Кунцельманн & Кунцельманн

Я давно хотела прочитать какую-то шокирующую книгу, читая которую ты можешь сказать: "О Господи! Да что же здесь такое происходит!", - и с ужасом рассказывать об этом другим. И вот она, эта книга. Аутоканнибализм (что???), бесконечный онанизм, обвинение себя в нелюбви родителей... Ребёнок, который ест собственные выделения из носа, содержимое своих ранок - это что-то такое зашкаливающее.

Главных героев в книге два - Кунцельманн Иоаким и Кунцельманн Виктор, сын и отец. Отец в самом начале книги умирает, оставляя своим сыну и дочери огромную и дорогостоящую коллекцию шедевров известнейших художников. У Иоакима большие проблемы с долгами, он абсолютно не умеет обращаться с деньгами, жить по средствам. Потому смерти отца он почти рад. Но Виктор перед смертью уничтожил большинство представителей своей коллекции, чем поверг в шок нерадивого сына, который уже тратил в мечтах наследство.

Иоаким абсолютно сумасшедший. Его секс с приключениями, постоянным, как он называет, сексуальным зудом, который он может удовлетворить только какими-то ночными приключениями, случайными партнёршами, враньём жене. Позывы тела обладают над его духовностью, он идёт на поводу своего тела. Это частенько доходило до абсурда.

Упоминание Ющенка, Януковича, Тимошенко в романе очень даже порадовали. Шведский автор в курсе происходящего в Украине, и даже использует это в романе, при чем в ищвращенском плане. Юлия Тимошенко становится для Иоакима просто секс иконой, он мечтает о сексе с ней, ищет похожих на нее порноактрис.

Герои книги высказываются по разным политическим и социальным вопросам. Например, порноактриса высказывается о ее отношении к своей работе. Она говорит что любит секс, и это круто. Что ей за это ещё и платят, и она не хотела бы быть сиделкой, которая убирает за тяжелобольными, и что работа сиделки намного более отвратительна, чем работа порноактрисы. Да еще и порнобизнес намного лучше оплачивается. Или же вопросы глобализации, которые обсуждают участники форума где герой становится как бы его невольным слушателем.

Также в этом романе описывается трагедия и драма гомосексуалиста, который живёт в первой половине XX столетия, когда гомосексуализм считается отклонением и преступлением. Его постоянный поиск партнёра, его неудовлетворенное сексуальное желание постоянно давят на него. Он не испытывает никакого удовольствия от жизни. В каждом мужчине он ищет эти полувзляды, полуулыбки, по которым и узнают друг друга гомосексуалисты. Он ходит во всякие кафе, в парки, рискуя нарваться на полицию, или осуждение. Возможно, я немного(наверное, много) этого всего не понимаю, и считаю что всё-таки сексуальная жизнь должна происходить только с любимым партнёром, кому удовольствие быть верной. Но, я так понимаю, у Виктора вследствие того, что до 25 лет он ни разу не был в половом акте с мужчиной, то ему нужно было удовлетворение просто его сексуального желания, как это бывает у мужчин, которые вроде бы любят женщину, но если им получается удовлетворить свою похоть со случайной женщиной, партнёршей, он это сделает. Но будет продолжать любить свою жену, невесту, подругу. Тут же просто действительно происходит удовлетворение обычной похоти, зов либидо.

Книга интересная, динамичная, поднимает огромное количество социальных вопросов. Несмотря на большой объем, читать комфортно, хотя конец немного затянут.

Мне не понравилась книга, потому что она жутко неровно написана, стиль не выдержан, особенно при описании сюжетной линии Кунцельманна младшего. Жуткая солянка из всего на свете, от авантюрных приключений до философских рассуждений. И нет, это не фишка книги, это неудобоваримая мешанина. Вот мне и не понравилась, а не потому, что герой ковыряется в носу!

Я нормально отношусь к гомосексуальным отношениям, и к откровенным сценам в книгах нормально. Даже к гомосексуальным откровенным сценам нормально. Но мое кредо – уместность. Половина сцен вовсе в книге не нужна, а часть другой половины выглядит дешевым эпатажем. Так что да, мне не понравилась книга, и вовсе не потому, что герой поедает то, что достал из носа!

История довоенного Берлина и послевоенных Швеции и Германии – это было здорово! Я смог погрузиться в атмосферу того времени, от гей-баров до концлагеря. Там были странные моменты, в которые сложно поверить, но история отца хороша. Почему история с сыном так плоха? Ведь из-за «истории ни о чем» Иоакима Кунцельмана я поставил произведению столь низкую оценку. А вовсе не потому, что Иоаким поедает то, что он достал из носа прямо на публике!

