Язычник

"Язычник" - роман душный, как парящее море, пропитанный запахом гниющей рыбы, плохих предзнаменований и несправедливости. Здесь никто не может стать счастливым. Курилы предстают перед читателем проклятым местом, отравленным бессмысленной жестокостью, где нет будущего, безнадежное настоящее и очень сомнительное прошлое. Тяжело читать такое, если не поклонник подобного стиля.
Зато быт рыбаков представлен достаточно подробно и интересно.
А вот что автору действительно удалось - так это погрузить читателя в атмосферу. Запахи, виды, ощущения прописаны так достоверно, что почти ощущаются вживую. Жаль только, что почти все они несут в себе боль, вонь, бестолковость, жестокость и безнадегу.

Зарисовки у моря, портреты с натуры. Мрачные поначалу, чуть осветленные в середине, но с неотвратимой трагичной развязкой.

Натурализм не вполне удался. Стоило лишь набросать реальных жизненных историй, и сам собой сгенерировался символический пласт, содержание превысило форму.

Отверженные и сбежавшие, по собственному выбору, или просто родившиеся здесь – люди ведут странную борьбу с океаном на окраине цивилизации. Ослабленные социальные структуры, легкость смерти, тяжесть физического существования – все это словно заставляет людей оголиться до самой души, предстать как есть. Это волшебное место, где можно ощутить бренность бытия, суетность всех человеческих достижений и задаться вопросом о главном.
В какой-то момент начало казаться, что вот-вот, и они «словят дзен», сольются с настоящим моментом, достигнут полноты бытия. Вспомнилось «океаническое чувство» Юнга – ощущение присутствия Бога, величия Вселенной...
Но не тут-то было. Океан дает слишком много. Ошеломительно, отупляюще много и люди не могут перестать брать. Не могут перестать превращать жизнь в смерть, просто потому что это тут позволено. Это не борьба за выживание. У многих уже сколочены состояния, хватит и на квартиру, и даже не на одну...

Назвав главного героя язычником, автор тем самым отделяет христианского Бога от Природы. Намекает, что финальная трагедия – жертвоприношение великому океану.

Но океану не нужны жертвоприношения. Случайно загаданное глупое желание исполняется. Она захотела больше страсти, больше чувств. Опять мотив золотой рыбки: всегда всего недостаточно. И океан исполнил – пролилась кровь. Эта жертва была избыточна, она не привела ничего в равновесие, океан ее и не заметил. Зато были разорваны последние связи Язычника с «человеческим».
Финал открытый, что будет дальше можно додумать самим.
Я выбираю верить, что герой выйдя из-под гнета необходимости добывать, зарабатывать, преумножать, иметь... все-таки достигнет гармонии с окружающим миром, научится ценить то, что есть, и брать только то, что необходимо.

Курилы, Курилы и докурились...

Тонкой полоской на карте отмечены Курильские острова, заворачивающие дугу от Камчатки до Японии, отделяя Охотское море от Тихого океана. Издавна были населены почти легендарными айнами, которых вывели под ноль более цивилизованные японцы и русские. Япония не оставляет надежды понастроить на островах военные базы и свободно рыбачить, но пока только втихаря браконьерствует в русской воде.
Нет на Курилах никаких удобств, тишины, спокойствия. Тем немногим, кто примагнитился душой к островам, остается лишь спиваться или рыбачить: шхерить, майнить, тралить... Куда там, казалось бы, магнитится: избушонки из подручного материала, хибарка с гордым "Магазин", рядом с которым сельпо в деревенской глуши на материке - супермаркет, из простора - только вечная серая волнистая вода, часто обрушивающаяся тайфуном. Если рыбак, то днями стой по колено в рыбьей крови, слизи, ошметках: настолько тупеешь от ежедневной многотысячной смерти в руках, что даже пырнешь кого из людей - не обратишь внимания.
Но не уезжают люди. Не потому что некуда, а потому что - куда? Бессонов, бывший интеллигент-учитель, Витька, Ахметели, Удодов, та же Танька - никто из них не родился на Курилах, но готовы на них умереть. Потому что здесь - живут. Почти всегда грязно, опущенно, противно, пошло... Но как океан каждый день новый, так и они все время другие, правда, с одними и теми же мечтами: стать еще более другими, жить по-другому в другом месте.
Мне очень нравятся такие широкие книги, описывающие что-то самобытное. На Курилах автора самобытность такая, что, кажется, она идет от первобытных времен. Кажется, нет более ненужных людей: ни материку, ни природе. Океан проглатывает любую жертву несчастного случая или намеренного преступления, завернутую в одеяло, и мир не содрогается. Миру нет дела до людей: они измеряются народом.
Но конкретно эта книга мне не понравилась, поскольку я люблю свет в конце туннеля, мне нравятся сильные, сумевшие оторваться от магнитизма всеобщей никчемности, мне нравится, когда природа не заслоняется матом.

