Жизнь - сапожок непарный

Я не люблю писать рецензии. Очень мало книг, которые действительно впечатляют. И ещё меньше тех книг, про которые хочется написать. Почему я решила написать про эту книгу? Потому что зацепило, дёрнуло за больное.
Последние два года я немного подсела на лагерные воспоминания. Все началось с Зулейхи и вот я познакомилась с Тамарой Петкевич, с той кому не повезло жить в те года, в года обмана и паранойи, в года истерического патриотизма. И не надо мне тут про Великую Отечественную и про "раньше было лучше". Не было. Не может быть лучшим время доносов, провокаторов. Не может быть лучшим время, когда лагерники покоряли, отстраивали это государство, когда своих же спасённых военнопленных граждан отправляли в лагеря. Не может быть лучшим такое время. Не описать масштабы трагедии, когда лучшие умы трудились на лесоповале, когда захваченные военные противники жили в лагерях гораздо лучше, чем граждане страны, посаженные ни за что.
Об этом и рассказывает Тамара Владиславовна. О том, как даже по истечении срока тебя не выпускали из зоны, а даже если и выпускали, то максимально вычеркивали из жизни. И это пафосное, спустя много лет оправдание за отсутствием состава преступления. Это дичь. О том, как легко у тебя могут забрать ребенка и никто тебе не поможет. Почему? Потому что ты бывший зэк.
Это больно. Мы носимся с годовщиной ВОВ, потому что нам больше нечем гордиться. Мы вычеркнули из памяти миллионы арестованных, потому что это неудобно. Мы - потомки глубоко несчастного народа, которому последние 50 лет надо было бы скорбеть, выть в голос, оплакивая всех погибших и пропавших без вести, все разрушенные жизни, все стёртые семьи, каждого ребенка.
Мы ничего не знаем о своей истории. И нашим предкам за нас стыдно. Всем нашим предкам - и тем, кто дошел до Берлина, и тем, кто похоронен в сибирской тайге.

Пронзительная, страшная и такая грустная книга! Хорошо рекомендовать такое чтение сектантам имени самого вкусного мороженого, а так же тем, кто не верит в возмездие. Родители Тамары Петкевич в молодости натворили много чудовищных дел: отец - красный комиссар в годы Гражданской войны, мать - его секретарша. Несложно представить, чем занимался комиссар и какую роль сыграл он и ему подобные в растерзании России.

После Гражданской войны Владислав Петкевич с семьей, как ни в чем ни бывало, въехал в чужую квартиру (Бог весть, что стало с хозяевами), принимал активное участие в разграблении и уничтожении храмов, запрещал детям ёлку и Рождество, был яростным атеистом, горячо поддерживал коллективизацию и... был арестован своими же подельниками в 1937 году, а затем и расстрелян. Судьба многих чекистских бонз. Но горе обрушилось и на семью - старшая дочь, автор этих мемуаров тоже прошла весь скорбный путь арестов, допросов, ссылок и лагерей; супруга и одна из младших дочерей погибли от голода в блокаду. Ужасно, грустно, тяжело читать о судьбе Тамары Петкевич, но вместе с тем осознаешь, что все ее горести были подготовлены ее родителями: это они распинали Россию, это они построили ту чудовищную систему, которая залила все кровью и были ее частью... Живи они спокойно, без бунтов и революций, их самих и их детей ждала бы совершенно иная судьба...

Что касается Тамары, то все ее злоключения пересказывать не буду, обо всем этом лучше прочесть в книге, узнать из первых уст. Книгу можно поставить в один ряд с "Крутым маршрутом", "Сколько стоит человек", "Неугасимой лампадой", "Колымскими рассказами" и другими произведениями этого направления. Могу отметить прекрасный художественный слог автора. Такие книги не просто читаешь, а пропускаешь через себя, проживаешь и сопереживаешь.

Воспоминания женщины, прошедшей лагеря, ссылку, пережившей много горя…. Сложно говорить об этой книге. Просто хочу порекомендовать всем, кто еще не читал. Очень искренние воспоминания, легко написанные, легко – о тяжелом. Автору и ее семье досталось с избытком всего, чем грустно славен 20-й век, - чистки, аресты, тюрьмы и лагеря, война и блокада, потеря близких, предательство, разлуки с самыми дорогими людьми. Прочитав эту книгу, я долго ходила под впечатлением, уж очень меня поразила и впечатлила непростая судьба этой женщины. Судьба у нее – хоть кино снимай… И все же не могу назвать ее несчастной, ей удалось, несмотря ни на что, сохранить в себе некий внутренний стержень, который помог ей выстоять, пережить все, продолжать жить и находить в жизни радостные моменты…
И кулаки сжимаются от злости на те времена, скольким людям репрессии исковеркали жизни, поломали судьбу… Страшное, страшное было время.
Очень рекомендую «Сапожок» к прочтению. И не бойтесь, книга не тяжелая, она светлая и грустная, и может порой вызвать слезы, но она очень хорошая… Просто не могу найти слов для этой книги. Только одно слово: читайте!