Подделка картин, с описанием (не подробным) технологий и методов – очень интересная тема. И интересна завязка книги, когда открывается, что вся жизнь знаменитого реставратора и коллекционера – это ложь. Да и вообще, как почти всегда, образ гения интересен читателям, в данном случае особенно, когда гениальность выражена в умении подделывать мастеров-художников прошлого. Можно ведь много размышлять о том, что подлинное, а что фальшивое. Разбирать границы этики и здравого смысла. Осуждать или сочувствовать Виктору Кунцельманну. Но все это разбивается о нелепые приключения его сына с оставшимися после смерти отца поддельными работами, которые сын пытается выгодно продать. И эти похождения с изменами, порно и криминальными разборками убивают весь интерес к теме. А вовсе не сцены, как Иоаким мастурбирует, вспоминая свое публичное ковыряние в носу!

Хэппи энд в конце! Автор решил все окончательно испортить. Нафига там хэппи энд? Более нелепо притянутой концовки я давно уже не встречал в литературе. И это стало последней каплей (не из носа), вот это все я простить не могу. А избыточный натурализм и эпатаж – это что впервые что ли? И не такое читали. Так что приятного аппетита, Иоаким! Прощайте, Карл-Йоганн Вальгрен, надеюсь, с Вашими книгами больше не встречусь!

Дальше...

Именно это подорожное сравнение напросилось в начало текста отзыва. Потому что чтение книги довольно долгое время таким и было — кочечно-ямочным, ухабисто-рытвинным. Просто потому, что быстро обозначившаяся в книге модная современная тема гомосексуальных влечений уже настолько остогазла (просторечн. — очень надоела), что в очередной раз поморщился, привычно-саркастически думая при этом «И кто это теперь большинство, а кто меньшинство!». Как будто (нецензурное слово, обозначающее женщин нетрудной доступности) больше писать не о чём, кроме как о том, кто как кого (нецензурное слово, обозначающее в грубой форме сексуальные действия).

Однако этот неприятный (кочечно-ямочный) оттенок восприятия то и дело сглаживался другими сюжетными интересностями. Отслеживание судеб двух Кунцельманов, проходящее поочерёдными фрагментами сквозь текст романа, было наполнено и другими, гораздо более важными смыслами и темами. В особенности Кунцельмана-старшего — тема художничества сопровождалась ответвлениями на размышления и рассуждения по поводу оригинала, копии и подделки. Ведь и в самом деле с этим всё вовсе не так просто, как казалось бы. И если ученик художника настолько проник вглубь авторского стиля своего учителя, что умеет передать все авторские особенности мастера и при желании создать художественные полотна не меньшей глубины и силы, нежели его учитель, а может быть способен пойти и дальше, и достичь чего-то большего, то не значит ли это, что нельзя уже его обвинять в плагиате и подделке, в спекулировании именем творца и в прочих творческих грехах? И тут рассуждать можно дальше, и всё это есть в этом романе.

И хотя сам Виктор Кунцельманн в конце жизни уничтожает все свои полотна, давая, казалось бы, однозначный ответ на вопрос — законно или всё же не очень, то, чем он занимался, однако вот у меня как у читателя некоторые сомнения остались. И тут ответ, наверное, находится на уровне умысла — есть умысел на изготовление копии-подделки с целью обмана покупателя и получения наживы, или такого умысла нет. А, впрочем, пусть этим задаются юристы, специализирующиеся по авторскому праву. Простой же читатель получит удовольствие, пройдя этот тернистый ухабисто-ямочный кочечно-рытвинный путь до конца.

Однако не следует думать, что вся книга сводится вот к этому вытащенному мной из всего многообразия сюжета смыслу. На самом деле в процессе чтения автор подводит читателя к размышлениям и рассуждениям о подделке/копии/реплике постепенно. И в процессе этого погружения в тему мы вместе с Виктором Кунцельманом занимаемся изготовлением и сбытом фальшивок, попадаем в нацистский концлагерь, где… опять же занимаемся изготовлением фальшивок, в послевоенное время… в общем мы всё время изготовляем и сбываем фальшивки, подделки, копии, реплики. А когда повествование переходит к Иоакиму Кунцельману, то… не поверите, но, в общем-то, делаем примерно то же самое, что и Виктор. Однако автор умеет подать читателю эти приключения с нужной степенью интересности и увлекательности. И если бы не одно но... (см. начало отзыва).

На самом деле ни Виктора, ни Иоакима никто ни на каком перекрёстке не ждал, однако всё-таки книга закончилась... хотел написать хэппи эндом, так ведь опять это как посмотреть, так что просто закончилась.

Не смотря на популярную тему ЛГБТ, роман мне понравился. Да, в книге есть и гомосексуалисты (даже перебор), и лесбиянки. Не это главное. Книга в первую очередь о выборе, свободе, поиске себя, радости творчества, семье... Он очень многослоен.

