Отзывы о книге Голем

«Голем» - удивительный роман, потому что совершенно непонятно, как к нему относиться: как к роману-истории, как к метафоре жизни, как к интерпретации легенд? А может он союз всего? Сплетение смыслов, в котором и сам автор разобрался не до конца. В один прекрасный, или не прекрасный, вечер неназванный герой романа по ошибке надевает чужую шляпу. И с этой шляпы начинается его путь в незнакомую жизнь. На шляпе написано имя владельца, и это имя отправляет героя в сон о легенде. Атанасиус Пернат необычный человек. Он многое пережил и многое забыл. Его существование одновременно и обыденно и удивительно. Пернат талантлив, его камеи поражают красотой и живостью, но вместе с тем он жалок, нервозен, апатичен. Запертый в жалкой комнатушке в глубине еврейского квартала Праги, Атанасиус парадоксальным образом оказывается вовлечён в клубок чужих трагедий. Эти трагедии, пожалуй, составляют всю соль его жизни, не будь их – не было бы и Перната. Атанасиус в романе как будто бы не реальный человек, а неуловимая сущность. Через него автор оживляет легенду о Големе, проводит нас по удивительным загадочным закоулкам Праги, оканчивая повествование в месте, которого по сути нет. Именно с Пернатом случается всё то, о чём городские жители говорят лишь шёпотом. Он как будто магнит для чудес, человек, по ошибке оказавшийся в этом мире. И люди, которые кружат вокруг Перната, тоже какие-то неуловимые. Они появляются, как марионетки, исполняя одну заготовленную роль с ограниченным набором реплик. Никаких отклонений, никакой импровизации. Невозможно понять, кто они, зачем они. Пожалуй, только Харусек вырисовывается более полно. Но в нём столько надрыва и печальной предопределённости, что хочется поскорее от него избавиться. От «обдуманного сумасшествия» Харусека быстро устаёшь, хотя история студента и стоит этой усталости. В ней соединены и драма, и детектив, и некоторый мистицизм. Вот только финал предсказуемый и разочаровывающий. В том, как написан роман, ощущается его двойственность. В каких-то главах язык плавный укутывающий, немного меланхоличный, а в других что-то в нём неуловимо меняется. И с этими изменениями не всегда получается справляться. Как будто что-то резкое, высокомерное постоянно дёргает тебя вперёд, не давая уловить смысла с первого раза. Перечитывать абзацы приходилось довольно часто, на некоторые я даже махнула рукой, оставив попытки понять всё их словесное нагромаждение. Меня при чтении романа все время не покидало ощущение, что я чего-то недопонимаю, будто роман просто протекает у меня сквозь пальцы, а я не могу уловить его основную суть. Иллюзорность действия распространилась на роман как на произведение. И остаётся только уповать на то, что хотя бы малую толику смыслов ты в себя вобрал. Я не знаю, как оценивать «Голема» с позиции нравится-не нравится. Я его дочитала, пожалуй, это и есть самая главная его оценка.

Если хотите получить загадочный, мрачный мир, где в каждой подворотне прячутся все самые страшные человеческие тайны и желания, откройте эту книгу. Вас просто поглотит туман и вы не сможете выбраться без помощи кого-либо. (Скажу только о тех художественных приемах, которые рассмотрела в этой истории, но это не точно, из-за Тумана могло и показаться). Квартал в котором живут герои данной истории серый и холодный, как и почти каждый его житель. А Голем является, не мифическим злом, а скорее олицетворением реального людского зла (только без скрытых мотивов). А весь этот Туман для того чтоб показать скрытность и переменчивость человеческой натуры. Главный герой постоянно находится в состоянии тумана, и часто даже он сам не знает как поведет себя в следующую долю секунды. На протяжении, всей истории у меня было ощущение что я нахожусь в темной комнате с закрытыми шторами, и где постоянно кто-то курит.

Есть мистика. Есть вера. Есть Господь. Есть разница меж них. И есть единство. Одним вредит, других спасает плоть. Неверье - слепота, а чаще - свинство. ... Есть истинно духовные задачи. А мистика есть признак неудачи в попытке с ними справиться. Иначе, я думаю, не стоит трактовать.

Строго говоря, эта книга не про Голема. Правильнее сказать не только про Голема. Главный герой переживает все известные автору легенды Старого Города. Какой-либо особенной мистической или метафизической глубины я не обнаружил. Хотя надо отдать должное - читается легко, сюжет держит в напряжении, интрига в наличии.

