Цитаты из книги An American Tragedy

...он не выдержал и прижался щекою к её щеке. Она в ответ улыбнулась и ободряюще посмотрела на него. Мгновенно вся его выдержка исчезла, и он поцеловал её в губы...

...он был угнетён и даже противен самому себе, ибо разом почувствовал себя совершеннейшим ничтожеством.

«Мы не должны закрывать перед нею наши сердца»

The difference between the attitudes of these two girls — Sondra with everything offering all — asking nothing of him; Roberta, with nothing, asking all.

Grace was a leech — a hanger-on. She had no life of her own and could contrive none.

The best people won't have anything to do with you unless you go with the right crowd.

What a wretched thing it was to be born poor and not to have any one to do anything for you and not to be able to do so very much for yourself!

И все же о чем она говорила ему так властно? О смерти! О смерти! О смерти! Яснее, чем все, что он когда-либо видел. О смерти! Притом о смерти спокойной, тихой, добровольной, которой по своему выбору или под чьим-то гипнозом, или от невыразимой усталости отдаешься радостно и благодарно.

....один из тех тщеславных, красивых и грубых мужчин, у которых только и есть что уменье одеваться да внешний лоск, но ни морали, ни вкуса, ни учтивости, ни хотя бы подлинной нежности; зато в нем было много мужского обаяния

Но он был настолько поглощён собственной особой, что вряд ли в его внутреннем мире нашлось бы место для тонкого, подлинного понимания другого человека.

— Кажется, сегодня вечером публика была несколько внимательнее, чем обычно, — заметил Грифитс, шагая рядом с женой. Очарование летнего вечера подействовало на него умиротворяюще и заставило благоприятно истолковать обычное безразличие прохожих.

Признали его присяжные виновным или не виновным – это суета в глазах того, кто держит звезды в руке своей.

Черт побери, а ведь он крадёт мои громы и молнии!

Сказка Шехерезады – чаровница и очарованный.

Свет ещё не видал злоумышленника столько жалкого, неумелого и неловкого как этот Клайд Гриффитс

«они были невежественные, грубые, неотесанные, им недоставало вкуса, живости или уверенности в себе; все это свидетельствовало об их принадлежности к тому низшему миру, с которым сегодня столкнулся Клайд.»

«Свои политические и религиозные воззрения, все представления о том, что хорошо и что плохо, он заимствовал от окружающих. Никогда ни одному члену этой семьи не довелось прочесть ни одной серьезной, умной и правдивой книги. Но все же, с точки зрения религиозных и моральных условностей, это были превосходные люди, честные, прямые, почтенные и богобоязненные.»

...это случалось миллионы раз в нашем мире и случится ещё миллионы раз в грядущем. Это не ново - и вовеки не устареет.

И Клайд, бесконечно неловкий от сознания, что он слаб, лжив и всем ненавистен, снова поднялся и нервными, угловатыми движениями (все это было слишком невероятно и жутко) пытался показать Ньюкому, как Роберта встала и неверными шагами, почти ползком направилась к нему, потом споткнулась и упала.

И все же семье приходилось туго: всегда они были неважно одеты, лишены многих удобств и удовольствий, доступных другим людям. А отец и мать постоянно прославляли любовь, милосердие и заботу бога о них и обо всех на свете. Тут явно что-то то не так.