Семеро с Голгофы

Американец Энтони Баучер (или Бучер; настоящее имя — Уильям Энтони Паркер Уайт, годы жизни: 1911–1968) известен как автор детективов и научно-фантастических рассказов. Вышедший в 1937 году роман «The Case of the Seven of Calvary» является его литературным дебютом в криминальном жанре.
Действие данного произведения разворачивается среди преподавателей Калифорнийского университета. И казалось бы, что взять с этих «ботаников», но, как выясняется, на самом деле ничто человеческое им не чуждо (скорее наоборот)... А началось всё с убийства Хьюго Шеделя — доктора наук и борца за мир (в общем, абсолютно безобидного человека), прибывшего с визитом из Швейцарии, которому прямо на улице всадили в спину ледоруб. Следующей жертвой стал кандидат наук Пол Леннокс, отравленный стрихнином на репетиции любительского спектакля. В обоих случаях на месте преступления был оставлен листок с изображением цифры 7, помещённой на пьедестале из трёх ступеней. Нашёлся компетентный человек, заявивший, что речь идёт о знаке некоего тайного общества — зловещей религиозной секты, существующей с первых веков нашей эры... Официальное расследование так и не дало никаких результатов, а история, между тем, получила продолжение. И тогда за дело взялся преподаватель санскрита Джон Эшвин...
Главным достоинством данного произведения должна быть признана лёгкость при чтении; главным недостатком — малосодержательность. Персонажи почти всё время ведут друг с другом нескончаемые разговоры, сочетающиеся с регулярными пьянками и далёкими от благочестия любовными делами (которые, правда, упоминаются без откровенных подробностей). Расследования как такового, по сути, нет; просто мистер Эшвин много думал и рассуждал о сути происходящего и в результате разработал версию, неплохо увязывающую концы с концами (хотя для передачи дела в суд всё же малопригодную)...
Есть и ещё один момент, который подметил bo_om на форуме «Клуб любителей детективов».

Короче говоря, в качестве «первого блина», пожалуй, сойдёт. Тем более, как говорят, в дальнейшем из-под пера этого автора выходили и более удачные детективы, так что зарекаться на будущее от обращения к его произведениям я определённо не стану...

В калифорнийском Беркли убит профессор из Швейцарии, приехавший в местный университет прочитать несколько лекций. Рядом с трупом находят послание тайной швейцарской религиозной секты. Самое время появиться сыщикам - любителям разгадывать головоломки, благо вокруг много сотрудников знаменитого Калифорнийского университета.

За дело берутся Джон Эшвин, профессор, специалист по санскриту и аспирант Мартин Лэм. Эшвин - это мозговой центр, сидит у себя дома, пьет бурбон и размышляет над обстоятельствами дела, применяя дедукцию. Лэм работает в "поле" - исполняет роль Ватсона.

Семеро с Голгофы - это классическая детективная история, с увлекательным логически выстроенным сюжетом. Текст романа наполнен легким юмором, читается быстро. Классическая развязка - сыщик в конце собирает всех заинтересованных лиц и объясняет как всё было.

Энтони Баучер - "Семеро с Голгофы".

Хорошо, что издательства принялись переводить старую-добрую мало известную сейчас классику. Произведение удачное, с хорошим переводом (тут есть кое-какие оговорки, но в целом мне понравилось). По жанру - как раз то, что я люблю: настоящий детектив с логикой, дедукцией и качественными финальными объяснениями, с минимумом "воды". Всё-таки американцы - мастера этого дела, есть у них своя изюминка. По головоломкам они не уступают англичанам, хоть неповторимой английской атмосферы у них и нет (другой вопрос: всегда ли она нужна?)

Честь раскрытия убийств на сей раз принадлежит профессору-лингвисту по фамилии Эшвин. Сей достойный муж показывает свое мастерство, почти не выходя из дома. Есть даже такой поджанр - armchair detective story, когда главный герой раскрывает загадку у себя со слов других. Самый известный пример подобного - Ниро Вульф Стаута, но вообще этот прием встречался у многих, вплоть до той же Агаты Кристи. Вот, на этот раз подобный armchair-роман вышел из-под пера Баучера, хотя на жилище Эшвина не делается акцент. А всё из-за "верного Ватсона" (точнее, может, местного Арчи Гудвина) - то ли аспиранта, то ли некоего аналога младшего преподавателя (хотя о преподавательской деятельности ничего не сказано) по имени Мартин Лэм. Последний - эдакий живчик, не дурак выпить, драматург (по его переводу "Дон Жуана" ставится пьеса, и это - один из ключевых моментов романа). Его жизнь затмевает обитание Эшвина, поэтому всё произведение выполнено в довольно бодром духе. Не скажу, что "Семеро с Голгофы" стал каким-то "выстрелом" или "прорывом" в моем опыте детективного чтения, но голое, незамутненное удовольствие налицо, а это - та самая нота, которой хорошо и приятно завершать чтение.

