Цитаты из книги Последняя попытка

Последняя попытка стать счастливым, как будто призрак мой перед обрывом и хочет прыгнуть ото всех обид туда, где я давным-давно разбит.

Там на мои поломанные кости присела, отдыхая, стрекоза, и муравьи спокойно ходят в гости в мои пустые бывшие глаза.

Я стал душой. Я выскользнул из тела, я выбрался из крошева костей, но в призраках мне быть осточертело, и снова тянет в столько пропастей.

я счастлив лишь наверно, но не наверняка.

Столько в жизни назапутал, все, что делал, - всё не то, а я весь - из незабудок. Не могу забыть ничто.

Я забыл, кто я таков. Я - сплошной изъян. Я отнюдь не с облаков, а скорей из ям.

Запутаться - это не менее страшно, чем вовсе погаснуть, а я еще не насветился, а я еще не досветил.

Попытка, когда она стала пожизненной, - пытка.

А вы останетесь собой? Если вы есть, то вы останетесь.

Самого себя я спрашивал под гудки и провода: "Мы узнали столько страшного - может, хватит навсегда?"

И ещё мной было спрошено: "Мы за столько горьких лет заслужили жизнь хорошую? Заслужили или нет?"

Понял я, что человек несчастен, потому что счастья ищет он.

В счастье есть порой такая тупость. Счастье смотрит пусто и легко. Горе смотрит, горестно потупясь, потому и видит глубоко.

Счастье - словно взгляд из самолета. Горе видит землю без прикрас. В счастье есть предательское что-то - горе человека не предаст.

и пойму, что умереть - жестоко и к себе, и, главное, к другим.

Чувства жизни нет без чувства смерти. Мы уйдем не как в песок вода, но живые, те, что мертвых сменят, не заменят мертвых никогда.

Почему иду я по руинам самых моих близких, дорогих, я, так больно и легко ранимый и так просто ранящий других?

Ведь в бахвальской судьбе своенравной, между стольких зубов и зубил кое-что было истинной правдой: это то, что я всё-таки был.

В небесах не ожидая рая, землю ты попреком не обидь, ибо не наступит жизнь вторая, а могла и первая не быть.

Вхрупывайся в радость, как в редиску, смейся, перехватывая нож. Страшно то, что мог ты не родиться, даже если страшно, что живёшь.

Быть бессмертным не в силе, но надежда моя: если будет Россия, значит, буду и я...

Идут белые снеги, как по нитке скользя... Жить и жить бы на свете, да, наверно, нельзя.

Чьи-то души, бесследно растворяясь вдали, словно белые снеги, идут в небо с земли.

Идут белые снеги... И я тоже уйду. Не печалюсь о смерти и бессмертья не жду.

Я не верую в чудо. Я не снег, не звезда, и я больше не буду никогда, никогда.

И если сотня, воя оголтело, кого-то бьет,- пусть даже и за дело! - сто первым я не буду никогда!

Нет, Сталин не сдался. Считает он смерть поправимостью. Мы вынесли из мавзолея его. Но как из наследников Сталина Сталина вынести?

И я обращаюсь к правительству нашему с просьбою: удвоить, утроить у этой стены караул, чтоб Сталин не встал и со Сталиным - прошлое.