Речь в этом произведении идет об одном из первых и самых знаменитых дел Пуаро.

И здесь явно виден стиль Агаты Кристи – она очень любит мелкие детали и символические статуэтки… Только вот в произведении "10 негритят" их десять, а в этом их "ровно шесть". История интересная, достаточно реалистичная и логичная.

Раздражает в этой книге, как и во многих произведениях того времени (не обязательно того же автора) возвышенность дам. Что девушки, что женщины представлены такими несчастными, ранимыми, что задумываешься о том, как же они выжили в таком жестоком мире. После убийства в дом приходит следователь или детектив, спрашивает подробности, а в ответ слышит: "я вспомнила и сейчас упаду в обморок" или "неужели мне придется вспоминать тот вечер"… Либо в наше время девушки стали черствыми, либо раньше у дам была беспечная беспроблемная жизнь.

Эркюль Пуаро один из моих самых любимых литературных героев. А список этот, до забавности, разнообразен) в нем отлично уживается дочь директора московского КосмоЗоо и знаменитая кулинарка и певица Плоского Мира. А ещё бодрый предводитель плодово-овощного бунта, неунывающий, но оооочень рассеянный ученый-географ, стараниями которого мы исследуем тридцать седьмую параллель, и Великий Инквизитор, заведующий отделом счастья, изредка балующийся таксидермизмом... К любимчикам, ясное дело, возвращаешься вновь и вновь. Даже самые маленькие рассказы, с самым незатейливым сюжетом, радуют и дают какой-то новый штришок к образу.

"Убийство на балу Победы" как раз такой вариант, для поклонников маленького бельгийца. И начинается рассказ как раз на костюмированном балу, приуроченном к радостному событию, к дате окончания Первой Мировой. Расследование, по признанию капитана Гастингса, неизменного спутника и биографа Пуаро, было вполне типичным и не ярко представляло работу серых клеточек сыщика. А вот само преступление, его участники и шумиха, которую подняли средства массовой информации были впечатляющие. Убийство лорда Кроншоу и смерть Коко Куртне совсем не заинтересовали Эркюля, он был занят, изящными движениями помадил свои великолепные усы, которые вовсе не были столь микроскопичны, как мы себе воображаем, основываясь на экранизациях с Дэвидом Суше. Но инспектор Джепп, хоть и умел представить просьбу о помощи как свое личное одолжение, но предоставлял Пуаро свободу в действиях и возможность продемонстрировать серые клеточки в полной красе.

Итак, прошлый вторник и светское общество в полной костюмированной красе. Богатый холостяк, его компания, изображавшая персонажей итальянской комедии масок. Танцы, реки шампанского, шарики и прочие атрибуты. И, конечно, убийство. Особой трудности для Эркюля, в отличии от официальных представителей правопорядка, это двойное преступление не будет представлять. Для того чтобы найти злодея необходимо обладать определенными знаниями commedia dell'arte и склонностью к театральным эффектам. Оба требования совсем не затруднительны для Пуаро, но совершенно несвойственны для прозаичного инспектора полиции и прямолинейно-простодушного Гастингса. Простенькая интрига, в основе которой лежит все та же жажда наживы, запретные удовольствия и страх разоблачения. Читателя, как и частного сыщика, призванного на помощь, не обмануть очевидным. Наследование титула и явная порочность в чертах первого подозреваемого лишь раззадорит для предположений, а небольшой объём быстро подтвердит и окончательно разъяснит как именно было совершенно это преступление. Ниша и занавеска, оторванный помпон маскарадного костюма и представление, организованное Пуаро для наглядности и развенчания главной загадки, лишь отдельные мазки к объяснению, традиционно проведенному при общем сборе заинтересованных лиц.

Осталось лишь добавить пару слов о самом бале, которым англичане отмечали радостное событие. Впервые это произошло в 1918 году, в ноябре, сразу же после подписания Компьенского договора. В Королевском Альберт-Холле состоялась благодарственная служба с участием королевской семьи и был дан бал Победы, посвященный жизни, а не памяти погибших, как поэтично писал Альфред Нойес.

Тени мертвецов. Стойте у стены, наблюдая за весельем Бал Победы. Они не упрекают, потому что они знают, Если они забыты - так лучше...

Что для меня непривычно по форме и содержанию, но объясняет развлекательный характер и костюмированность, изображённые в рассказе. Безудержное веселье, которое всё-таки, ради истины, сопровождалось и двумя минутами молчания, и благотворительными сборами, нравилось не всем и в конце 1920-х годов совсем прекратилось, после дискуссии, которая развернулась в прессе с подачи Ричарда Шеппарда, викария одной из лондонских церквей.

«Бесспорно, благодаря этой новой помаде усы выглядят просто великолепно!», – восхищался Эркюль, любуясь своими усищами. Артур был раздражён, почти что зол. Он, понимаешь ли, читает своему другу газету и задаётся вопросами о волнующем весь английский свет деле, а этот котяра усами своими восторгается!.. За окном буйствовала весна, а на страницах – одно из первых дел ступившего на стезю сыска бельгийца, которое решил увековечить при помощи пера его верный компаньон, ибо об этом преступлении знали все, но мало кто имел представление, какую роль сыграл в нём величайший усач, а роль была, естественно, главной (с этим уважаемый инспектор, правда, мог поспорить, но...). Джепп заявился к сияющему от восторга – эти усы, ну ты посмотри! – месье и попросил его о помощи, и тот, естественно, согласился. Так и был заключён договор: все лавры инспектору, а начинающему сыщику даётся полная свобода действий. «Чем больше читаешь об этом, тем таинственное представляются те события», – и то правда, ведь это была самая настоящая commedia dell'arte!

«Une belle affaire!», – воскликнул сыщик, и его понимаешь, дело и впрямь занятное. Шесть фигур – два трупа, четыре подозреваемых, в свете софитов – пышный костюмированный бал с масками; сцена для преступления просто идеальная. Кому же понадобилось убивать достопочтенного лорда Кроншоу и его подругу, известную актрису? Задачка не из простых, ведь итальянская комедия – комедия ли... – была в самом разгаре, эти изящные статуэтки, эти элегантные костюмы... этот вогнанный в уже замершую грудную клетку столовый нож, это остановившееся от передозировки сердце. Впрочем, Пуаро разгадал её довольно быстро, ведь «Всё совершенно элементарно, Ватсон Гастингс». Помпончик, ниша, занавес... Вкус к помпезности всегда жил в пуаровском сердце, потому он просто не мог не устроить своё собственное представление, собрав в одной комнате всех подозреваемых и весьма эффектно раскрыв личность убийцы (а потом они хорошо поужинали, но это уже совсем другая история). А всего-то и надо было что не глазам своим верить, а задействовать серые клеточки. Вот уж и правда – элементарно.

«„— Ага! — воскликнул Пуаро. — Mon Dieu! Джепп, ведь это же наводит на определённые мысли, не так ли?”. Я видел, что определённых мыслей у Джеппа явно не было», – рассмеялась, представив закадровый голос. Убийца был очевиден с первых же строк (задорно подкрутила бы усы, если бы они у меня были), но само дело было интересным, учитывая стоящую за ним реальную громкую историю, ну и комедия дель арте, потрясающий же ход! Как всегда смешило поведение окружающих, они как обычно решительно ничего не понимали, подчёркивая тем самым гениальность изумительнейшего (обожаю эту карикатурность, серьёзно). «Здесь попахивает мелодрамой, как и от всех его идей», – ворчал инспектор, друг и вовсе ярился: «Пуаро, когда-нибудь я просто убью вас!», но дело-то раскрыто, вот в чём дело! Да, он устроил шоу в своей квартире, но это было необходимо (на самом деле нет, но всё же). В общем-то, всё довольно просто. Должен царить порядок, необходимо помнить про метод, не стоит забывать про логику, и, конечно, усы. Усы – это важно. Вне всяких сомнений.