Никак не могу отнести данную книгу к обещанному аннотацией жанру роман. Всё-таки ни слаженного сюжета, ни раскрытых характеров героев там не найти. Автор описывает человеческие судьбы, простые в описании, но тяжелые по своей сути, оставляющие после себя чувство безнадежности. Очень хорошо погружает в быт и условия жизни в таком отделенном уголке нашей Родины, как Курильские острова. В тяжелых природных условиях, отрезанные от большого мира, люди. Чтобы выжить, становятся простыми и грубыми. И, вроде, время совсем близкое, но там оно как будто остановилось. Те же события могли происходить и век, и полвека назад.

Прочитала "Язычник". Книга по началу читалась трудно, а потом как взяла разгон! И прошло уже некоторое время, не могу ее забыть, вспоминаю целые фрагменты, потому что так ярко описано все: природа, быт, ощущения. В идеале, думаю, стоит её перечитать через некоторое время.

Многие скажут: это беспросвет и чернуха, и трудно не согласиться, при этом заметив, как близко это к реальной жизни там. Поражена наблюдательностью и умением автора изложить все так цельно.

Выделю главную тему книги как потребительское отношение к природе на Курилах. То есть для меня эта книга не про людей, не про природу, а именно про отношение, поэтому я так глубоко переживаю прочитанное.

Как итог, снимаю шляпу перед этой книгой, автором и издательством МИФ, которое открыло для меня эту Вещь! Читала именно в издании МИФ.

Уникальная география места и колоритная самобытность подается авторм через призму разящей обыденности, обескураживающей простоты. Суровость жизни, нравы климатических условий -  восприниматся жителями Курильских островов, как должное. Иначе не справишься, попросту не сможешь здесь выжить, сломаешься. А были и такие и свершенный ими последний, считающийся самым страшным грехом, поступок не осуждался, то же воспринимался, как должное. Отношение к смерти здесь будничное. И не мудрено, ведь:

"Когда вы убьете одну-единственную селедку, вы, может быть, испытаете восторг, но когда вы убьете десятки и сотни центнеров живого, зальетесь чужой кровью, то… Ну, в общем-то, потеряет значение качество этой крови: рыбья она или чья-то еще...мы убиваем не просто рыбу – мы убиваем живое. А когда каждый день убиваешь живое, жизнь теряет ценность, смерть становится привычной… Тогда почти не замечаешь разницы, чья это жизнь и чья смерть. Вот и начинаешь чувствовать себя фабрикантом смерти"
Возможно это из-за величия стихии, по сравнению с которым человек, как бы он ни кичился всем своим научно-техническим прогрессом, выглядит ничтожной букашкой.

"Океану все равно, как ты ни назовешь свое мелкое присутствие и умирание на его поверхности-груди, как ни оценишь себя и всех подобных тебе, дышащих легкими или жабрами, и как ты ни оценишь то, что сгородил вокруг себя, чтобы от него же и уберечься уберечься: все эти жалкие скорлупки, чешуйки, лодки, кораблики, раковины, домики… В конце концов, для него ты – ничто, но ведь и сам ты начинаешь улавливать его высокомерие – или равнодушие? – чувствовать и понимать, да ведь и принимать его правоту… И тогда уже никакого величия не остается тебе, твоему самозванству. А что ты есть? Наполненное мелкой эгоистичной энергией отродье природы?"

Примечательно, что и рефлексии героев философского толка, и их образ по-настоящему плотской жизни, распаленной высокоградусным алкоголем и жаром свободной любви, выражены слогом похожим на слог классиков, от чего не выглядят пошло и отторгающе.

