Ларе-и-т'аэ

Незачем откладывать на потом.

• Потом, - неожиданно ухмыльнулся Лерметт совершенно на прежний лад, - это такая странная штука, которой не бывает, если не позаботиться о ней сейчас.

Так ведь не бывает, чтобы человек в гости поехал, а норов свой дома оставил.

Уверяю тебя — его ненавидят так дружно, что просто слезы на глаза наворачиваются от умиления.

Видимо, тем и отличается любовь от всего, что с нею только схоже, что никогда не спрашивает, есть ли у тебя для нее время, а просто приходит, когда ей вздумается.

верно говорится, что кровь не вода: сколько ее ни лей, а землю она не напоит...

Он вовсе не занимался придворной игрой в «завлеки-красотку»! Он говорил с ней прямо и честно, как с опечаленной девушкой, а не как с намеченной для постельных услад куклой. И его слова вовсе не были выдержкой из путеводителя до ближайшей постели.

Еще прежде, чем малютка принцесса научится говорить, ей объясняют, что когда-нибудь она уплатит своим телом за пару пограничных крепостей или полоску бесплодной земли... а при чем тут любовь и прочие сантименты?

Отчего бы и не заплатить собою за всех? Ведь именно для этого и существуют принцессы — разменная монета власти.

Говорят, в Найлиссе зимы снежные, весны пронзительно знобкие, а осень так и вовсе бесстыжая — стоит холодному ветру ее обнять, и она тут же послушно оголяется, сбрасывая листву, не в силах дотерпеть, пока зима укроет дерзкую наготу ветвей от нескромных взглядов.

Серьезный такой ребенок, целеустремленный, как кирпич в полете, основательный, кряжистый — в шесть уже лет кряжистый, а это не шутка, государи мои.

— Потом — это такая странная штука, которой не бывает, если не позаботиться о ней сейчас.

- Вы что делаете?! - взвыл спертым от изумления голосом Лерметт. - Отчеты казначейства...

• ... Обойдутся без тебя! - решительно подхватил Илмерран.
• Но у меня... - начал было Лерметт.
• Свидание, - хладнокровно закончил за него Арьен.
• К... какое свидание? - оторопел Лерметт. - С кем?
• С Илери, конечно, - деловито прищурился гном. - Или ты назначаешь свидания кому-то еще?
• Нет! - возмутился Лерметт. - И... и мы не назначили на сегодня никакого свидания!
• Мы назначили, - повелительно улыбнулся Эннеари.

— Вот почему, — произнес Лерметт, вновь натягивая сброшенные было перчатки, — я и не люблю зимой большие залы. Вечно в них пальцы зябнут.

— Вот именно, — отрезал Эннеари. — Впервые в жизни мне жаль, что эльфам запретна некромантия. Я бы хотел поднять эту мразь... чтобы убить еще раз.

Не совсем правильно сказано, зато от души. С полной, не оставляющей места для сомнений, испепеляющей искренностью.

Сам Лерметт, в Арамейле узревший гномок во множестве, не только знал твердо, что дело обстоит совершенно наоборот, но и был втихомолку уверен, что нелюбовь к странствиям проистекает у них как раз во многом из-за их внешности: ну не женское это занятие - отбиваться от поклонников при помощи двуручного меча или моргенштерна... а иначе нипочем не отобьешься.

Вот всегда так с эльфами - не успеешь размечтаться о сказках и чудесах, как тебя тут же холодной водой окатят! Да еще с какой естественностью. Пожалуй, именно это и чудесно в эльфах на самом деле - их чудовищная, ни в какие человеческие понятия не укладывающаяся естественность.