Мне кажется написать что-то определенное на эту книгу очень сложно. Она неоднозначна. Есть книги, которые оставляют четкое и ясное впечатление после прочтения. Ты понимаешь идею и раскрыл смысл, пусть не полностью, но какую-то часть. А тут, как смотришь в колодец. Не видно воду, - тьма, но ты понимаешь, что там должна быть вода, но может воды там уже и нет. Конечно можно кинуть камушек и проверить, но что если колодец бездонный? Вот и книга эта - бездонный колодец. Черпай оттуда столько смысла, идей и мыслей, сколько душе угодно. А можешь просто развернуться - уйти и забыть. У меня просто так развернуться и забыть не выходит. Много мыслей. Все они неопределенны и скомканы, поэтому и рецензия - комок. Давно подбиралась к этой книге, хотела читать именно в печатном варианте, смаковать темными ночами, размышлять. Долгое предвкушение, что же меня ожидает за дверью этой книги, привело к тому, что я получила совсем не то, чего ожидала. Я ждала Голема, его историю, может его скитания и печали, его судьбу. Что-то типа того. Но тут совсем все не о том. И главный герой совсем не голем. Хотя как взгялнуть, конечно... История с Големом похожа на головоломку. Вот этот отрывок для меня как ключ к одной из дверей книги-головоломки:

Может быть, это лишь нечто такое, что напоминает духовное произведение искусства, но без внутреннего осознания, - художественное произведение, образующееся как кристалл, вырастающий из бесформенной массы, верный постоянному и неизменному закону.

По пути я размышляю: все, что пережил этот Атанасиус Пернат, я пережил вместе с ним во сне, в одну ночь видел вместе с ним, вместе с ним слушал и чувствовал, будто я был им.

А я пережила это все вместе с вами! Бродила по средневековым улицам; сидела в "Лойзичеке", находилась в беспамятстве, ощущая себя не тем, кем являюсь; лежала на нарах в сырой тюремной комнате и много другое. Все то, что пережил Атанасиус и человек, который видел все это во сне. Я уверена, что буду читать "Голема" Майринка еще не один раз, дабы все таки разглядеть в этом колодце истину, которую пытался донести до уст читателей уважаемый Густав.

Если честно, вообще не понимаю, зачем взялась читать эту книгу. А нет, понимаю - жадность. Ощущения такие, будто в маленьком томе мне вручили все очерки Гиляровского, какой-нибудь ненаписанный том Крестовского, прорывающиеся воспоминания о Гофмане (вспомнился "Повелитель блох", и не раз), "Процесс" Кафки (иди туда не знаю куда, куда бы ты ни шел - все равно в конце стоит запятая и тире), путеводитель по Праге начала двадцатого века, притворяющийся переводом на австрийский диалект немецкого языка "Собора Парижской Богоматери", прозаический пересказ второй части "Фауста", ну и что-нибудь еще такое же славное. Роман хороший, правда. Возможно, он даже глубокий местами и загадочный, мне показался лентой Мебиуса - вроде две стороны, а вроде и одна, посчитать не получается. Вот только мне не нравится, когда из людей, пусть даже и персонажей книг, делают символы. И впечатление, несмотря на символизм, что роман какой-то плоский - попытка глубины, попытка прорыва, попытка не пытка.

Дальше спойлер...