У книги два основных героя — отец и сын Кунцельманн. Старший — Виктор— известный эксперт в живописи. Он с детства обладает огромным художественным талантом. Знает множество картин до каждого мазка и способен воспроизвести до мельчайшей подробности. Именно талант способствовал лжи, поселившейся  в его жизни. Точнее она стала его образом жизни. Ему пришлось всю жизнь врать про свою деятельность, скрываться от преследования (за свою ориентацию), вести двойную жизнь. Был в его жизнь и концлагерь. Правда, занимался он там не тяжелым трудом, а опять же фальсификацией. Фашисты собрали в лагерь фальшивомонетчиков и копиистов для производства иностранных денег. Вообще автор очень занимательно описал то, как Виктор со своим другом под вымышленным именами до войны и во время нее занимались подделкой не только картин, но и автографов, карточек на еду, различных документов.

Открытие того, какой деятельностью занимался отец, стало шоком для его сына и дочери. Мало того, что они ничего не знали о своей матери и жили с заботливым отцом. Так теперь эта жизнь тоже стала ложью... Рассчитывая на огромное наследие отца, на возможность продать картины из его коллекции, Иоаким ведет жизнь на широкую ногу. Будучи журналистом не работает по специальности, а просто пускает время на ветер. Он надеется рассчитаться  с долгами когда-нибудь в будущем и не думает о дне насущном. Его жизнь тоже фальшь. Порносайты, выпивка, пустые связи. Ни с одной женщиной он не способен создать крепкий союз. Периодически он встречает бывшую жену и просто завидует, что она смогла родить сына и наслаждаться тихим  семейным уютом. Пытаясь найти друга-подельника отца, Иоаким на многие вещи начинает смотреть по-другому...

Книга способна навести на многие реалии современного общества. Жизнь заполонили фальсификаты. Он повсюду.  И отношения, и еда, и любовь. И как же важно отыскать свое, настоящее, греющее душу. Если вы не готовы читать о ЛГБТ, то будете плеваться. Если относитесь спокойно, почерпнете много нового по искусству. Есть о чем подумать. Решение за читателем. Но роман понравился

Читала книгу долго, потому что роман разложен на две сюжетные составляющие: жизнь талантливого фальсификатора Виктора Кунцельманна (очень интересная) и попытка его сына Иоакима наладить свою жизнь после смерти отца (вот с ней и связано мое отторжение, так как образ жизни Йокке, мягко говоря, внушает отвращение, а уж его мерзкие привычки вроде поедания козявок из носа и смачные описания этого процесса - вообще заставляли подавлять рвотный рефлекс).

Дело в том, что Иоаким в свои сорок лет залез в долги (агент по недвижимости задорого впарил ему халупу, жена давно ушла, а новая пассия требует значительных вложений) - и очень надеялся на отцовское наследство, ведь при жизни отец собрал неплохую коллекцию произведений искусства. Каким же разочарованием для Иоакима стало, что перед смертью Виктор уничтожил все собрание, а значит в наследство его детям (у Иоакима есть еще и сестра) не достается почти ничего, зарабатывать себе капитал придется самостоятельно. А тут еще адвокат покойного утверждает, что большинство экспонатов экс-коллекции - подделки, пусть и высокого класса. И Иоаким понимает, что его отец вовсе не респектабельный искусствовед с милым хобби в виде рисования акварелек и пастишей, а человек с двойным дном и большим багажом темных тайн.

История Кунцельманна-старшего сама по себе потянула бы на отличный роман - каково жилось гею в нацистской Германии и вообще в целом в Европе до наступления эры толерантности, помноженное на создание гениальных фальшивок и искусное впаривание их ценителям искусства, с параллельным построением своей репутации как выдающегося эксперта-искусствоведа, но автору было необходимо поразмышлять о современном искусстве, которое по его мнению давно перестало быть оригинальным, все плагиат на плагиате и паразитирование на шедеврах прошлого, а производители контента в погоне за зрителем уже отринули даже самые базовые нормы морали. И эти размышления он вкладывает в уста Иоакима где-то между слежкой за экс-любовницей, съемками в порно, побегами от разъяренных кредиторов и мафии, походами по злачным местам, мастурбацией, поеданием козявок и шашнями с девушкой друга за его спиной, что читать лично мне было неинтересно, я таких людей в жизни терпеть не могу, а уж в литературе и подавно. Интрига насчет того, кто же мать Иоакима, была шита белыми нитками, ведь в середине романа автор несколько раз повторил, что эта женщина, наверное, единственная, на кого у Виктора бы встал. Ну а наскоро приляпанный хэппи-энд с женой и детишками тут смотрелся как у собаки пятая нога. В сухом остатке за историю Виктора 5 баллов, за Иоакима два балла, итого 3,5.

