Division by Zero

Помнится, в школе, никак не объясняли, почему на ноль не делят. Просто сказали на ноль делить нельзя. Меня всегда это «нельзя» умиляло. Не «невозможно» или «бессмысленно», а просто – нельзя и точка. Не иначе, приучали, что даже законы математики бессильны против административной силы. Учитель сказал: «Нельзя!» — значит, нельзя. И не пытайся даже. А то и умножать на ноль запретят.

А ведь объяснение-то совсем простое.

Что касается рассказа, то, с одной стороны, он может произвести сильное впечатление. Человек сталкивается с противоречивостью современной картины мира и впадает в депрессию, сознавая тщетность стремления к знанию. Сколько не совершай открытий – истина будет все так же бесконечно далека от человеческого понимания.

Да вот только слишком уж неудачный повод для помешательства главной героини выбрал автор. Арифметическое правило из начальной школы. Построения на «делении на ноль» могут впечатлить разве что ребенка или забывшего школьный курс наук обывателя, но не математика же! Тем более, свести с ума. Неужели автор не смог найти настоящего математического парадокса, хоть сколько-нибудь занимательного, чем это кажущееся противоречие? Скорее всего, решил быть «ближе к народу». В результате, читатель чувствует себя идиотом.

Итог: говоря об ограниченности современной научной картины мира легко впасть в научное фричество. Особенно пытаясь найти противоречия на поверхности. На смену старым теориям приходят новые, и то, что казалось парадоксальным с легкостью в них вписывается. Все же основная идея рассказа хороша – сейчас очень популярна точка зрения, что для науки практически не осталось тайн, разве что в мире элементарных частиц да в глубинах космоса. Хотя, на мой взгляд, качественного прорыва наука добивается не за счет ортодоксов-охранителей, считающих, что нужно мелкими шагами двигаться от существующих теорий, игнорируя, пока это возможно, противоречащие им эмпирические данные, а за счет гениев, не боящихся создавать свои теории и обладающих достаточной долей здравого смысла, чтобы критически относиться к своим гипотезам. Вот так и движется человечество в полутьме, пока не озарит его путь разум нового Эйнштейна. И снова темно… А рассказик так себе. Рецензия написана 05.11.2012.

Математика для меня – темный лес, и, думаю, хотя бы поэтому «division by zero» мне показался интересным. И чем больше я в нем копалась, тем сильнее он меня захватывал. Понравилась композиция рассказа: строгое деление текста на три составляющие (историческая справка, линия Рене, линия Карла и их слияние в конце). Люди, которые хорошо разбираются в точных науках, сразу приобретают в моих глазах особенный шарм. Но если отойти от вычислений, можно представить, что Рене профессор не математики и совершила она открытие, которое довело ее до попытки самоубийства и перевернуло обычный уклад ее жизни, в какой-нибудь совершенно другой области или просто представить ее на месте Нео из Матрицы. И все равно мне сложно понять, почему героиню настолько потрясла мысль о несостоятельности математики. Хотя, если она сравнивает себя с теологом, который осознает, что бога нет, математика – это ее религия, а не все люди способны сохранять рассудок в подобных ситуациях. Не знаю, насколько правильно я поняла название, но деление на ноль, мне кажется, может использоваться для описания чего-то бессмысленного. Ведь оба героя пришли к подобному выводу: Рене доказала, что математика противоречива, а Карл увидел, что его семья разрушена. В итоге обе жизни поделены на ноль. Я нашла очень любопытное интервью с Чаном в журнале Interzone за 2002 год. Касательно «division by zero» Тед сказал, что для него такие истории – это попытка использовать науку как метафору, чтобы осветить аспекты человеческого опыта. А в данном случае – отношений между людьми. Прослеживается аналогия между главными героями и числами 1 и 2. Рене, доказав, что 1 = 2, попадает в клинику с неудавшейся попыткой самоубийства и Карл пытается сделать все возможное, чтобы вернуть в их отношения былую гармонию. Но он, всю жизнь уверенный в том, что сможет пройти через все трудности с теми, кого он любит, увидел, что ошибался. Осознав, что он не тот человек, каким он себя считал, Карл смог понять, что чувствует Рене. Ведь, хотя в высшей математике и множество нюансов, нельзя проводить параллели с человеческой жизнью, где слишком много полутонов и ни в чем нельзя быть до конца уверенным. И любящие люди рядом намного важнее всех теорем и формул. Как сказал Эйнштейн: «As far as the laws of mathematics refer to reality, they are not certain; and as far as they are certain, they do not refer to reality».

Я не знаю, как оценить этот рассказ. Колеблюсь между максимумом и вообще без оценки. Странный рассказ. Но действительно научно-фантастический )) Наверное, я вполне могу понять главную героиню, которая впала в депрессию (не сошла с ума, заметьте), потому что сделала вывод о том, что всё, чем она гордилась и чего достигла в жизни, оказалось пустышкой. Подозреваю, что не слишком приятно сознавать, что весь твой мир, такой выверенный и красивый, внезапно рушится, причем в этом виноват ты сам. Даже не столько виноват, сколько не мог поступить иначе. Для Lingua Turris Что касается языка - он неравномерен, если можно так выразиться. Те вставки, которые касались математических выкладок, шли с трудом, все-таки это специфическая терминология, далеко не всегда понятная. Оставшееся было достаточно понятным и доступным, по крайней мере, в словарь я заглядывала редко.