Життя, Всесвіт і все суще

Он бежал в смертельном ужасе, со смертельным ужасом, по смертельному ужасу и сквозь смертельный ужас, причем ужас сидел у него на шее и ужасом погонял.

He looked about twenty-five, which meant, because of the peculiar manglings of time that had been going on in this area, that he would have been just twenty when the Krikkit Wars were finished, ten billion years ago.

He seemed to be wrestling with some deep inner confusion, as if everything he wanted to say and everything he thought were entirely different things, between which he could see no possible connection.

The expression of disappointment that crossed Arthur's face was a complete failure, and, since he was standing obscured by shadow, he allowed it to collapse into one of relief.

It wasn't just that the cave was cold, it wasn't just that it was damp and smelly. It was the fact that the cave was in the middle of Islington and there wasn't a bus due for two million years.

Пока он отсыпался, Триллиан заглянула в бортовой экземпляр «Путеводителя». Там есть кое-какие советы по поводу пьянства.
– Пейте смело, – рекомендует «Путеводитель», – и ни пуха вам ни пера.

– У меня врачи нашли недоразвитость гланды общественного долга и врожденный порок морального ядра личности, – пробормотал он под нос, – ну разве мне можно доверить спасение Вселенной, сами посудите?

А для меня нет более печального зрелища, как разрушение планеты. Хуже может быть только одно — наблюдать за ее разрушением с ее же поверхности.

The Universe is big enough and old enough to look after itself for half an hour.

— Или ты забыл, что над Вселенной нависла угроза?
— Вселенная, — заявил Артур, — не такая уж молоденькая и малюсенькая, чтобы не позаботиться о себе полчасика.

Время — это, так сказать, худшее место из всех, где только можно заблудиться. Артур Дент, с его богатым опытом блужданий по закоулкам пространства и времени, может утверждать это со всей ответственностью. Заблудившемуся в пространстве хотя бы не угрожает смерть со скуки.

Спустя четырнадцать часов солнце хмуро опустилось за противоположный горизонт с чувством зазря потраченного труда.

– Мы думали, – пояснил он, – что вы говорите Правду, Всю Правду и Ничего, Кроме Правды.
– А, это, – протянул Прак. – Было дело. Только я уже пошабашил. Не так-то ее много, как люди себе воображают. Правда, местами забавные штучки попадаются.

Другими словами, оговоренный час сбора — это один-единственный момент времени, в который абсолютно невозможно появление любого из членов компании.

- Ну ладно, - сказал Форд. - Рим не за один день сожгли.

- Просто прими на веру все, что я тебе скажу, и сразу все станет совсем, совсем ясно.

• Хм, что-то не верится.

Now the world has gone to bed,
Darkness won't engulf my head,
I can see by infra-red,
How I hate the night.

Now I lay me down to sleep,
Try to count electric sheep,
Sweet dream wishes you can keep,
How I hate the night.

He was terribly pleased that the day was for once working out so much according to plan. Only twenty minutes ago he had decided he would go mad, and now here he was already chasing a Chesterfield sofa across the fields of prehistoric Earth.

Командой-победительницей считается команда, которая победит первой.

- Чем любопытна реинкарнация, - прогудел голос, - большинство индивидуумов, большинство душ даже не подозревают, что проходят через неё.