Die Chemie des Todes

никогда не сомневайся в умении праведников все раздолбать по первому разряду. Говорят же: от добра добра не ищут…

...иногда, как бы страстно нам этого ни хотелось, никто ничего не может поделать.

...самое худшее всегда может превзойти любые опасения.

Скарсдейл вознамерился превратить трагедию в политическую платформу для личных амбиций? Каков циник! С другой стороны, я знал, что страх и недоверие, объявшие всех и вся, дадут ему весьма восприимчивую аудиторию. Удручающая мысль.

Оттягивая минуту, когда мне придется идти в дом и пытаться там заснуть, я проторчал в саду, пока небо не потемнело до темно-фиолетового бархата, испещренного уколами мерцающих звезд-семафоров, бессвязно лепечущих повесть о давно угасших пылинках света.

А потом тебе вдруг дают шанс, власть — в буквальном смысле власть! — над жизнью и смертью. И ты… можешь стать… богом!

Всё-таки у мёртвых, как и у живых, есть право на личные тайны.

ля мух, откладывающих яйца, откуда выводятся личинки, которые кормятся питательным мясным супом. Затем личинки мигрируют. Мертвеца они покидают дисциплинированно, организованной колонной, обычно держащей курс на юг. Иногда на юго-восток или юго-запад. Но на север – никогда. Никто не знает почему.

с судебной точки зрения – мухи не просто неизбежное зло, а прямо-таки незаменимая вещь.
Ненавижу этих тварей.

Я прожил здесь много дольше, чем вы, и знаю, на что похожи наши добрые друзья и соседи. Ножи уже точатся, смею вас заверить.

на кухонном шкафчике обнаружил глиняную миску, полную почерневших бананов и покрытых белесым пушком плесени яблок и апельсинов. Натюрморт memento mori.

старые повадки отмирают с трудом

- «Знать» - значит быть уверенным. Я просто говорю, что здесь замешана масса переменных. Могу сказать - думаю, однако имейте в виду, что оценка только предварительная. Нельзя же получить бесспорные и быстрые ответы при беглом просмотре.

Увы, мне самому довелось пройти таким путем, и я знал, что порой прикосновение к ране заставляет ее кровоточить еще сильнее.

— Мне что, вам все разжевывать надо?
В ответ прозвучала брань, из которой я понял, что жевать инспектор умеет и сам.

Бывают такие моменты, когда тянет закрыть за собой дверь и надеяться, что хотя бы несколько часов не будет звонить телефон

—Ничего, если я закурю?
— Разве я могу возражать?

Яким ти є зараз, і я колись був.
Яким я є зараз, і ти колись будеш

Не дивіться так на мене. Я ще не планую накладати на себе руки. І так уже доста дурниць наробив для одного дня.

Смерть нанесла свой зловещий макияж, прибегла к «алхимии наизнанку», превращавшей золото жизни в низменную зловонную материю