Иоаким Кунцельманн представитель золотого миллиарда. Белый образованный европеец, гражданин одной из самых богатых стран, рожденный во времена без войн и потрясений. Сын известного коллекционера живописи, реставратора и эксперта. Что не означает "отпрыск миллионера". У папы даже квартиры своей нет, живет на съемной, а картины хранит в арендованном банковском хранилище, помните "Чучело" Железникова, по нему еще Ролан Быков снял кино? Помните, как дедушку Лены Бессольцевой, коллекционера, дразнили в городке Заплаточником?

Так вот, Иоаким вовсе не мажористый сынок богача.  А жить хотел бы на широкую ногу, разного рода рекламные слоганы общества потребления, вроде: "Ведь вы этого достойны!" и "Ночь твоя - добавь огня!" наложили отпечаток  на восприятие реальности.  А что делал в тучные нулевые человек, который хотел, чтоб все везде и сразу?  Правильно, брал кредиты.  К началу описываемых событий мужику сорок, у него купленный в кредит загородный дом, должен всем вокруг, перспективы заработков смутные и неясные.

И тут приходит известие о смерти отца. Да. трагедия, но Виктор Кунцельманн был очень пожилым человеком и... может быть наследство поможет решить финансовые проблемы сына? Точно поможет! Точно не поможет. Перед смертью, а причиной ее было отравление, старик уничтожил свои картины. Не иначе, под воздействием какого-то острого психоза. Нет, что-то еще осталось в хранилище, но обстановка, в которой найдено было тело Виктора, внушает серьезные сомнения в подлинности тех холстов. Дело в том, что на мольберте перед его креслом только что законченный Дюрер.

Нет, не копия известной картины, но живописная  манера не оставляет сомнений в авторстве. Появись полотно на аукционе, оно классифицировалось бы как "неизвестный Дюрер".   Ни один эксперт не усомнился бы:  холст, грунт, состав красок подмалевок, мазки, оригинальные как отпечатки пальцев - все соответствует дюреровым. А для анализа, дающего большую точность, пришлось бы буквально отрезать фрагмент. Кто возьмет на себя смелость санкционировать подобное варварство?

В общем, вы поняли: дело ясное, что дело темное. И вот тут фокус внимания смещается с бестолкового запутавшегося лузера космических масштабов Иокима к Виктору. Германия между двумя Мировыми войнами, ребенок эмигрантов, сирота. Он был рожден девятого ноября 1920 года, а знаете. что для Германии ХХ века эта дата почти такая же знаковая и драматичная, как для американского континента 11 сентября?  1918 год - провозглашена Веймарская Республика, 1938 - Хрустальная ночь,1989 - падение Берлинской стены.

Жизнь мальчика, которая началась смертью его беженки матери будет яркой, вместит множество прекрасных, страшных, комических, трагичных эпизодов. Приютский сирота, чьи незаурядные способности к рисованию обратили на себя внимание. Студен-стипендиат художественной школы. Юный гей, не осознающий своей ориентации в вольные дни Веймарской Республики (помните "Гуд бай, Берлин" Ишервуда, "Кабаре" Боба Фосса?) Осознавший, но уже в нацистской Германии, где гомосексуалы подлежали селекции, так же как евреи и цыгане.

Весь роман Вальгрена как качели между эпического масштаба, исполненной драматизма историей Виктора, которая постепенно развернется перед читателем, и чередой дурацких ситуаций, сквозь которые следует его сын. Такое: "Да, были люди в наше время... Богатыри — не вы."  Хотя на самом деле нет, пафос тут на минимуме. Да, занимался мошенничеством и подделкой документов, в некотором смысле подрывая стабильность системы — но это не из героизма, а потому что мог таким способом заработать. Да попал в лагерь, но как содомит. Да хлебнул лиха в первые годы эмиграции, но кому тогда было легко?

История гениального художника Виктора очень перекликается со "Что в костях заложено" (1985) из "Корнишской трилогии" Робертсона Дэвиса. Начальной точкой тоже служит смерть коллекционера, с чьим наследием надобно разобраться, развитие событий так же проводит через одинокое детство героя, наделенного недюжинным живописным даром, его латентную гомосексуальность и историю любви которая кончается трагично. Та же неразбериха взбаламученной Второй Мировой Европы, создавшая благодатную почву для фальсификации предметов искусства и отыскания "неизвестных" шедевров - а сколько ценностей перемещалось в годы войны из рук в руки, сколько гибло?

И тут не могу не сравнивать: что у Дэвиса гениально, то в "КУНЦЕЛЬманне & КунцельМАННЕ" просто очень хорошо. Дурацкая история Иоакима, чаще  вызывающая досаду, иногда смешная - прекрасно оттеняет масштаб личности и обстоятельств его отца. И в целом разговор о сошедшем с ума мире, в котором картина (безделушка, предмет мебели) ценится в сотни тысяч раз дороже человеческой жизни. О том, что есть подлинник. а что подделка. О том, как бы нам обустроить обитаемую вселенную, чтобы горя было меньше, а счастья больше - это правильный и актуальный в любые времена разговор.