Ну и о переводе. Перевод, как я уже писал, хорош, однако зачем-то осовременен в некоторых местах. Я, конечно, допускаю, что реалии времени выхода романа допускали определенные слова и выражения, но иногда немного коробило. Равно как и слишком панибратское отношение аспирантов (или кто уж они там) к преподавателям, в т.ч. профессорам. Тоньше надо, тоньше.

• А пока вы там спотыкались о трупы, мы с Мартином к бутылке усердно прикладывались.

  Убийства в академическом кругу. Калифорнийский университет, Беркли. Умеренно скучно, хотя вроде бы так быть не должно. Классический, но устаревший детектив с толстолобым юмором. Никогда не думал, что юмор способен раздражать. Читаешь и глаза закатываешь. Я уже не говорю о склонности героев к позерству в бесконечном цитировании всего, что в голову взбредет.

• Отныне я никогда не окажусь в любом опасном, в смысле возрастной разницы, обществе без надувной резиновой утки.

  Подумаешь, лот выпуска 1937 года, у Гарднера книги тех лет не выглядят мудлами ("мудл" - мой спонтанный контрэвфемизм для обозначения шлемильного мудизма), а у Баучера чета вообще моральное ретро. Герои неинтересные, их самих эта академ-хрень не вставляет, поэтому они напиваются и думают на какой сраной кобыле подъехать к Синтии, Моне или Лупите, чтобы завалить их горизонт. Вся эта университетская туса выглядит не особо красиво и весьма безнравственно. Коли уж он был наставником Ф. Дика, ожидал я от него чего-то замороченного, а не ледоруб в спину швейцарскому старперцу возле общаги с молодухами, стрихнин, и кривой выстрел из пистолета.

• Право, похоть превращается в смазочный материал общественного сознания.

  Непонятно, что там делал аристократ-белогвардеец и прочие левые товарищи и подруги. Расслаблялись в Международном доме? Что за дом? Почему в универе? Что это за люди, и как они туда попали? Автор, где это всё? Не спросить его, помер еще во времена Вьетнама и сексуальной революции. Видно, Фил ему своих таблеток принес на двоих, вот и не выдержал он кучного наплыва мировых событий. Учитывая выныривающую тему христианских ересей, становится понятно, что связывало автора с последним, у которого религиозное часто отсвечивало ("Господь гнева", «Стигматы Палмера Элдрича»", "Лабиринт смерти", "Небесное око") и даже переходило в метафизическую плоскость (условная трилогия "Валис"). Но Баучер не Дик, поэтому тут мы имеем обычный детектив того типа, в котором вы не угадаете убийцу, пока автор вам его не назовет - душегуб и его мотив могут быть какими угодно. Если хотите по-настоящему мозговыносную интригу на религиозной почве - читайте лучше вышеупомянутый "Лабиринт смерти".

• Короче говоря, нам нужен совершенно новый круг подозреваемых.

  В общем, вытер я ноги о покойника. Накапал желчью на клеммы. А нечего было интеллектуалом прикидываться и мои злые железы к выработке стимулировать. Разочарование - не мой конек. Возможно (но не факт), автор спародировал детектив и сам концепт детектива в теле самого детектива. С пьяных глаз отсвечивает даже налет постмодерна, но герои его подводят, да и само тело фабулы болванисто-деревянное. Там, где он разглагольствует о виньярах - интересно, а остальное стандартно: отношения, вечеринки, аборты, и прочее блабла. Даже диссонанс возникает - то умно, то не очень. Но видимо Баучер намеренно выставил ученую братию в неприглядном свете - если снимать стружку, то со всего. А может мне все это показалось, может просто мозг так скучал, что хотел хоть как-нибудь оправдать это необязательное чтение.

Трюк с проигрыванием фонограммы впоследствии станет ходульным. Я встречал его у Чейза, и не у него одного. Но прикольно, что в 30-е кто-то уже торговал сэмплами. Закулисье спектакля выписано хорошо, убийство во время репетиции - даже увлекательно. Но лучше бы он конспирологическую тему копнул, а то под конец этой унылой шляпы интерес скукожился и черной блохой околел. Цитируя его самого "я испытал досаду на досаду". В итоге роман нагнал на меня такую глобальную скуку, коей я лет тридцать не испытывал. Какое крутое название у книги, а развязка такая бытовая, что хочется плюнуть в морду автору, особенно за это его "отсутствие сути". У Дика были симулякры, а у Баучера симуляция детектива.