Цитаты из книги Обитель

"... Бог есть, но он не нуждается в нашей вере, он как воздух. Разве воздуху нужно, чтобы мы в него верили? В чем нуждаемся мы, это другой вопрос... "

"... И в тюрьме, и на свободе небеса одни и те же... "

"... У женщины нет Родины. Её Родина - мужчина...Родина у женщины  появляется когда у неё появляется муж или дети. Дети бросают Родину и у матери  снова её нет. Родина  там, где сердце ребенка... "

".... Неведомо кем было подсказано, что каждый человек носит на дне своём носит  немного ада. Пошевелите кочергой - повалит смрадный дым..."

- "... Не обозлись за весь этот непорядок вокруг тебя. Если Господь показывает тебе  весь этот непорядок, значит, он хочет побудить тебя к восстановлению порядка в твоём сердце. Всё, что мы с тобой видим - просвещение нашего сознания. За то лишь благодарить Господа надо, а не порицать... "

Растерявший собственную силу чужой воли оценить не в состоянии.

Артём засыпал,как в детстве: с надеждой на утро и материнские тёплые руки.

Никого тут нет- только две судьбы, и две памяти- её и его. Влекутся за лодкой, теряя по пути то одно,то другое- какие-то то слова, какие-то вещит, какие-то голоса.

Где просто — там ангелов со́ сто, а где мудрено — нет ни одного.

Каждый человек носит на дне своем немного ада: пошевелите кочергой - повалит смрадный дым.

– Я любил тебя за то, что ты был самый независимый из всех нас, – сказал Василий Петрович очень просто и с душой. – Мы все так или иначе были сломлены – если не духом, то характером. Мы все становились хуже, и лишь ты один здесь – становился лучше. В тебе было мужество, но не было злобы. Был смех, но не было сарказма. Был ум, но была и природа… И что теперь? – Ничего, – эхом, нежданно обретшим разум, ответил Артём.

Даже если ходишь без дела – делай вид, что при деле. Работай не медленно, но и не быстро. Как дышишь – так и делай, не сбивай дыхания, никуда не опоздаешь здесь. Не показывай душу. Не показывай характер. Не пытайся быть сильным – лучше будь незаметным. Не груби. Таись. Терпи. Не жалуйся

Гроб повапленный! Знаешь, что это такое? Крашеный, красивый гроб – но внутри всё равно полный мерзости и костей.

Разве интеллигент — это тот, кто первым должен подохнуть?»

Ненавидят ведь не из-за чужой дурноты, а из-за своей пустоты.

Суп пах, как лесной концерт. Эти чертовы грибы выросли под птичий в сто тысяч голосов гомон и теперь сами запели: их голоса струились вокруг и волновали невероятно...

Музыка — это ведь волшебство, как будто за край заглядываешь, а там другая жизнь, больше нашей…

— Ты замечал, Тёма, что у Достоевского — все самоубийцы на букву с… сэ? Свидригайлов, Смердяков, Ставрогин? Я эту букву что-то выговаривать разучился. Сэ — как луна. Посреди фамилии Дос… стоевского торчала она и затягивалась на шее у него. Свистела на ухо… сатанинская свара… сладострастная стерва… и солёные сквозняки… серп рассек сердце… и смерть…

— Тём, а вот тебе не кажется странным, — привычно возбуждённый, бубнил Афанасьев, пока рота пыталась построиться, — Китай-то чёрт знает где. Там где-то ходят китайцы, живут своей муравьиной жизнью, и там есть родня этого нашего… как его зовут?.. родня говорит по-китайски, ест рис, смотрит на китайское солнышко — а их сын, внук, муж валяется на каких-то Соловках, и его бьёт отделённый Бурцев?