Помню, как я гулял по улицам и паркам, сидел на скамьях, глядя перед собой, словно бездомный, ведь дома, где было так душно, я хотел проводить как можно меньше времени.
Как-то раз ко мне подошел ребенок, маленький мальчик; он улыбнулся так, как умеют улыбаться лишь дети, уверенные в том, что им улыбнутся в ответ.
И к нему я почувствовал ненависть, я решил: «Даже не подумаю это скрывать».
Я встретил его взгляд без всякой улыбки, я «позволил завесе упасть» и посмотрел на него из черной бездны моего отвращения.
Не знаю, как это выглядело со стороны, — наверное, я был ничем не хуже любого «чужого дяди»? Ну в конце концов, не дьявол же там сидел на скамейке и сверлил его взглядом, полным такой ненависти, что сжигал все живое?
Что-то было не так, потому что мальчишка истерично зарыдал и побежал к своей матери, которая улыбнулась мне, получив улыбку в ответ; человек скрывает свой взгляд, если глаза его в тот момент похожи на дула пистолетов (неужели у всех в запасе есть такой взгляд?).