Книга серьезная, тяжелая, реалистичная. Но к ней у меня двоякое отношение. Это вам не "три счастливых дня было у меня, три прихлопа раз, два, три", это жизнь - трагедия. Однако, мне было тяжело ее читать не только потому, что описанные события настоящие, ужасные, а потому, что трудно понять некоторое поведение девушки, да я и не поняла. У меня в голове никак не укладывается безоговорочная любовь мужчин с первого взгляда по отношению к ней. Мир не без добрых людей, она человек неплохой, честный, талантливый, и многие пытались искренне помочь и поддержать. Но любовь? это так громко сказанно. Более того странная семья с Эриком. Для чего? Кому это было нужно? То есть она приняла его предложение, без любви, но при этом ей были до тошноты противны ухаживания доктора (еще в Ленинграде).Ни одной фразы, что она любит Эрика или испытывает чувства к нему хотя бы зарождающиеся. Может это благодарность, но за что? Потом еще можно было предположить, но в начале их совместной жизни, и претензии к нему, о его предательстве, однако, я понимаю, что нелюбовь - это не отговорка и не оправдвание для предательства. Далее отношения с Филиппом. По той же схеме практически. Сколько раз ей предлагали помощь? Но она отказывалась, почему? Из гордости? Не успевала поблагодарить и сказать слова поддержки, все потом, все осознание приходило потом. Жизнь на грани.
"Как Вы смогли это пережить?" "А кто вам сказал, что мы это пережили?" Вот эти 2 фразы описывают все же мое отношение к книге и прожитой истории.

В целом, если отталкиваться от того, что это мемуары и АВТОбиография, то автор имела полное право писать то, что она видела, как она это прочувствовала и какой след остался в ее жизни от прожитых событий.
Но... книга полна самолюбования, каждые две страницы появляется какой-то новый проходящий персонаж который клянётся в невероятной любви, иногда это вставленно абсолютно без какого-либо подтекста или даже смысла, огромное количество лестных слов о самой себе, якобы через призму видения других, что в начале ещё как-то воспринимается, но когда это уже 200, 300я страница, а ничего не меняется и по прежнему - люблю, красивая, и.п становится просто не понятно, а собственно зачем это?
Поведение абсолютно инфантильного человека, местами абсолютно не логичные, никак не объяснимые поступки со стороны автора, приправленные " великим порывом души". от части лицемерие и двуличие в оправдании отца, который занимался "раскулачиванием" и якобы полным не пониманием как работала ужасная система государства; абсолютно нормальное суждение и описание о том, как семья зашла жить в чужую, обставленную 6ти комнатную квартиру и это-то во время революции, и ужас от того, как могли это забрать позже у ее же семьи, как минимум странно.
Вторую часть покупать не буду, так как даже первую осилила с трудом, под конец просто пропуская письма, и кстати, только те письма, где восхвалялась автор, под конец стало просто нужно, местами уже и вызывало раздражение.
В целом, кому нравятся страдальческие романы, думаю залетит нормально

«Всех знобит в этом загадочном мироздании. Все мы так странно одиноки. Ищем. Требуем. Развиваемся. Вновь тащимся своими окровавленными коридорами к Истине, Теплу, Нежности». – Тамара Петкевич.

«Вот смотри, человек, тебя в жизни накрывает депрессия? И тебе кажется, что уже всё, конец, ложись и помирай? Ну тогда посмотри на тётеньку. Её так полоскало в жизни, что тебе и присниться в страшном сне не могло. А она, как птица-Феникс из пепла, - вставала и начинала жить. И так до 97-ми лет. И это не только у неё так. Были и другие такие люди. Ты же тоже себя не знаешь и сил своих не знаешь, человек. А ты узнай. Читай про тётеньку, а узнавай про себя. И поднимайся к новой жизни, даже если не хватило пяти тысяч на новый гаджет, и поэтому жизнь чуть не закончилась». – муж мой, Кирилл Макаров.