Интересная, хорошо написанная книга, трагичная и смешная, плутовской роман и роман об искусстве. Постмодерн, который не раздражает, но очаровывает

Это книга об искусстве: неподдельном и сфальсифицированном. Это история о любви: в прошлом — любви мужчины к мужчине, в настоящем — любви сына к своему отцу. О любви к искусству, стирающей границы между истиной и ложью. Это история о призвании, склонностях и аддикциях, которые практически невозможно преодолеть: фальсификация, мошенничество, гомосексуализм, плагиат, наркомания, эротомания и прочее. Не удивляйтесь, что гомосексуализм поставлен в один ряд с такими вещами — это история о временах, когда представителей нетрадиционных ориентаций считали больными извращенцами и всячески их преследовали. Это история о том, что невозможно пойти против своей природы, но необходимость лгать и изворачиваться подтачивает психику, доводя до ручки. Наконец, это история о том, что правда освобождает, но иногда без лжи всё равно не обойтись. В мире нет чёрного и белого, всё зависит только от того, какое объяснение преподнести.

Итак, Иоаким узнаёт про смерть отца, и его скорбь принимает поистине странные формы: «сколько денег я смогу выручить за его картины? что моя любовница, бросившая меня, делает в самолёте, на котором я лечу на похороны отца, и не могли бы мы заняться с ней сексом в туалетной кабинке? что значит картины не настоящие? а где я возьму деньги расплатиться с долгами?!» Почти 90% истории Иоакима Кунцельманна — это история неудач, унижений, страданий, лжи и разнообразной пошлости. Больше всего я недоумевала, почему же он, весь из себя такой падший человечишка, не может принять такого простого факта, что его отец был мошенником? Вообще-то Кунцельманн-младший был таким же преступником, как и старший — яблочко от яблоньки и всё такое. Но уже в конце, дочитав, я поняла, что это было безмерное сыновье почтение, которое он просто не умел выразить словами, и оно само прорывалось в таких вот мелочах. Да, он совершал дикости под действием наркотиков, да, вёл беспутную половую жизнь и погряз в долгах, да, его жизнь хуже некуда, и всё, что он делал — с кунцельманнским покерфэйсом поворачивался к катастрофе спиной, авось как-нибудь сама рассосётся.
Но… В конце концов, можно сколько угодно осуждать Иоакима и сколько угодно наслаждаться непохожестью на него, но как бы вы себя повели на его месте? Получилось бы проявить силу воли в его обстоятельствах? Думаю, всем нам знакомы минуты слабости, в романе растянутые лишь выпяченные сильнее, чем это обычно бывает у людей. Но роман на то и роман — это выдуманная, преувеличенная, более чем настоящая жизнь.

Моя любимая часть — про фальсификацию. Виктор Кунцельманн был гением по этой части, и в книге есть много реальных подробностей (впрочем, хорошо знакомых всем, кто интересуется темой). Однако я читала и не могла не сравнивать эту книгу с другой — моей самой любимой среди всех прочитанных за жизнь книг. Совпадение ли, но она тоже про фальсификацию предметов искусства, однако насколько же она иначе ощущается по атмосфере — изящнее, интеллектуальнее, утончённее что ли? Хотя и там, и там есть мотив невозможности сопротивляться призванию, и как это уничтожает нормальную жизнь талантливого художника. Понимаете теперь, с какой увлечённостью я читала про жизнь Виктора?
Теневой мир, в котором жил Кунцульманн, — грубый, травмирующий. Он мне не понравился. И эта книга не могла быть написана в середине XX века (в отличие от той, моей любимой). Не потому что всё в ней неправда, а как раз потому, подобную правду в то время не смогли бы принять, и не нашлось бы смелых людей кроме совершенно отверженных, чтобы писать такое, — а те, в свою очередь, не стали бы делать историю настолько простой, настолько нормальной. Время идёт, меняется восприятие. Я говорю, конечно, про гомосексуальную подоплёку. Я читала приличное количество подобных книг, но ни в одной история не была столь обыденной и печальной.

В итоге, хотя многое мне в этой книге не понравилось, хотя она казалась слишком грубой и пошлой по сравнению с моей любимой, я быстро сдалась на волю сюжета. Эта книга просто другая, потому что её герои родились в другое время и в другом месте, чем те, про которых была написана моя любимая книга. Каким бы безграничным ни был мир искусства, фальсификаторы вынуждены подстраиваться под реальность, иначе им не выжить. Просто эта реальность — насквозь фальшива.

