А теперь я оплакиваю: песни, которым никогда больше не раздаться в моих ушах, слова и истории со страниц, которые я никогда не открою. Я оплакиваю свой пятнадцатый год жизни. Теперь, отныне и до конца времен, я не смогу прожить его так, как нужно. Отмотать и пережить заново, без капитана, попугая, таблеток и Кухни из Белого Пластика с ее урчащими животами, без шнурков на ботинках. Звезды погаснут и Вселенная перестанет существовать, прежде чем я получу этот год назад. Вот какая гиря прикована к моей ноге, и она куда тяжелее любого якоря. С этим-то вечным «никогда» мне и предстоит сразиться. Я до сих пор не знаю, исчезну ли в нем или найду способ прорваться дальше.