В этой книге описана удивительная и трагичная судьба, по которой прошёлся весь кошмар ХХ-го века.
Дочь идейного коммуниста, расстрелянного как врага народа, Тамара Петкевич сама попала под колёса сталинских репрессий. В нечеловеческих условиях ГУЛАГа несколько раз находилась на грани жизни и смерти. Обрела там друзей на всю жизнь, похоронила самую сильную свою любовь, потеряла сына, нашла своего главного Учителя.
Максималистка и идеалистка, честная до крайности, человек светлый и одарённый, Тамара Владимировна испытала столько, что трудно представить, как она сохранила такую ясность мысли, любовь в сердце и открытость к людям.
Жизнь в экстремальных, унизительных условиях лагеря, изматывающая работа, жуткий холод или адская жара, постоянный голод, агрессивные уголовники и вохровцы. Вместо законов естественной, природной жизни, здесь действовал дикий, обезумевший механизм – спрут, пожиравший судьбы и души. Не было больше ни времени, ни добра, ни зла – только режущая, уничтожающая жизнь боль, мерзость и муть: «Самыми неразрывными и неумолимыми мои отношения были с болью. Она таилась во всём, что только у меня было. Боль как стихия. Безжалостная. Режущая. И такая внятно-одушевлённая. Она вымахивала в рост, умножалась в своём весе, вминала в почву, затаптывала своей массой так, что я головы не могла поднять, сдавалась, и она выжирала мои надежды и силы».
Жестокая, бесстрастная, бесчеловечная действительность, ядовитая кислота предательства, встречи, оставляющие глубочайший и горчайший след… Растерзанная, растоптанная душа Тамары Петкевич возрождалась снова и снова. В лагере встречались люди, само существование которых помогало душе остаться живой. Этим людям посвящены многие страницы. Режиссёры, актёры, художники, поэты, - весь цвет тогдашней России, затолканный по лагерям и тюрьмам. «Сам ты ещё не очень разобрался, кто и что ты есть, а у человечества припасены души, именно на этих первых порах готовые помочь со всей безоглядностью. Тем они и подсказывают, каким тебе положено стать, дабы соответствовать Божьему промыслу».
Особая духовная стихия царила здесь на каких-то незримых параллелях. «Человека обращали лицом вспять, насильно гнали к пещере, а ему удавалось рабский труд превратить в повод «открыть себя» как внутренне свободную личность». Дух человеческой общности, российская сердобольность, тяга к разуму, теплу, свету и истине - мощь жизни повсеместно предъявляла себя. Петкевич выжила. И, более того, прожила до 97-ми лет, и до конца жизни оставалась человеком, излучающем свет и любовь. Душа каким-то чудом восторжествовала над ненавистью, порождённой бесчисленными унижениями неволи.
Это одна из лучших и сильных по воздействию книг из всего, что я читала. Это гимн Жизни, Человеку, Любви и Силе духа. Ныть про свою несчастность после таких произведений не получается.

Долго не решалась в своем увлечении советской историей возвращаться к тяжелой литературе периода 30-х. Но когда я случайно наткнулась на книгу Тамары Петкевич "Жизнь - сапожок непарный", мне тут же захотелось с ней ознакомиться. Ничего подобного я раньше не читала, никакие лагерные произведения так не трогали и не держали в напряжении. От кошмарного осознания того, как много одному человеку иногда судьба даёт испытаний. От того, как много боли в этой книге, и при этом - такая воля к жизни и благородная простота, изящество и мужество героини. Ощущение, будто бы сидишь и разговариваешь с автором лично: так искренне написаны воспоминания. Давно ничто так не впечатляло. Рекомендую.

В своих мемуарах автор описывает жизнь с поразительным мужеством и честностью. Ведь Тамара пройдет через yжасы сталинских peпpeccий, но сохранит стойкость и внутреннюю свободу, оставаясь верной человеческому достоинству.

В начале рассказывает Тамара и про своё детство, про родителей. Но вот отца она вспоминает с болью в душе - он наказывал маленькую Тому, не любил и не баловал, как должен делать нормальный папа. А ведь это очень помогло бы ей в выживании в сложные времена.

На своём пути Тамара встретит очень много ярких, знаковых людей.  Сталкиваясь с ними в лагерях и на этапах, Тамара разделяла с ними не только тяготы и страдания, но и редкие моменты радости и поддержки.

Тюремные и лагерные начальники фигурируют в мемуарах как воплощение грубости и жестокости, но временами и как люди, способные на понимание и жалость.

Тяжелее всего было читать про её материнство. Зато ей невероятно везло на мужчин - Тамара была очень красивая, в неё многие влюблялись, писали такие страстные письма и признания.

Она не скрывала трудностей, которые ей пришлось пережить, и именно эта искренность делает книгу особенно мощной. Автор умело оживляет картины прошлого, позволяя буквально услышать звуки и почувствовать запахи бараков. Это позволяет не просто читать книгу, но и проживать её вместе с автором.

Еще одна сильная сторона книги - это её гуманизм. Несмотря на трудные времена, о которых повествует Петкевич, в центре её истории всегда остаются человеколюбие, способность к пониманию и сочувствию, умение прощать.

Книгу ставят в один ряд с «Крутым маршрутом» Евгении Гинзбург. И действительно, истории во многом очень похожи, обе трогают до глубины души и запоминаются на всю жизнь.

Эти произведения заслуживают место в сердце каждого читателя.

Книга будет интересна актерам и творческим людям.
Тамара описывает свой путь через сталинские лагеря. В книге не так много фактов и описаний реальности (хотя безусловно это есть), а основной акцент на внутреннюю эмоциональную жизнь, чувства, яркие любовные переживания и остроту восприятия актрисы и красивой яркой женщины. Некоторые страницы хотелось быстрее дочитать, потому что довольно занудно было читать «люблю, как сильно люблю, больше не могу» и так далее много много раз подряд.
Для рациональных людей интересны факты, некоторые ее поступки вообще непонятны, и слишком многое остаётся за кадром.

Тем, кто хотел бы узнать, понять дух и происходящее тех времён от очевидцев, советую другие книги, если из женских судеб, то Адамова-Склиосберг, Гинзбург, Керсновская.
Они старались описать быт, характеры, случаи и вообще что такое - человек в лагерях, а также много других вопросов, например, как сами коммунисты это все воспринимали и там далее.
А не только историю своих внутренних течений и переживаний.