Ещё меня подташнивало от Иоакима, но автор так и задумывал — чтобы сильнее был катарсис от перевоспитавшегося в конце истории персонажа. Его отличительная черта — крах личности. Но в последних главах он обретает себя, любовь, семью, стабильную работу, раскрывает миру правду и обретает счастье. Старые мастера были бы довольны таким финалом: плохиши исправились, хэппиэнд. Правда, с самого начала чувствовалось, что книге предначертан хороший конец, только я не могла выбрать, будет он нравоучительным или аморальным, ведь практически всю дорогу мы наблюдали за множеством мелких и крупных преступлений, за деградацией и полным нравственным упадком обоих Кунцельманнов в обеих временных линиях. И не было ни намёка на осуждение со стороны автора. Только ироничные намёки, как жулики требовали друг от друга предельной честности, ломали носы, если подружка одного изменяла ему с другим, а криминальные авторитеты требовали 100%й подлинности от картин — даже такие личности хотели верить во что-то хорошее и сильно разочаровывались, если их обманывали. Только это и давало повод подумать, что не так уж автор и аморален.

Кстати, Иоаким тоже фальсификатор, точнее, применительно к искусству слова, — плагиатор. Он компилировал множество чужих мыслей в «собственные» статью, не удосуживаясь ссылаться на первоисточники оригинальных мыслей. И разумеется, его писательское мастерство пробуксовывало, убивало его творчество изнутри, — ещё одно «землятресение», разрушающее личность Иоакима. И мне всё время было интересно: если Виктор так любил своих детей, как это было в воспоминаниях Иоакима, то в какой момент жизнь Кунцельмана-младшего пошла под откос, и он обзавёлся долгами, сексуальным недержанием, порноманией и наркотической зависимостью? Тогда как его сестра Жанетт была обычной женщиной, умеющей создавать уют и приспособленной к социально-нормальной жизни. Этому нет никакого логического объяснения — если не винить во всём, конечно, те горы лжи, что наворотил вокруг их жизни Кунцельман-старший.

И оба они, так или иначе, не владели своими жизнями. Во всяком случае, поначалу (старший перед смертью примиряется с тем, какую прожил жизнь, и наконец находит разницу между подлинным и поддельным; а второй примиряется с историей своей семьи, обретает самое себя и становится счастливым здоровым членом общества).

(Есть в романе и другие нестыковки, логические, психологические. Непонятно, Виктор узнал прошлое своей семьи? И так до конца и не прояснилось, как он умер, — все его предсмертные поступки говорили о подготовке, однако единственное оправдание, которое дал автор, — это звериное предчувствие смерти).

Интересно, что женщинам в этой книге отводится примерно такое же место, что и слугам или питомцам. Они в покорном услужении у героев. С женщинами можно состоять только в двух видах отношений: или женщина помогает герою, или герой занимается с ней сексом. Если ни то, ни другое, то женщине остаётся только наложить на себя руки (был такой эпизод). Хотя есть одно исключение: сестра Иоакима, Жанетт — поначалу она была антагонистом, сопротивлялась идее мошенничества, хотела рассказать всему миру правду, была опасным персонажем для братца. Но уже в конце её роль свелась к поддержке и посильной помощи главному герою. Бедная, бедная Жанетт, даже тебя... В итоге, нельзя сказать, что автор совсем не думал о женщинах или открытым текстом принижал их. Иногда женщины даже произносили потрясающие монологи о своей женской доле (особенно меня впечатлил монолог порноактрисы, которая просто любила секс). Однако кроме помощи или интима от них ничего не требовалось по сюжету, а это о чём-то да говорит.

Если эту книгу долго обдумывать, в ней есть не только поверхностный — пошлый и аморальный — слой. Есть и мысли о семье, и поиски себя, и сексуальная самоидентификация, и неустанный плач: что истина, что ложь, что хорошо, что плохо. За этим плачем слышится тихий грустный голос, который сетует, насколько гнилой, испорченной стала наша жизнь, насколько мы все погрязли в желании обмануть и обмануться. А за ним, словно эхо, другой голос ещё тише спрашивает: а разве когда-то было иначе. Мне нравится даже стиль, подача, подспудный юмор. История заканчивается хорошо, как бы подводя к мысли, что мы должны стремиться к тому же: стремиться к правде и счастью...

Но нарисованная автором картинка отвращает взор, и я ничего не могу с этим поделать. Лучше перечитаю любимую книгу, чтобы смыть грязь с сознания. Я не стану осуждать мальчика, ковыряющего в носу и поедающего свои козявки (а именно об этом, по сути, и написана книга), но и любоваться им не захочу. Всё-таки я не психоаналитик и не психиатр, чтобы увлекаться подобным. Разве что за трогательную историю гонений на гомосексуалистов во время Второй мировой войны могу накинуть пару баллов. Но даже она выглядит какой-то преувеличенно искусственной, настолько, что перестаёшь понимать, что это было в реальности. И честно признаюсь, если вы до сих пор не поняли, о чём же эта книга и почему она мне не понравилась, я тоже не знаю. Фальшивая история, смазанное впечатление. В ней есть и правда, и ложь, но границы настолько размыты, что это не приводит ни к чему толковому.

