В чтении чужих писем есть какое-то особое удовольствие, с привкусом запретного плода. Это погружение в глубины чужой жизнь я совершаю нечасто, именно потому, что чувствую себя браконьером, забравшимся в частные угодья. В процессе чтения любого эпистолярного жанра во мне борются жадный до подробностей «папараци» и смущенный «третий лишний», случайно заглянувший в спальню в незнакомом доме. А если речь идет о любовной переписке, то градус этих противоречивых чувств многократно усиливается, даже если сам автор услужливо приоткрыл читателям дверь в свои тайные покои, опубликовав личную переписку. И, тем не менее, весь прошлый год я провела, проживая не только свою жизнь, но и жизнь Симоны де Бовуар, запечатленную в ее письмах к американскому писателю Нельсону Олгрену.
Сложно представить себе более яркие, умные, тонкие, эмоциональные и откровенные послания, написанные влюбленной женщиной любимому мужчине. Но для понимания, почему меня до глубины души тронули 304 письма, которые на протяжении 17 лет были написаны Симоной де Бовуар Нельсону Олгрену, требуется небольшое пояснение.
К тому моменту, когда ко мне в руки попал довольно редкий том «Трансатлантического романа», я прекрасно знала перипетии «скандальной» личной жизни Симоны де Бовуар, начавшиеся с ее «любовного договора» с Жан-Полем Сартром, при котором каждая из сторон получала сексуальную свободу, при условии полной откровенности и честности друг с другом. К моменту встречи с Нельсоном Олгреном в 1947 году, отношения с Сартром длились уже много лет, и превратились в некий эталон и символ свободного брака. Из «супружеских» эти отношения плавно переросли в «дружественно-соратнические». Пара стала иконой экзистенциализма, и была совершенно немыслима порознь. Бывшие любовники и любовницы зачастую не исчезали с горизонта пары, а оставались в ближнем круге. Так образовалась знаменитая «семья» - странная компания разномастных нахлебников, окружавшая Сартра и де Бовуар до конца их дней.
Вот с таким любовным багажом Симона прибывает в Америку, где знакомится с чикагским писателем-маргиналом Нельсоном Олгреном. И между ними вспыхивает бурный роман. Не заканчивается он и когда Симона возвращается во Францию. Роман продолжается в их переписке. Вот тут и начинается самое интересное, потому что по сути это были отношения на расстоянии практически непреодолимом. И, несмотря на то, что их разделял океан и виделись они всего несколько раз, отношения Симоны и Нельсона продлились много лет, вплоть до окончательного разрыва в 1964 году. Эти отношения стали мучительным испытанием для обоих. В одном из своих писем Олгрен с горечью писан, что "в руках, протянутых через океан, нет ни капли тепла". После разрыва, Нельсон Олгрен запретил публикацию своих писем. В результате письма Симоны были опубликованы с небольшими комментариями ее приемной дочери, поясняющими реакции Олгрена и важные события происходившие «за кадром».
Но даже в таком неполном виде, переписка Симоны и Нельсона рисует невероятную картину этой красивой истории без счастливого финала. Сама же Симона проявляет все грани своей удивительной личности в каждой строчке каждого письма. То, как описывает она свою повседневную жизнь, не может не покорять. Так способен писать человек, одаренный не только даром писательского мастерства, но и наделенный талантом проживать каждый день жизни как последний, во всем его многообразии, насыщенности и полноте. Эти невероятно прекрасные тексты со своих страниц волнами окатывают читателя искрометным чувством юмора, меткими наблюдениями и зарисовками, удивительными рассказами о путешествиях. Эпизоды посвященные работе, поражают насколько самодостаточной, дисциплинированной и трудолюбивой была писательница. Письма полны ярких красок, звуков, запахов и впечатлений, которые не поблекли и спустя много лет. Симона де Бовуар описывает свой мир в мельчайших деталях и подробностях, поэтому в письмах можно познакомиться с Жаном Жене, Альбером Камю, Жаном Кокто, Трумэном Капоте, Альберто Джакометти и перенестись восхитительным образом в богемную среду Парижа 50-60 годов. Живые, искренние, откровенные, мудрые, щемящие, переполненные любовью и болью, эти тексты останавливают время и пускают его вспять, чтобы мы могли заглянуть в мир удивительной Симоны де Бовуар. В этих руках, потянутых к нам через океан десятилетий, столько тепла, что на душе ставится удивительно хорошо.
Из письма Нельсону Олгрену, 28 февраля 1948 г.:
«Мне хорошо сегодня вечером. Не правда ли, вполне подходящий критерий для суждения о литературе или искусстве - когда человеку радостно, что он это увидел или узнал. Ваши книги обладают этим драгоценным свойством. И разве не тоже самое требуется от каждого мужчины и каждой женщины? Внушать простое чувство: миру стоит существовать, если в нем случаются подобные события: такая картина, такая книга, такая любовь, такая улыбка.»
92 понравилось
