со злом. Изабель заплатила очень дорогую цену за простое осознание того, что даже в своих чувствах человеку разобраться не дано. Именно в этом и скрыт ключ к чуду, если верить автору. Великая сила искусства сродни любви и точно так же берёт начало из глубины души. Главное - чувства людей, а удивительные создания, населяющие заброшенные закоулки Ньюфорда, скорее следствие, внешнее проявление подлинного чуда, что скрыто в сердцах людей. Так что перед нами совсем не обычное городское фэнтези. Магия де Линта рождается в видениях и мечтах, на тонкой границе между реальностью и миром по ту сторону холста. На лезвии сна.

Удивительно, как можно погубить на корню неплохую книгу, где есть задатки интересного сюжета, а слог автора, мог бы быть и более легким для восприятия. Нет, он не тяжелый, но из-за детализации всего, по тексту, он превращается в нечто удушающее, что вы воспринимается с большим трудом и сюжет уже отходит на второй план.

Собственно, сама сюжетная линия - это история талантливой художницы Изабель, изначально, она считает, что ей повезло, ведь сам мэтр Рашкин, таинственный художник, классик при жизни, предлагает ей учится у него. Да, мэтр конечно с некими нюансами поведения, в виде побоев и внезапных вспышек агрессии, но Изабель терпит, считая, что это плата за учения у такого "монстра от искусства". Но Рашкин оказывается намного сложней, нежели, чем просто неуравновешенный старик-гений, он обладает уникальной магией, которая позволяет ему творить довольно жуткие вещи.

Сама того не ведая, Изабель вовлекает в большие неприятности не только себя, но и своих друзей, ведь даже изоляция на дальнем островке, в дали от города, не может ее спасти - чувство вины это такая вещь, которая всегда с вами.

Собственно, вся книга это попытка противостоят магии Рашкина, но самое отрицательное в книге - это статичность, вялость главных персонажей, они не менялись, не делали сюжет динамичным, автор пинал их и они вяло шли, показывая полнейшие равнодушие к такому необычному сюжету.

Короче, лезвие сна вышло тупым, его залили ненужные, блудливые словеса, а персонажи растворились в тени, опав не то прахом, не то пылью. Не самая интересная книга, из жанра фэнтези.

Во второй раз у автора встречаю книгу, у которой замечательная задумка (дар возвращать людей через рисунки), тема (искусство, его влияние на человека), а вот исполнение ух...
Мне интересно, неужели автору самому не было скучно разводить эти бесконечные, скучные мысли / повороты событий / малейшие движения героини. Так и хочется сказать автору - наслаждайся своим произведением! Может так у тебя из под пера выйдет что-то не такое заунывное.

Раз за разом заставляла себя читать из-за героя Рашкина, он обладал хоть каким-то характером, в отличие от остальных. Но увы и по его персонажу я ожидала куда более яркого развития.

Чувство, что мы смотрим на мир в книге глазами очень скучного, плоского человека. Потому что об одном и том же можно рассказать очень разными способами.

При этом у меня есть тёплые воспоминания об этом авторе из детства. Мне кажется, он неплохой человек, явно с фантазией, вот только глубины восприятия мира ему не хватает.

Жила-была в Ньюфорде талантливая художница Иззи, однажды она познакомилась со своим злым гением Винсентом Рашкиным и научилась создавать ньюменов - приходящих из Сада Муз персонажей картин. Кроме того, у Иззи есть подруга Кэти - сочинительница сказок, которая однажды перестав справляться с мучившей её реальностью решает покончить жизнь самоубийством. Но её прощальное письмо лучшей подруге всё же пусть и через пять лет, но достигает адресата, попутно подняв осадок с души Иззи и заставив взяться за решение нерешённых в прошлом проблем. Это всё, что хотелось бы сказать о сюжете, всё остальное нужно обязательно читать.

Первая мысль после того как закрывается последняя страница - это жалость от того, что история кончилась, потому что "Лезвие сна" - великолепная история, несмотря на всю магичность и ирреальность сюжета с ньюменами, живущими собственной жизнью, тем не менее, все отношения и герои оказываются реальными в своих достоинствах и недостатках, а их проблемы довершают эту реальность. Мне кажется, что каждый, даже самый сильный реалист, иногда поддавался идее и воображал себе, что на самом деле травмирующая ситуация была соврешенно другой (ну хотя бы на пару мгновений погружался в эту веру). А сон становился явью, или наоборот явь казалась сном, вот это лезвие сна и создавало ощущение реальности. Это действительно очень стоящий роман.