Книга поднимает множество вопросов, о некоторых из них хочупорассуждать. Для меня все они могут быть объединены под одним заголовком: «гимнсовременности».

Итак, самое, пожалуй, яркое и незавуалированное –гомосексуализм. Параграф 175, действовавший на территории Германии почти сотнюлет и окончательно отмененный лишь на рубеже 21 века. Лишь недавно я слушалалекцию Сапольского о «забавах биологии», заключающихся в том, что поройчеловек, рожденный с первичными половыми признаками одного пола, по составу ферментови белковому обмену принадлежит к противоположному. Лекция долгая и интересная,но основное, что можно из нее понять – половая принадлежность и так называемаяориентация – не сознательный выбор, а природное строение организма. И не такоеуж редкое.

Описываемые в книге преследования мужчин (и мельком –женщин) – гомосексуалов повергают в ужас. Это та часть геноцида, которую неозвучивают учебники истории, это «стыдная» тема, которую не принято обсуждать.Но сексуальность – такая же естественная и неотъемлемая часть здоровой жизни,как чистый воздух и полноценное питание. И я рада, что живу в то время, когдаоб этом можно говорить открыто. Пока не при всех и не всегда, но все же можно. Автортесно переплетает вопросы секса с любовью, такой же необходимой. Например, Иоаким,страдающий от порнозависимости и нездоровой тяги к сексуальным излишествам,обретает спокойствие и удовлетворение от сексуальной жизни с любимой женщиной,разобравшись в себе с помощью психолога-психотерапевта.

Как реставратор-копиист Виктор Кунцельманн слой за слоемисследовал каждую картину, чтобы научиться воссоздавать и создавать вновьпроизведения искусства, так каждый вдумчивый человек слой за слоем исследуетсебя, свою чувственность, свою психику, чтобы создать нечто прекрасное – себя. Самостоятельноили с помощью психотерапевта. Парой штрихов автор направляет жизнь Иоакима навстречу со специалистом, изменившим противного до тошноты младшегоКунцельманна, а вместе с тем и отношение к нему читателя. Можно долгие годыпытаться работать над собой, делать одну за одной безуспешные попытки бороться,но порой без специалиста это слишком сложно. Один из подарков нам современности– такой уровень развития общества, при котором не нужно вновь изобретать колесо– нужно лишь довериться профессионалу, чтобы твоя жизнь заиграла новыми,чистыми и здоровыми красками!

А толчком к изменениям послужила рассказанная сыну историяотца. Возможно, горькая правда, но я бы скорее назвала её непривычным видениеммира. Для Йонни, выросшего и жившего большей частью на стыке времен, сталошоком узнать, что отец был гомосексуалистом, фальсификатором, а мать наркоманкой,что он и его сестра Жаннет – результат договоренности, сделки между двумянуждающимися друг в друге людьми, для прикрытия перед не принимающим ихобществом. Современные «взрослые» люди часто нуждаются в некоем потрясении,чтобы поверить в неотвратимость изменений. Как говорится, сперва нужноопуститься на самое дно, чтобы было от чего оттолкнуться. Здорово, чтомиллениалы все реже нуждаются в таком вот падении в бездну, чтобы начатьвосхождение, и привыкают решать проблемы сразу по мере их появления, ненакапливая этот смердящий чувством вины и самоедством груз.

Мне кажется, мы живем в крутое время, когда техническийпрогресс высвободил для нас достаточно времени на мыслительную деятельность, иобщество развилось до той степени, когда каждый человек стал обращаться внутрьсебя, к своим чувствам, своему развитию, своему удовольствию. Конечно, не всемы одинаковы, и не все развиваемся в одном темпе, но сейчас и единомышленниковнайти проще и быстрее.

П.С. Ещё одна тема, о которой невозможно не пофилософствовать– искусство. Где и как найти грань между искусством и подделкой? Если подделкахороша, то почему бы не считать её ценной? Ценность зачастую не в самой работе,а в глазах смотрящего, именно зритель придаёт ценность шедевру. Что сновавозвращает нас к развитию общества. Тот же любимый сейчас многими Ван Гог – прижизни от продажи всех его картин можно было бы купить лишь стол и пару кресел,а сейчас каждое его полотно – бесценно! Однажды у меня возник спор с близкимчеловеком как раз о художниках-импрессионистах. Не понимаю, твердил мнеоппонент. А что можно ответить на это? Если понимаешь – не требуетсяобъяснений, если не понимаешь – объяснения не помогут. Я не могу определить,что я понимаю в искусстве, так как знаю мало теории, но точно могу сказать, чточувствую – мне нравится до слёз. А искренность в выражении эмоций – ещё одинподарок современности каждому человеку. Цените и наслаждайтесь.

