Невидимый

Присутствие невидимых - как легкое прикосновение. Мы оборачиваемся: кто они, откуда и куда лежит их путь?
Они ходят рядом, их сотни, тысячи, миллионы невидимых, и они шепчут нам о своей неживой жизни, о своих надеждах и тоске.
Иногда мы их слышим.
И тогда мы думаем о том, что, быть может, кто-то потерял свою жизнь для того, чтобы мы прозрели.
Это мог быть я.
Это мог быть ты.

Нацисты всегда стремились вовлекать в свою партию девочек. Они зачастую оказываются более пригодными для борьбы, подстрекают мальчиков и вообще показывают себя безжалостными. Мы знаем несколько примеров, когда девочки проявляли такую жестокость, что дознавателям оставалось только изумляться.

О чем только не передумаешь долгими ночами. Все размышляешь о сделанных ошибках, о том, как все было бы по-другому, если бы можно было начать жизнь заново.

"Исчезнувшие остаются рядом с нами, и в их присутствии у нас кружится голова и становится трудно дышать"

“— Я понимаю, — сказал ее муж. Он тоже говорил приглушенным голосом.
Форс подумал: а что же, собственно, Андерс Эриксон понимает, — но ничего не сказал. Он сам слишком часто ничего не понимал.”

“когда занимаешься политикой, своим временем уже не распоряжаешься”

“Почему шведам непременно надо орать, когда они выпьют?
— Ну мы ведь не такой культурный народ, как древние персы.”

"На полу лежал Хильмер и плакал. Он очень хотел уйти из этой комнаты, но это было невозможно. У него не осталось сил, и он мог лишь следовать за Форсом. Так всегда с невидимыми: они могут двигаться только тогда, когда мы думаем о них"

Не позволяй себе ожесточиться.

Форс огромными буквами написал телефонный номер.

Тот, кто был хорошим спортсменом, автоматически становился хорошим коллегой, даже если это была женщина. Тот, кто читал книги или слушал классическую музыку, считался сродни гомосексуалистам или даже кем-то еще хуже.

Тот кого нет, все еще с нами. И тот, кто исчез, все равно рядом с нами. Забвения нет.

Но никто не услышал его крика.

Но никто не слышал его и не видел, потому что Хильмер был невидимый.
Как и его тоска.
Как и его жизнь.

Вокруг него
запах
сгнившей листвы.
Как будто все произошло не в мае,
а осенью.
И вокруг летали не жаворонки
и не ласточки,
а вороны.

Теперь, когда он умер, я не могу избавиться от того, что еще осталось от него.

Она все еще сидит там и молит Бога, в которого никогда не верила.

— Сначала убивают мать. А потом убивают ребенка, из милосердия, потому что младенцу без матери не выжить. — Пастор Старс немного помолчала. — Как обычные люди могут следовать такой логике?

— А ты? Ты тоже думаешь, что он неплохой парень?
— Мы вместе охотимся. Минувшей осенью он застрелил лося. Огромного, я такого прежде даже не видел. Мы охотились на землях его родителей. Да, думаю, он неплохой парень.