Я вытащила подушку, тихонько, осторожно. Больше ничего уже не могло мне помешать. В последний раз взглянула на Сару. Мне очень хотелось закрыть на мгновение глаза, но я этого не сделала. Я не могла позволить себе забыться ни на мгновение.
И тогда я все остановила: время, тишину, покой, безмятежность сна. Я бросилась на Сару, изо всех сил придавив подушкой ее лицо. Она вздрогнула, и я почувствовала под собой ее извивающееся тело, колотящиеся руки и ноги, услышала сдавленные крики. Я держалась. Она уцепились за мои запястья, но я была сильнее. Я заставила ее прекратить сопротивление. Я не отпустила Сару, я прижимала подушку к ее лицу все с большей силой и остервенением. Все это заняло несколько минут, но очень отчетливо запечатлелось у меня в памяти. Счет пошел на секунды. Я не отступала, я давила на Сару всем своим телом. Не помню, что я при этом ощущала. Думаю, в такие мгновения разум уже не властен над человеком. На какое то мгновение в моей голове что то вспыхнуло, я впала в исступление, ослепла, перестала думать. Только мои руки на подушке и подушка на ее лице — все остальное не имело значения. Все остальное просто не существовало. Мир опустел. Но я победила.
Я пришла в себя не сразу: уже после того, как ее руки бессильно упали и она перестала сопротивляться. И когда наконец все закончилось — Сара не дышала и не подавала никаких признаков жизни, — я осознала, что убила ее.