Разнообразие природы:

"...на сто тридцать километров три климата: в одном месте – субтропики и джунгли, дикая магнолия и виноград, золотая осень до декабря, а в нескольких километрах – тайга, кедровый стланик, зима в ноябре, в третьем – березки и осинки, сопливые дожди";

разговоры с глубинными смыслами:

"об иллюзорности мира, в котором греховность мысли тяжеловеснее и чернее покаянного поступка?.. Люди обвешались мишурой условностей как актеры – латами из крашеной жести, и еле тащатся под их тяжестью";

любовь и предательство, радость и боль, отчаянье и страх - в истории, которую стоит прочесть, чтобы увидеть настоящее в человеке.

Этот роман про Курильские острова меня поглотил. Не могла оторваться от него, пока не перелистнула последнюю страницу.
У автора – большой талант в описании стихии и в описании человека. Сочетание этого делает роман таким живым, правдивым, объёмным почти до документальности.
В школе на уроках литературы больше всего не любила читать описания природы… А здесь так написано про стихию, что дух захватывает. И видишь, и чувствуешь всю её власть –случайный летний тайфун, уволакивающий в непроглядную муть остров и посёлок рыбаков, высокие и хлёсткие волны, которые бушуют со всех сторон… Природа здесь обильная и неиссякаемая, её масштаб, её неумолимость и абсолют чувствуется почти в каждой сцене: «Острова будто раздвигали географию, здесь чувствовалось совершенно недоступное ни горожанину, ни байдарочнику, ни археологу, чувствовалась не земля даже, а Земля, одновременно огромность и малость её, и совсем уж микроскопическая малость человеческая. Но не та малость, свойственная обезличенному отщепенцу и подлецу, а одухотворённая малость, осознанная через причастность к миру, который родил тебя и позволил дышать-наслаждаться-любить-ненавидеть».

Людей из романа этого как будто знаешь, встречал в жизни. И влюблённую в поэзию бывшую проститутку Таню Сысоеву, и бывшего учителя Семёна Бессонова, приехавшего с большой земли за длинным рублём…
Сюда, на Курилы, люди стекались со всей огромной страны. Перемешавшие национальный вопрос в полную бессмыслицу, десятки культур рождали нечто, не регламентируемое традициями. Рождался новый народ, в котором всё препуталось, слилолось и упростилось. Появились немыслимые ритуалы и приметы, связанные с океаном. Хмельной водоворот всех уровнял, всех сроднил и примерил… Ажурно написано о самых страшных вещах – самоубийстве местного алкоголика,который отходил уже, а всё гордо посматривал на окруживший его народ. О том, как жадная до ощущений легкомысленная Томочка, жена капитана, привезла из отпуска гонорею, да и позаражала полострова…
Здесь не евангельские рыбаки, здесь люди, чувствующие себя фабрикантами смерти. Ведь большая рыбалка – это тонны гниющей рыбы, тонны пролитой крови…
Тяжёлая муторная пьянка, жуть кровавых сцен, мрачный быт, пропитавшийся запахом рыбных внутренностей – всего этого в «Язычнике» с избытком. Но главное ощущение, которое остаётся после книги – всю эту муть смоет океан, очистит, поглотит. И по-матерински заботливо оставит только чистое, хорошее, светлое: «Человек присасывается к морю, словно младенец к матери. Поселившись однажды на морском берегу, он исподволь утрачивает свои прежние ощущения венца творения, утрачивает призрачную самостоятельность и начинает чувствовать себя так же, как, наверное, тюлени и нерпы, растворённые в мировом круговороте воды и воздуха, ему не остаётся иллюзий: маленький сосущий роток на спелой титьке матери».