Самая интересная для меня часть началась, когда героя посадили в тюрьму и он перестал болтаться как ослиный хвост. Хотя, впрочем, описания старой Праги его глазами мне очень даже понравились. Так вот, сидит, значит, Пернат в тюрьме, обзаводится очередными знакомствами в преступном мире, авторитет даже приобретает, ибо "пришили" ему не что-нибудь, а убийство, а тут вдруг к нему подсаживают Ляпондера - очень странного, во многом противоположного герою человека - аристократа, непротивленца - до такой степени непротивленца, что дал по обету захватить свое тело потусторонней сущности и та его руками совершила жестокое (ритуальное?) убийство. Пернат, конечно, ужаснулся и с соседом не общался, а ночью оказалось, что тот - медиум. В общем, поболтал Атанасиус со своими друзьями и любимой по этому устройству связи и наутро его отношение в сокамернику улучшилось. И его глубокой философией и смирением герой проникся - ведь тот согласился с приговором суда и ожидал казни, чтобы вроде как прервать для потустороннего существа возможности творить что угодно его руками. И вот если Пернат по малейшему поводу переживает и рефлексирует, то Амадей Ляпондер (имя-то еще какое) вообще полное смирение и бесстрастие, недаром он герою будду напоминал. И вообще Пернат его в святые записал, а тот его в ответ в высшее, чем он, существо. Ну комментаторы нам по этому поводу поведали, что это противоположность и отчасти двойник героя, родственный ему, дружественный. Зачем такие сложности? (акцент на слове такие, ибо без сложностей зачем и литература). Или вот еще студент Игнатиус Харузек. Полностью соответствует пословице "Отомщу барину - повешусь у него на заборе". Мстит изощренным образом своему биологическому отцу за то, как тот обращался с его матерью. Ну... месть... ладно - его дело. Но ведь он такие способы выбирает странные... ведь если ростовщик настолько бесчеловечен, то как же он проникнется тонкими психологическими ходами своего непризнанного и до поры о времени неведомого сына? А если "совесть" злодея пробудилась, то не лучше ли просто не дать ей заснуть и отдать месть в ее безжалостные руки? И желая убить того, кого так любила, несмотря ни на что, его мать, кому мстит этот несчастный больной юноша? И почему ему недостаточно, чтобы отец умер, надо чтобы тот убил себя по его наущению, а когда не вышло - то он идет и кончает с собой самым странным и изуверским способом - засунув руки все в крови в свежую могилу злодея. И вот после этого всего герой, немного жалея Харузека, больше восхищается им, превознося его дух в противовес затхлой и ограниченной морали "бюргеров". Как будто третьего не дано! Вроде как Пернат и Мириам - и есть это третье. Серьезно? Возвышенная девушка, караулящая чудесные золотые монетки? И дяденька без прошлого, который не может определиться, кто же ему нужен - Ангелина или Мириам... Ну... мы, конечно, тоже не можем читать в сердцах людей, и вполне возможно, что те, кто кажется нам приземленными и прочее (хотя так рассуждать, судить - уже неправильно), таят в своих душах небывалые сокровища... и все-таки... Ладно, допустим, они, как две половинки целого, то есть Гермафродит, - и есть то самое третье, миллионное и прочее. И что? А вот ничего - просто сидят себе в призрачном замке. В общем, дело в шляпе. Прошу прощения у тех, кто не побоялся дочитать эту простыню до конца и не нашел ничего умного или интересного.

Прага… Город сомнамбулических скитаний Йозефа К., город полуночного бреда Атанасиуса Перната, город Голема.

Это город душных узких переулков, где из-под мощеного тротуара доносятся предсмертные крики; где в плотном от сигаретного дыма трактирном воздухе витают отзвуки жутковатых легенд и потные рабочие кружат в безумном танце полуголых девиц легкого поведения; где дома жмутся друг другу, натыкаются один на одного крышами, наезжают стенами, плотно смыкаясь и образуя причудливой формы тупики. Это город еврейского гетто, по улочкам которого раз в тридцать три года, наводя страх и ужас на его обитателей, проходит Голем, исчезая перед самым носом у перепуганных до полусмерти прохожих, в диком оцепенении застывших посреди дороги.

Здесь дом без дверей с единственным зарешеченным окном, в которое никто не может заглянуть. Здесь дом, охраняемый глухонемым стражем и бездонным скалистым оврагом, который могут видеть только Избранные и только в лучах лунного света.

Здесь жизнью правит Луна, погружая жителей в полуночные скитания, открывая тайны прошлого и будущего, даря возможность странствовать сквозь пространство и время.

Здесь смыта грань между преступниками и праведниками, здесь чудо также обычно, как и мир видений, который вырывается из-под контроля сознания от легкого прикосновения лунного света, здесь царство каббалы и карт Таро, здесь ключи к вечному разбросаны по пути, как крошки голубям, и спрятаны, как самые дорогие сокровища.

Ищите, да обрящете!

