Цитаты из книги Апельсиновая Девушка

По-моему, надо запретить смотреть по видео на человека, которого больше нет в живых, или, как говорит моя бабушка, кого больше нет с нами.  Нельзя подглядывать за мертвыми.

Мы так любили друг друга, Георг, были такие открытые и беспечные!

Она была старшеменя, а я все еще боялся нарушить правила.

если мои ожидания были большие, то и разочарования тоже были не маленькие.

Как бы там ни было, мы говорили, не слыша друг друга. Мы играли в мяч с очень сложными правилами игры. Мы без конца кидали мячи, но они не достигали цели.

Как по-твоему, Георг, смогу ли я держать чью-нибудь руку по ту сторону? Я-то думаю, что никакой другой стороны вообще нет. Я почти в этом уверен. Все, что у нас есть, есть только до конца. Но последним, что человек держит, чаще всего бывает рука.

Не знаю, сколько людей причисляют себя к трем процентам самых безобразных, но, думаю, малоприятно быть всю жизнь недовольным своей внешностью. Хочется думать, что Йорген не страдает от того, что он рыжий и что в нем всего 170 сантиметров. Но прямо спросить у него, что он чувствует, я не решаюсь.

Мне показалось, что все рождественские лучи собрались в одной единственной девушке. И только я один из всех присутствующих знал, что она настоящая Апельсиновая Девушка, полная манящих загадок. Я знал, что она явилась из другой сказки, где царили совсем другие правила, чем те, к которым привыкли мы.

Слишком многое мы оставляем после себя.

Разве сам мир не был одной большой восхитительной сказкой?

Немного жутко разглядывать фотографии человека, которого уже нет в живых.

Мы не могли больше предъявлять друг другу никаких требований, у нас больше не было общих ожиданий и надежд. Читая

В последние недели я часто задавал себе этот вопрос. Выбрал бы я жизнь на земле, прекрасно зная, что неожиданно лишусь ее, может, даже в угаре опьянения ею? Или с самого начала предпочел бы с благодарностью отказаться от этой рискованной игры «Возьми и передай дальше»? Ведь мы приходим в мир только один раз. Нас впускают в большую сказку. Но — снипп, снапп, снюте — и сказке конец! — как говорил великий сказочник.

Коль сейчас ты не живешь, то уже не оживешь.

Я сам науковець і не заперечую науки, однак з науковим світобаченням у мене поєднується містичний або майже антимістичний світогляд. Я ніколи не дозволю Ньютонові чи Дарвінові розвінчати містерію життя.

У мене не раз виникало бажання народитися ще до винайдення таблиці множення, у кожному разі, до появи сучасної фізики та хімії, ще до того, як ми навчилися розкладати усе по поличках розуму — тобто у ЧИСТОМУ ЗАЧАРОВАНОМУ СВІТІ! Однак склалося по-іншому, і я сиджу перед комп’ютером та пишу тобі листа.

Тож навіть не кажи, що природа, мовляв, ніяке не диво, а світ — не казка. Хто цього не збагнув, ризикує не встигнути спізнати казки, як їй настане кінець. І тоді зриватиме із себе шори, протиратиме очі від зачудування, хапаючись за останній шанс віддатися цьому диву, з яким ось-ось доведеться попрощатися і покинути навіки.

Якби всю історію Всесвіту спресувати в одну добу, то Земля постала щойно надвечір. Динозаври з’явились за кілька хвилин до півночі, а людство існувало лише дві останні секунди доби…

Боязко було порушити магію цієї казки, бо не усе можна висловити словами. Такі правила…