Far from the Madding Crowd

"Уэзерби по сравнению с городами оставался неизменным. То, что горожанин относит к "тогда", для селянина означает "теперь". В Лондоне прежнее время — это двадцать, тридцать лет назад, в Париже — десять или пять, а в Уэзерби и шестьдесят, и восемьдесят — это все еще "нынче", и надо, чтобы прошло по меньшей мере столетие, чтобы какой-то заметный отпечаток остался на его лице и говоре. За пятьдесят лет разве что самую малость изменился крой сапога или вышитый узор на рабочей блузе..."

Тогда я был для вас чем-то - до того, как он стал до вас всем, и вы были почти моей .

Если женщине с сильным характером безрассудно отпевается от своей силы, она становится беспомощнее самой слабой, которой не от чего отрекаться.

А если бы она ещё сознавала, какова сейчас ее власть над этим человеком, - что от неё одной зависит повернуть его судьбу к добру или злу, она пришла бы в ужас от такой ответственности.

"Бежать за человеком вдогонку только за тем, чтобы сказать, что он вам не нужен…"

Играть в любовь Батшеба умела недурно, но о том, каково ее испытывать, не ведала.

Я не прочь побыть невестой на свадьбе, только чтоб потом не было мужа. Ну а раз нельзя так, чтобы покрасоваться, я еще повременю

Ненастье для наших краев - главный сюжет, а погожие дни - лишь эпизоды.

Молчание порой поразительно красноречиво, никакая речь не может быть столь выразительна. Точно так же, говоря мало, мы зачастую передаем больше, нежели когда говорим много.

Даже когда зрение наше ничем не затруднено, мы обыкновенно окрашиваем и лепим всякую вещь, которую видим, сообразно с собственными склонностями.

Ни один мужчина не пожелает, что бы женское кокетство вертел его чувства на своей карусели.

Я не прочь побыть невестой на свадьбе, только чтобы потом не было мужа.

Изысканнейшие дары самой идеальной любви - Это не щедрость души, а потаканье самом себе.

Сильный пол обыкновенно терпит в женщине лишь такое превосходство, коего она сама не сознает. Однако и превосходство, ею сознаваемое, порой привлекает мужчину, если оставляет ему надежду ее покорить.

О чувствах они говорили мало: красивые фразы и нежные знаки внимания ни к чему таким давним друзьям.

Желто-багровый отсвет - отсвет пламени за безлиственной оголенной оградой озарил усталое лицо Оука, и сплетающиеся тени голых колючих веток заплясали узором по его блузе и гетрам, а металлический крюк его пастушеской клюки засверкал серебром.

Изысканнейшие дары самой идеальной любви - это не щедрость души, а потакание самому себе.

За последние сутки она утратила свою молодую жизнерадостность, не приобретя взамен философского спокойствия зрелых лет.

Гнев Болдвуда достиг уже такого накала, когда человек теряет способность рассуждать и разбираться в окружающем.