Слушай песню ветра

Врать я очень не люблю. Ложь и молчание – два тяжких греха, которые особенно буйно разрослись в современном человеческом обществе. Мы действительно много лжем – или молчим.
Но с другой стороны, если бы мы круглый год говорили – причем, только правду и ничего кроме правды, – то как знать, может, правда и потеряла бы всю свою ценность…

На самом-то деле сильных людей нигде нет – есть только те, которые делают вид.

"дано ли нам постичь глубину ночи при свете дня" (Ницше)

Хартфильд так высказался о хорошем тексте: "Процесс написания текста есть не что иное, как подтверждение дистанции между пишущим и его окружением. Не чувства нужны здесь, а измерительная линейка." ("что плохого, если вам хорошо?", 1936г.)

- А зачем ты книжки читаешь?

• Затем, что Флобер уже помер!
• А живых не читаешь?
• Живых читать проку нет.
• Почему?
• Потому что мёртвым почти все можно простить.

Написание текста – процесс радостный. Ему гораздо легче придать смысл, чем жизни со всеми ее тяготами.

- А зачем ты книжки читаешь?

• А зачем ты пиво пьешь?

"Да бог с ней. Машину можно новую купить. Везение не купишь!"

– Почему ты сам ничего не говоришь, пока тебя не спросят?
– Да как-то… Привычка… Вечно забываю сказать самое важное.
– Можно дать тебе совет?
– Давай.
– Избавляться надо от такой привычки. Она может тебе дорого стоить.
– Да, наверное. Но это как машина со свалки: что-нибудь одно выправишь, сразу другое в глаза кидается.

чтобы родилось истинное искусство, совершенно необходим рабовладельческий строй.

-Цивилизация есть передача информации, - говорил мой доктор. - Если ты чего-то не можешь выразить, этого "чего-то" как бы не существует.

Люди, они чего только не напридумывают!

— А у меня кое-что есть! — сказал он, вытирая руки о штаны. — Хочешь посмотреть?
Вытащив из бумажника фотокарточку, он протянул мне. Голая женщина, раскорячившись, втыкала в себя пивную бутылку.
— Классно, да?
— Класснее некуда!
— Приходи ко мне домой. У меня есть такие, что вообще закачаешься.
Так мы с ним и подружились.

Когда долго живешь вместе, даже вкусы становятся похожи.

Даже в самой жалкой ситуации можно чему-то научиться. Именно поэтому стоит жить дальше – хотя бы понемножку.

Под мягкими лучами майского солнца жизнь и смерть казались одинаковым благом.

Ведь для того, чтобы родилось истинное искусство, совершенно необходим рабовладельческий строй. У древних греков рабы возделывали поля, готовили пищу и гребли на галерах, а горожане в это время предавались стихосложению и упражнениям
в математике под средиземноморским солнцем. И это было искусство. А какой текст может написать человек, посреди ночи роющийся в холодильнике на пустой кухне?

В сравнении со сложностью Космоса, - пишет Хартфильд, - наш мир подобен мозгам дождевого червя.

- Ты когда-нибудь влюблялся?

• Ага
• И лицо помнишь?

• Нет
• Странно, правда? Интересно, почему?
• Наверно, так удобнее.