Опасный возраст

Большая ответственность - быть смыслом чьей-то жизни.

И сейчас, несмотря на разные обстоятельства, приведшие нас к этому пункту, мы с Дэном походили на чистые альбомные листы.
Все может быть, пока ничего не знаешь.

Через неделю будет декабрь, и Саша покончит жизнь самоубийством снова. Он будет делать это еще не раз: это называется годовщина смерти.

Весь подростковый период, в сущности, — одно сплошное самоутверждение. За счет атрибутов вроде смартфонов или бесконечных субкультур и противостояния. За счет других, в конце концов. Каждый пытается стать кем-то, но не знает, как сделать это безболезненно и легко. Никто и не говорит, что взрослеть приятно.

Это была пятая или шестая встреча в пьяном июле. Я уже вывел закономерности. Сначала весело, а потом на тебя накатывает безумная тоска и пустота. Поутру все становится совсем другим, вернее, таким же, как и обычно. А если ничего не меняется, в чем смысл таких пьянок?

— В шестнадцать лет вся жизнь одна большая проблема.
— Понимаю.
— Правда?
— Мне ведь тоже было шестнадцать когда-то.

Никогда ничего не предлагай, если об этом не просят.

— Нам недавно задали написать сочинение. Что-то типа "каким вы видите мир будущего?"...
— И что ты написал?
— Ничего хорошего. Сказал, что все умрут или сойдут с ума. Я написал, что не вижу никакого будущего, потому что это несуществующее измерение времени.
— Ты весельчак.
— И еще какой.

Вода в душе стихла.

— Там сильно льет? — раздался ее голос за моей спиной. — Ты как?

— Как мешок с мокрыми котятами, — проворчал я, оборачиваясь.

— Фигушки. Мой парень не будет ходить в таком.

— Какая ты поверхностная. — Я укоризненно покачал головой.