Озеро

"А-ля-ля-ля. А я сошла с ума. Какая досада." Фрекен Бок

Моя милая сказала мне, чтобы я шел в жопу. К счастью, я где-то уже слышал про это место. И вот теперь я, нацепив черный плащ, макинтош и старую потрепанную гитару, брожу по тайге в поисках озера. У каждого из нас, хвала Аллаху, есть свое озеро. И его всегда можно обменять на воробья, если мимо проходит знакомый нотариус. Мое озеро недалеко от Москвы, потому что там земля дороже, поэтому Кавабате придется добираться на перекладных, чтобы мое озеро стало объяснением его любви к будущему. Действующий вулкан рядом с Лыткарино и землетрясение рядом с Павелецким вокзалом не должны помещать Кавабате найти дорогу, учитывая то, что ему постоянно будут попадаться надписи на заборах, сделанные кровью старой гейши с улицы Красного Маяка , "ЗДЕСЬ БЫЛ МИСИМА".

Мисима, определенно, бывал в этом произведении. И не зря называл Кавабату своим учителем. Здесь полный набор прекраснейшего уродства, ножной фетишизм, призраки младенцев, преследующие тебя под землей. Но полная криза подкрадывается очень постепенно. Последние страниц 30 начинаешь сомневаться - в этом ли ты мире и не прыгнул ли куда-то вслед за Кавабатой. Произведение по объему небольшое, но, дочитав, я еще довольно долго сидел, уставившись куда-то вдаль и хлопая глазами. Неадекватные темы "Озера" сначала списываешь на японистость, потом на кафкианство, но в результате подкрадывается что-то другое. Больное, темное и безумное. Может в этом и заключается неповторимость японской прозы - она на уровне ощущений доступна всем. Не нужно быть японоведом, чтобы в полной мере съесть свой половник ненормальности.

Парочка цитат, которые цитатами не являются.
"Хотя она была в преклонном возрасте, ее пол Гимпэй определил сразу и вздохнул с облегчением."
Думал над этим предложением минут 10 и облегчение не пришло.
"Может, она ненормальная? Или у нее уродливые ноги?"
Здесь скрывается смысловой код всего произведения.

Кто не боится - приятного чтения.

Если бы эту вещь написал не Кавабата, то ее следовало назвать «Уродливые ноги» или «Выжидающий следопыт». А может «Баня лечит». Но написал ее Кавабата, а у него, как я поняла, главное действующее лицо - природа во всей своей красоте. И вот посреди цветущих вишен, нескошенной травы, огней светлячков отражающихся в глади озера мучаются от нелюбви эти странные существа - люди. Кто вообще придумал человеку быть таким сложным, так много чувствовать, ничего не понимать, не совпадать с другими чувствующими и ничего не понимающими и болеть от этого?

Одного природа создала жалеющим себя. Он счел удобным списать все на уродство своих ног. Все началось с того, что однажды в детстве почувствовал женское превосходство над собственной беззащитностью и посредственностью. Конечно, во всем виноваты ноги. Отчего же еще так больно? Больно так, что хочется жалости и снисхождения от того самого женского превосходства. Больно так, что готов слоняться всю жизнь за потенциальными утешительницами. Что думают об этом «утешительницы»?

Одна ничего не думала. Да и не утешать ей хотелось, в силу юности сочла нашего героя очень даже не жалким мужчиной с нормальными ногами. Но ему то себя жалко! А как же ноги? Не утешила.

Другой нравилось что ее преследуют. