Книги 80-х удались Азимову куда хуже книг 50-х. В молодом задоре ли дело, в том, что продолжения Основания и серии про роботов заставили писать издатели, но мастер взялся за дело как рабочий на конвейере – романы состоят из изготовленных промышленным способом деталей (или из блоков лего), которые хоть и соединены в разном порядке, но все же безмерно узнаваемы. И эти диалоги! Боже, как от них устаешь, а когда кроме людей заполнять страницы своими беседами начинают роботы, то внутреннее негодование переходит в ропот.

При этом как раз финальная часть цикла про роботов не так уж и плоха. В этой линии своей истории будущего Азимов разрешил себе ограничиться двумя продолжениями, а не четырьмя, как в серии про Основание, поэтому засушить и упечалить так уж сильно не смог. К тому же среди деталек романа есть и уникальные, да и сама детективная линия спотыкается в середине текста, чтобы изменить направление и унести героев на Землю. Но заданность, запрограммированность результата навевают скуку, никакие действия героев неспособны сорвать намерение цикла сомкнуться, поэтому герои не живут, а шествуют к финалу, предсказанному в других книгах. Есть что-то печальное в этом шествии, ибо отсутствие свободы выбора не может не угнетать. Всё произойдет, а как произойдет – важно ли это для Галактической империи, которая будет распадаться с Селдоном и психоисторией через тысячи лет?

При этом должен отметить, что сама постановка конфликта интересна. Космиты и поселенцы – это аналог кжи и джи Ефремова с Торманса, а при известной эквилибристике и аналог галактов и людей из космооперы Снегова. Долгоживущие теряют волю, стремление к развитию, слишком осторожны и медлительны, а короткоживущие интенсивны и потому обретут галактику. Азимов менее философичен, чем Ефремов, поэтому глубоких извивов от него не ждите, но сама конкуренция видов потомков землян любопытна.

Я рад, что цикл закончился. Это чувство легкой неловкости за автора, чувство увядания чего-то, что вознеслось, но не удержалось, заставляет думать, что некоторые высказывания не должны логически завершаться. Но ведь у него есть еще три романа из 50-х о молодости Галактической империи, возможно в них есть что-то от духа первых книг про Основание и «Стальных пещер»? Как бы подойти к ним с заниженными ожиданиями и потом обрадоваться?

«О, нет» - была моя первая мысль, когда я открыл книгу «Роботы и империя». Опять эта Глэдия. Ну как, Азимов не понимает, что не нравится мне этот персонаж. Ладно, хоть роботы присутствуют. Но не знал я, что мне приготовлен сюрприз. Сюрприз настолько шикарный, что все другие неожиданности сюжета меркнут перед ним. В сюжете снова появляется Василия – дочь доктора Фастольфа. Извини, Глэдия, но я теперь люблю её. Всю сущность Васи можно описать двумя фразами и одним жестом. «Я умнее всех» и «Я хочу Жискара», а жест – обиженное притопывание ножкой. На этом персонаж исчерпан. Несколько десятков страниц, что пестрят её присутствием, она успевает потребовать своего робота раз пятьдесят, при этом называя всех холопами и неучами. Когда ей говорят, что милиция разберется, кто из нас холоп, она требует робота. Шикарная женщина, мечта поэта. Когда она появилась в «Роботах Зари» я ей даже симпатизировал. Хотя точно не помню, но теперь поведение Василии в Империи – это новое начало наших отношений.

Сюжет, кстати, раз уж речь идет о книге, построен вокруг наших старых знакомых – Р. Дэниел Оливо и нет, не Элайдже Бейли. А потому что прошло больше двух сотен лет, а столько человек не живет, даже крутые детективы, ну может только «крепкий орешек». Напарником же будет Жискар. Великий и ужасный повелитель мыслей. Ох, и закрутят они сюжет, который на самом деле прост. Землю хотят уничтожить, кто? Космониты, разумеется. Возникает стойкое чувство, что космониты – дети, то им робота подавай, то Землю уничтожь, что за народ? Спойлерить особо не буду. Просто очередной отличный фантастический детектив от мастера фантастики.

Мне страшно это говорить, но я разгадал Азимова. Нет, не о сюжете речь. Там все просто. Я разгадал его стиль. Он начинает главу с общих рассуждений и потом переходит к диалогам, и так на протяжении всех глав. Но захватывает ведь, и не наскучивает. Что творит, а?

А творит он вот что. Пророчество, что нас захватят роботы выделено в тексте красной-жирной-с тройный подчеркиванием линией. Друг Жискар, я тут придумал нулевой закон, знаешь, что он означает? Что, друг Дэниел? Что человечество нужно захватить нам, чтобы оно не захватило друг друга. Какой ты умный, друг Дэниел. Такого диалога нет в тексте, но он читается между строк. Только у него стиль красивее. Готовы? Вот так, как только появятся думающие роботы, нам друзья, придет конец. Металлический, с позитронным или иным мозгом и с наилучшими пожеланиями долгой и счастливой жизни под бдительным оком механического друга, но конец. Так что готовим запасы и ищем Сару Коннор. Вперед, вперед, нечего время на рецензии терять.

P.s. Василия, я жду тебя в других произведениях.

Айзек Азимов. Роботы и Империя

Жалко расставаться с полюбившимися литературными персонажи, даже если они "всего лишь" роботы. Растягивала этот цикл как могла, но все хорошее когда-нибудь заканчивается (и остается только надеяться, что придет другое хорошее).

Почти не отличимый внешне от обычного человека робот Дэниел Оливо и его напарник - и, пожалуй, даже друг - поблескивающий металлической оболочкой Жискар Ривентлов продолжают поиск баланса между ограничениями Трех Законов Робототехники и свободы хоть и искусственно созданной и электронной, но личности. В попытках выявить законы, общие не для роботов, а для людей, они постепенно приходят к формулированию (и применению на практике) Нулевого Закона Робототехники.

Порадовало развитие как персонажа и как личности появившейся еще во втором романе цикла Гледии Дельмар - она прошла долгий (в несколько десятилетий) путь от изнеженной недотроги (буквально) без особых целей в жизни, до человека, намеренного посвятить себя общественным интересам - независимо от того, о каком обществе идет речь, главное, чтобы это было общество людей.

Увы, не все безупречно в этой истории. Во-первых, меня по-прежнему несколько смущают способности робота Жискара, даже с учетом того, что он использует их на благо людей. Во-вторых, практически все антагонисты (явных их в этом романе трое) выглядят кандидатами если не в психушку, то как минимум на прием к психиатру - почти маниакальная одержимость какой-либо идеей интересна, когда она проявляется у одного, ну двух, отрицательных персонажей, а тут Азимов придал черты безумия практически всем ключевым представителям "оппозиционного лагеря". Немножко смахивает на подыгрывание "светлой" стороне.