Читая такие книги поневоле задумываешься, насколько же огромна Россия. Даже не задумываешься, а буквально физически чувствуешь, всем своим нутром. Курильские острова ...... для меня как жителя республики Марий Эл, это почти другая планета. Что-то очень и очень далёкое, почти сказочное. И между тем это моя страна, мои соотечественники и в процессе чтения помимо далёкости и сказочности, не покидало ощущение своего, родного, тёплого ...... при этом и чужое, холодное, тоже ощущалось где-то поблизости. Словно заглядывающее в тихушку в форточку, ну или подглядывающее из-за угла. Столкновение двух культур - покинувшей острова холодно-сдержанной, как отблеск света на клинке самурайского меча японской, оставившей после себя лишь захоронения, постепенно приходящие в запустенье и пришедшей ей на смену шумной, под баян и водочку "душа на распашку" русской, проходит через всё произведение. Но книга не об этом. Вернее, не только об этом. А собственно о чём? Роман "Язычник" как раз тот случай, когда на задаваемые вопросы трудно подобрать ответы и практически невозможно перенести свои эмоциональные впечатления, беспристрастными буквами на бумагу (ну или на экран монитора, если угодно). Кто главный герой, так сказать тот центровой персонаж, вокруг которого всё вертится? Может быть неудачник Бессонов, попавший на острова в погоне за "длинным рублём", всё потерявший в 90е, да так и оставшийся там, глуша водку  с тоски по нереализованным амбициям? Или бывшая владивостокская проститутка Таня Сысоева, нашедшая на островах покой для своей поломанной и беспутной жизни ..... в том числе и последний покой? Или может быть местный бизнесмен, практически теневой хозяин Кунашира, Арнольд Арнольдович Сапунов, которому не указ ни бандиты с материка, ни местные власти? Нет. Главные герои здесь сами Курильские острова и океан, их величие, великолепие, мощь и неудержимость переданы великолепно. На их фоне люди всего лишь что-то вроде спичек, то горящие ярко-ярко, а то внезапно погасшие, словно и не горел на свете такой огонёк. Или сломанные пополам то ли стихией, то ли чьей-то злой волей. Другой вопрос, о чём эта книга? Сюжет, история, интрига? Сюжет - жизнь. История, интрига - снова жизнь. Просто жизнь, какая уж есть - часто неустроенная, часто пьяно-буйная, часто в трудах беспросветных ...... с местечком где-то в уголке сердца для любви, доброты и надежды. С одной стороны "Язычника" было тяжело читать. Кузнецов-Тулянин просто придавил меня первозданной мощью океана, нереальной красотой Курильской гряды и этой вот реалистичностью "без грима" и "спичечностью" человеческих судеб ...... с другой, от книги было очень трудно оторваться по этим же самым причинам. Однозначно одна из самых сильных книг, что я читал за свои 46 лет жизни и рискну предположить, одна из тех книг которые останутся, когда нас не станет.

Я проваливалась в этот текст, как в зыбучие пески. Тот самый случай, когда жалею, что слушала книгу, а не читала глазами. К некоторым отрывкам хотелось возвращаться снова и снова.

Конечно, все уже у кого-то было. И человеческий распад, и бессмысленные смерти, и дикая жажда наживы. Но то, как Кузнецов-Тулянин это описывает, оглушает. Были моменты, когда казалось, что автор отвесил мне звонкую пощечину. И я сидела в вагоне метро абсолютно дезориентированная и забывала как дышать.

Надежда покинула эту книгу. Героям тяжело сопереживать, потому что зачастую вместо души у них гнилая рыбья требуха. Завораживающие пейзажи Курил только усиливают безнадегу, которая стала лейтмотивом жителей острова Кунашир. Кто-то приехал туда за длинным рублем, кого-то занесло попутным ветром или выплюнуло вместе с волной на берег. Но никто из них так и не стал счастливым. Ведь партия лосося в тех краях подчас стоила дороже человеческой жизни.

Если вы не впадаете в депрессию от российской хтони, берите смело.

"Язычника" я прочитала, узнав о серии Читаем Россию. Перед ней была книга "Хозяин белых оленей". Сама идея узнавать культуру страны по книгам определенного региона очень хороша. Что я могу сказать..."Язычник" - книга очень непростая. Её герои  - те, кто у меня вроде бы должен вызывать отвращение. Проститутка, рыбак, местный милиционер, местный бизнесмен, бывший учитель, бригадир, бичи...Все они с одной стороны очень непримечательны в своей жизни. Работают, пьют (много пьют) , гуляют, дерутся, ловят рыбу и браконьерят. Но есть один фактор, который полностью меняет отношение к ним. И это Курилы. Великие, недоступные, завораживающие. Море, лес, песок, воздух... Всё это даже самого "маленького" человека делает значительным. Поэтому и осуждать не получается.  Потому что читаешь и понимаешь: а как здесь ещё можно жить? Среди разрухи, тяжёлого труда, неустроенности очень сложно остаться "чистеньким". Поэтому и уважаешь даже самого последнего бича. И можешь ему всё простить. Кроме, пожалуй что, подлости по отношению к ближнему.  Странная книга... Сюжета как такового нет - есть зарисовки из жизни . Героя с большой буквы нет - есть простые люди. Иллюзий, веры в светлое будущее тоже нет - есть неустроенное, нестабильное настоящее. А ещё есть природа, есть Курилы, есть Кунашир, и есть огромная любовь к этому далёкому и прекрасному месту.