Meie keemilised südamed

Ага. Вот и приготовлю для всех мини-пиццы, только купите все, что нужно. А еще, – я откашлялся, – к нам придет девочка.
– Будете вместе делать доклад? – поинтересовалась мама.
– Это твой репетитор? – спросил папа.
– Хочешь ей что-то продать?
– Заманил ее хитростью?
– Она думает, что мы миллионеры?
– Ты ее шантажируешь?
– Она сидит на героине, да?

Надо вмешаться сейчас, пока он не начал петь любовные серенады из индийских фильмов.
– Зачем? Разве может быть что-то романтичнее нечаянного расизма? – возразила Джорджия.

Осталось лишь сообщить родителям о планах на вечер. Это звучало примерно так:
Я: «Пап, сегодня я снова собираюсь нелегально употреблять алкоголь».
Папа: «Генри, мальчик мой, давно пора. Тебя подвезти?»

Реальность уродлива. Пусть лучше я останусь загадкой.

Когда от человека остается лишь воспоминание, он кажется идеальным.

Нами правит хаос возрождения: всё разваливается, потом снова соединяется, и мы живём дальше. Мы должны сами отпустить себе грехи. Мы – наше собственное искупление.

Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Не совсем, конечно, без замедленного действия, развевающихся на ветру волос и надрывной оркестровой музыки. Но чего-то такого я ждал, понимаете? Что сердце остановится на секунду. Душа замрет, и внутренний голос прошепчет: «О черт. Кажется, это она. Наконец, спустя все эти годы, я встретил ее».

Есть вещи, ради которых стоит побороться.

Вселенная — не волшебное место, какой ее любят изображать. Она офигенно прекрасная, но в ней нет волшебства. Только наука.

Нельзя жить и искать в каждом встречном родственную душу. Нет никаких родственных душ. Когда кто-то становится твоей родственной душой, в этом целиком и полностью твоя заслуга.