Творчество. Как можно по-разному относиться к создаваемому полотну и изображенным на картинах персонам. О прекрасном и омерзительном.
О любви и ненависти. О дружбе и вражде. О жизни и смерти.
Плавно расстилается текст, неспешно перетекая от одного персонажа к другому, из прошлого в настоящее. Из сна – в реальность, и наоборот. Герои живые, эмоциональные, вызывающие сочувствие или раздражение.
Мне понравилось в книге все. Я радовалась немалому объему книги, совсем не хотелось расставаться с героями этой удивительной истории. Атмосфера Ньюфорда – это другой мир, сказочно прекрасный и в то же время совсем реальный.
Хочу отметить весьма интересную вступительную статью Александры Альтман о творчестве Чарльза де Линта.

Эту книгу я взяла без особых ожиданий, но она буквально втянула меня в свой мир с первых страниц. Сначала кажется, будто все просто — талантливая художница, потерявшая себя и уехавшая на остров в поисках спасения. Но чем дальше, тем яснее становится: здесь слоёв куда больше. Вот вроде обычная повседневность — воспоминания, страхи, тёплая тоска по утраченной дружбе. Но вдруг сквозь неё начинают проступать вещи, которые не объяснишь логикой: оживают картины, прошлое настигает необычным письмом, граница между сном и явью стирается на глазах.

Меня зацепило, как деликатно показаны эмоции героини — её метания, вина, попытки отделить свой дар от проклятия. Всё это так по-настоящему, что порой забываешь, где волшебство, а где просто правда о чувствах. Очень отозвалась тема искусства — сколько силы и боли бывает за одной только картиной, как непростительно легко ранить других и себя в этом процессе. Книга подсвечивает: творчество делает человека уязвимым, но одновременно даёт настоящую свободу и шанс на чудо.

Особое удовольствие доставило, что необычное тут не обрушивается внезапно, а сплетается с реальностью тонко — как сны, которыми не всегда хочется просыпаться. И финал… он дал мне то редкое чувство, когда долго не можешь отпустить героиню и продолжаешь думать, была ли её жизнь благословением или испытанием. Очень советую всем, кто любит истории, где магия вплетена в повседневность, а главным остаются поиски смысла и себя.

Очень рада, что познакомилась с этим автором. Знаете как бывает иногда, когда испытываешь от чего-нибудь удовольствие, тело покрывается мурашками и ощущается приятное и странное чувство в голове. С самого начала чтения меня накрыла подобная волна восторга от авторского слога. В таком состоянии волшебной эйфории я с удивлением следила за развитием сюжета. Наверное, я до сих пор не потеряла веру в волшебство, так как воспринимала происходящее как само собой разумеющееся. Сыграло свою роль и то, что в моем понимании творческие личности (писатели, художники, о которых и идет речь в романе) по сути являются творцами. Творцами своих миров, персонажей и истории, что собственно и представлено в этом романе, пусть аллегорически, в жанре фэнтези, но такой авторский прием вполне соответствовал моим собственным внутренним ощущениям. Ведь в процессе создания того или иного произведения автор волей-волей какое-то время живет среди своих персонажей, думает о них, переживает и радуется вместе с ними. Вполне возможно, что со стороны это воспринимается как душевное расстройство или еще чего похуже если он действительно всего себя отдает своей работе и вкладывает в это душу. И совершенно естественно в этом контексте воспринимаются слова Рашкина Иззи:

Кроме всего прочего очень понравилось как автор рассуждает о самом творчестве, как и что пишет о процессе создания картин и книг, о вдохновении, об образе жизни и окружении писателей и художников.
Творчество - не единственная тема, раскрываемая на страницах романа. Немало места уделено мыслям персонажей о дружбе, взаимовыручке, внимании к окружающим, для сожалений героев о прошлом и мечтам об изменении будущего.
Атмосферное глубокое произведение, оставившее приятное послевкусие и пищу для размышлений.