Ты читаешь и не понимаешь о чем. Каждые 2-3 листа прерываешься. Нить повествования не теряется - она изначально потеряна. И по прошествии 2/3 книги писатель будто выходит из алкогольного делирия и начинает писать... понятно! Голем - это не просто древнееврейский символ марионеточного подчинения заклинателю, вырвавшийся из-под контроля, устроивший бунт в первую очередь, чтобы уничтожить создателя. Голем - это все герои книги, это само произведение. Сырая, неоформленная глина, принимающая четкие очертания лишь ближе к завершению. Майстер Пернат не вызывает эмпатии. Он слаб, труслив, тщедушен, его окружают ему подобные. Злые, мстительные персонажи, устроившие злокозненный клубок событий друг для друга. Харусек, вчерашний студент - завтрашний доктор, пугает и в то же время притягивает своей преданностью Анастасиуса, раскрывает свою душу, полную ненависти к своему создателю, к отцу. Делает это так, чтоб тот якобы случайно услышал всю желчь и ненависть в свой адрес. Желает его убить, довести до самоубийства, но перед тем во всем раскаяться. И таких примеров множество. Положительных мотивов нет ни у кого, разве что Пернат движим запретной любовью к дочери своего друга, но его порыв обречен на провал и он это знает. Если вы ждете здесь мистики, эзотерики, готической Праги - то не дождетесь. Город вообще глупо выставлен как локация действа, лишенная лица. Перед глазами не воссоздаются картины, улица Петушья безлика, последний дом у обрыва тоже, как и кабачок Лойзы. Голем - тот голем, который третье лицо, убивающее невинных жертв и вот-вот должное встретиться с Пернатом, является лишь фантомом, его больной фантазией и альтер-эго. Смотрит в него, видит себя. И эта психоделия не отпускает автора даже когда он решил акценты в сторону реализма сместить под конец. Очень странный спор двух случайных персонажей, был ли вообще на свете Пернат, который представлялся другими действующими лицами. Сон закончился, герой пережил за какой-то час всю жизнь резчика камей. Вернул ему по ошибке взятую шляпу, но своей не получил, лишь передали ему слова надежды, что "от его шляпы не болела ночью голова". Это значит, что герою предстоит свой собственный путь, пока он неоформленный Голем, а сон - лишь присказка к его собственному пути. Книга крайне муторная, осилит ее не каждый, а поймет только тот, кто добил последнюю страницу.

"Голема" от Густава Майринка я прочитала достаточно быстро, потому что и язык, используемый автором, неплохой, и тема меня абсолютно не напрягающая. С самим существом я "знакома" через серию игр "Might&magic", стратегии которые, до прочтения у меня были представления, о чём пойдёт речь, откда ноги растут, так сказать, но саму легенду о раввине и его творении не знала. Но по сути мои предположения оказались верными.

Тот стиль повествования, который использовал Густав Майринк, подойдёт не всем, это прям точно. Ощущение складывалось, будто ты проваливаешься в галлюцинацию-сновидение, возникшее под каким-либо препаратом. И этот сон поневоле затягивает в свои сети - не самое приятные эмоции испытываются, нужно признать. Тем более в последствии мы узнаём, что главный герой не с самым обычным рассудком, тут ещё разбираться по-хорошему нужно, что может быть идеей автора, а что уже вышло из-под его контроля и подчиняется этому дядьке из пражского гетто.

Атмосфера очень легко ловится за счёт как раз-таки языка. Легко представить руки, что будто тритоны из ящика с ящерицами, гермафродита на перламутровом троне, гнетущую обстановку квартирок. Именно такие детали сделали из "Голема" тот сон, который всё же стараешься разгадать и увидеть, куда это сновидение ядовитое тебя приведёт.

«Голем» Густава Майринка много лет маячил на горизонте моих читательских интересов. Очень хотелось погрузиться в атмосферу мрачной и мистической Праги. Атмосфера оказалась настолько тягучей, что через триста пятьдесят страниц я продиралась четыре дня.

Атанасиус Пернат слоняется по еврейскому району Праги, ловит видения, перевоплощения и случайные встречи из непонятно чьего прошлого. С готовностью увлекается разными дамами и удостаивается бессмертной любви одной из них. Избранница молода, свежа, прекрасна и слегка поехала крышей на религиозной вере в чудеса. История мести чахоточного студента восхитительна в своей претенциозности. Тюремная линия очень мило перекликается с Кафкой. Жаль, что мало самого Голема и могучих чародеев-каббалистов.

Герои, события и даже легенды затянуты туманом сновидений до почти полной невнятности. Стоит только прикрыть глаза, и ты уже провалился в тусклый миру нечетких образов и призраков. Весь сюжет и конфликт построены с целью выразить эмоциональное состояние главного и сопутствующих героев. К сожалению, мне эти эмоции совершенно не близки.

Роман пользовался большой популярностью среди современников. Неужели Прага так и жила в начале XX века? Придётся поверить Густаву Майринку на слово. Опасаюсь теперь читать Вальпургиеву ночь и Ангела. Из таких метафизических глубин можно и не всплыть.