Цитаты из книги Tihenevad varjud

Видеть нити этого мира – это одно. Дергать за них – совсем другое. А суметь сыграть на них музыку – это, скажем так, нелегкое искусство.

Хоть она и далеко от дома, есть вещи, которые везде одинаковы, и иногда лучше оставаться мужчиной, даже если грозит смерть.

- Ваше величество, вы поклоняетесь тому, чего не можете ни увидеть, ни коснуться, а я поклоняюсь тому, с чем связан ежеминутно, каждый день. Что, на ваш взгляд, более логично?

- Боже, если ты есть на свете, если есть какая-то высшая сила или кто угодно там, наверху... или внизу, - проговорила она, - кто бы ты ни был, самое время вмешаться, если тебе хочется ради любопытства или из жалости, чтобы я прожила еще один день.

Everyone thinks I have a death wish, you know? But I don't want to die - dying is easy. No, I want to live, but getting close to death is the only way to feel alive. And once you do, it makes you realise that everything you were doing before wasn't actually living. It was just making do. Call me crazy, but I think we do the best living when the stakes are high.

"I honestly don't know whether to be impressed or unnerved." "The two aren't mutually exclusive."

Alucard and Lila

После той ночи я не знал покоя. Думал, состязания помогут, но стало только хуже. Я будто задыхаюсь. Понимаю, что это безумие, что я ни в чем не нуждаюсь, но я видел, как чахнет и умирает король, запертый в замке. – Он опустил глаза, словно пытался через рубашку разглядеть печать на груди. – Не понимаю, что со мной происходит.
– Жизнь, – ответила Лайла, кружась вместе с ним. – И смерть.

— Корону поправь, мой принц, — бросил он напоследок. — Покосилась.

— Невозможность – это всегда вызов! – бодро заявил Нед.

Хаосу нужен порядок. Магии нужна умеренность. Это как огонь. У него нет власти над собой. Он сжирает все, что ему дают, и если дать слишком много, он будет гореть, пока не спалит все вокруг.

— Знаешь, что такое свобода? Она никогда не дается сама собой. И никто ее тебе не вручит. Я свободна, потому что боролась за это. Ты же вроде самый могущественный маг всех миров? Если не хочешь быть здесь, просто уйди, и все.

— Мы говорим о людях, – ответил он, не спуская глаз с арены. – А люди – самый важный и самый переменчивый элемент магического уравнения. Магия сама по себе – величина постоянная, чистый спокойный источник, как вода. А люди и мир, который они строят, – это проводники магии, они определяют ее природу, окрашивают ее энергию, как краска окрашивает воду. Из всех людей именно ты должна бы понимать, что магия в руках человека меняется. Она – стихия, которой можно придать форму.

— Когда люди волнуются, они стремятся скрыть лицо, – объяснила она. – Я заправляю волосы за ухо, чтобы показать противнику – жертве, сопернику, кому угодно, – что я не прячусь. Я смотрю им в глаза и требую, чтобы они смотрели в глаза мне.

Ничего не дается даром, – произнес Осарон. – Так уж заведено. Отдавать и брать.

Команда. Само это слово говорило: она не одна. Но быть вместе – значит привязаться, а привязанность – штука опасная. В лучшем случае она все усложняет. В худшем – люди гибнут.

Усердие – это утонченная форма наказания.

Политика – это танец, пока не станет войной. А заказываем музыку мы.