Опасный возраст

Все, что могло уйти, ушло.
Все башни разрушились, а кометы изменили свои траектории.

Алкоголь — универсальный проводник. Он подключает вас к людям, миру, и все кажется невероятно простым и легким.

Слова — слишком интимная вещь, чтобы ими разбрасываться перед другими.

Иногда, как бы странно это ни звучало, я мог покидать свое тело. Я отправлял себя куда-то глубоко внутрь, в самое безопасное место на земле, которое находилось во мне. Там было спокойно и хранилось все самое настоящее, искреннее. То, что нужно спрятать, прежде чем это уничтожат другие.

Все дело в проклятом возрасте.
Когда тебе шестнадцать, необходимо решать, кем стать. Весь подростковый период, в сущности, — одно сплошное самоутверждение. За счет атрибутов вроде смартфонов или бесконечных субкультур и противостояния. За счет других, в конце концов. Каждый пытается стать кем-то, но не знает, как сделать это безболезненно и легко. Никто и не говорит, что взрослеть приятно.

На улицах опасно, говорят все.
Но не более опасно, чем в вашей голове.

Смех ваш — вот что нормально. Говорят, он прогоняет страх.

Самоубийцы заставляют других быть причастными. Они тащат за собой в эту черную дыру, и ты падаешь следом, хотя все еще жив.

Все, что могло закончиться в моей жизни, закончилось к этому лету.
Все, что могло уйти, ушло.
Все башни разрушились, а кометы изменили свои траектории.

Как думаешь, что нас ждет?

Как же ты угасла.
Из нее ушел весь свет.

Я хотел нарисовать что-то, что должно быть выражением меня, но в самом сердце этого творения находишься ты.

...это мечта, и она стоит всего на этом свете.

Алкоголь — универсальный проводник. Он подключает вас к людям, миру, и все кажется невероятно простым и легким. В голове, конечно, появляется безумная карусель, раскручивающая ваши мозги, но к этому быстро привыкаешь.

Что если я никогда не смогу выбраться из своей бесконечной меланхолии, комы длиною в несколько пустых тревожных лет?

Самый доступный и примитивный способ самоидентификации в нашем возрасте — это противопоставление.

Когда идешь, кажется, будто что-то меняется.

Но так получилось, что родители сослали нас в один лагерь, полагая, что необщительные дети нуждаются в насильственной социализации.

В желаниях мы открываем свои истинные лица.

Это было очень долгое лето, без конца и края. Я наблюдал его, как кинофильм, иногда не понимая, принимаю ли я в нем участие или же смотрю из зала. Хотя если призадуматься, оно было наполнено мелкими, незначительными событиями.