Цитаты из книги Сериал

У жизни есть объяснение. А смерть- всего лишь уничтожение тела и духа.

Сколько гениальных идей пропало только потому, что пробил час обеда.

Да и как можно отказаться от фантазий, когда жизнь то и дело бьёт по голове?

Если то, что я пишу, зависит лишь от границ моего воображения, то я со злорадным удовлетворением раздвигаю их, чтобы они не мешали мне действовать.

Вообще-то, умственная деятельность сценариста мало чем отличается от умственной деятельности параноика. Оба — специалисты в области предположений, оба проводят время, прогнозируя события, воображая худшее и видя жуткие драмы за происшествиями, кажущимися безобидными. Оба должны уметь отвечать на любые вопросы собеседника, чтобы не попасться в ловушку. Если мы избежим тюрьмы, то после «Саги» можем вполне оказаться в психушке.

Я выпиваю глоток перцовки, затягиваюсь сигаретой и наконец понимаю, почему повсюду твердят, что эти вещи опасны.

Герой в конце фильма не должен оставаться таким же, каким был в начале. Иначе возникает вопрос, зачем ему нужно было переживать черт знает что?

Деньги и безумие не существуют друг без друга.

Я редко беспокоюсь, если меня принимают за идиота, но только не в тех случаях, когда позарез надо отыскать женщину, которой мне не хватает больше всего на свете.

Только чудовища пробуждают страсти.

Жизнь одинокого человека – это небольшой приключенческий фильм с самыми неожиданными поворотами сюжета.

Уорхол, известный представитель американского поп-арта, один из наиболее известных кинорежиссеров андеграунда, как-то сказал, что в XX веке у каждого из нас будут свои четверть часа славы. Он, несомненно, был прав, только немного жаль, что мои пятнадцать минут пришлись на четыре часа утра…

Я ушла, так как мне интересна другая история: моя собственная. До завтра – может быть.

Сексуальное воздержание иногда вызывает ощущение лёгкого опьянения: все женщины кажутся желанными, а любые уголки — пригодными для секса.

03.12.2009, четверг

По дороге мы с Луи молчали, глядя на дождь, бьющий в ветровое стекло. Потом он сказал: — Мы с Маэстро всегда мечтали написать историю без всякой драмы. Не немой фильм, а просто историю без слов. Только жесты, выражающие счастье. Это происходило бы в мире, достигшем вершины эволюции, где больше никто никому не хочет зла. Безмятежные приключения.

-Я собираюсь вести себя так, как вели себя героини моих романов: любить, спать с мужчинами, изменять. И я не собираюсь больше страдать, часами просиживая перед молчащим телефоном и глупо мечтая о счастье.

Мария. Мне сорок три года, и мне нужен мужчина, который сумеет разбудить моё тело. Любить хотя бы изредка. И ничего больше.

В моей жизни запахи всегда играли важную роль. Но сейчас пахнет только чистым бельём и одиночеством.

Кино строит нашу память, а телевидение лишь фабрикует забвение.