Когда я сталкиваюсь с тем, что принято называть современной литературой, я каждый раз осознаю свою предельную инфантильность. В мире, где все построено на сексе, завязано на секс и сексом оправдывается я остаюсь тем нелепым щенком, который бежит и визжит: Прррриключения! Героизм! Слабоумие и отвага!
Но нет, простите, мир взрослых прямолинеен и однозначен: секс лежит в основе всех событий и является единственной стоящей мотивацией.
Причем надо признать, что сюжет, который скрывается за призрачной завесой эротики, замечательный: активный, детективный, интригующий.
В детстве я была готова пожирать любую литературу, которая попадала мне в руки. Слову достаточно было быть напечатанным, чтобы я рвалась его прочитать, не важно что за источник его предоставляет.
Однажды, перечитав все в досягаемости я добралась до папиной библиотечки детективчиков в мягких обложках - и они поразили меня насыщенностью и жестокостью сюжетов. Я проглотила почти полкниги, прежде чем на мой выбор чтения обратил внимание папа, и нервно сглотнув, потребовал от мамы немедленно меня от этого оградить. Дело в том, что книга была более чем полна описанием пошлейших, грубейших и максимально физиологичных постельных сцен. Но будучи невинным дитятем, я совершенно не замечала этого - полностью сконцентрировавшись на сюжете.
Если сконцентрироваться на сюжете этой книги, вы будете в восторге. Искусствоведческий детектив, с отсылками на период Третьего Рейха и с авантюрным романом в одном флаконе. Но - унылейшая история зациклившегося на нимфомании и пожирании козявок сына главного героя создаёт зануднейший фон, в котором тонет все интересное, а мелодраматически позитивный эпилог просто переводит роман в область мыльной оперы.

Хотелось-бы сразу обозначить существенную деталь, которая не ясно видна в названии. Правильно название книги читается как, «КУНЦЕЛЬманн & КунцельМАНН». Отсюда существенная разница во всём.
Два главных героя произведения: отец и сын. Разная жизнь , разная судьба. После смерти Виктора ( отец ), знаменитого коллекционера и музейного эксперта с мировым именем, осталась уникальная коллекция живописи. Сын Виктора, молодой прожигатель жизни и остатков денег, повеса и лентяй с нетерпением ждет наследства, ведь кредиторы , которым он задолжал приличные суммы, так как привык никогда и ни в чём себе не отказывать, уже давно стучат в дверь. И он скорее переживает о том, когда-же они с сестрой начнут продавать картины отца и делить наследство, чем горюет о кончине своего отца .
И тут оказывается, что знаменитой коллекции не существует, её уничтожил сам Кунцельманн-старший. Разочарование, боль, обида, злоба на отца со стороны сына , за которой следует попытка выяснить почему отец так жестоко с ним поступил . Но была ли это жестокость, попытка наказать , способ заставить сына , наконец-то, стать взрослым и взять ответственность за свою жизнь на себя или его действия были продиктованы чем-то другим ?
Повествование ведётся в двух временных пластах. Первое - это жизнь Виктора в годы Второй мировой войны, его становления как известного всей Европе искусствоведа и реставратора знаменитых полотен. И второе - это современная жизнь его сына Йоакима, перебивающегося случайными заработками, жизнь человека, у которого с самого рождения всё было, которому не надо было напрягаться. Здесь тебе и съёмки порнофильма, и наркотики, и мафия. Т.е. секс , наркотики, рок-н-ролл..В целом, наблюдать за его душевными терзаниями немного комично и смешно, особенно на фоне жизни его отца и пережитых им трудностей .
Исследуя двойную жизнь Виктора, Иоаким узнает, что во времена Третьего рейха отец был фальшивомонетчиком, сидел в концлагере за гомосексуальные связи и всю жизнь гениально подделывал картины великих художников. И, возможно, шедевры, хранящиеся в музеях мира, принадлежат кисти его отца... С каждым шагом он всё больше узнаёт о своём отце, про которого, как выясняется , ничего не знал и попутно решает свои личные проблемы.
На протяжении всей книги автор нас подводит к мысли, что порой мы так мало знаем даже о близких нам людях, что начинаем их узнавать, когда уже становится порой поздно и задаётся вопросом: что истинно, что ценно на самом деле ? Где оригинал, а где его копия ? И что современный мир порою очень лжив, а современное искусство лишь отличная подделка ...
Книга может быть интересна многим в связи с большим количеством тем и вопросов, затронутых в ней. Здесь и искусство, и мировая история, проблемы современной молодёжи и , как всегда , отцов и детей. А истина.. Она где- то рядом...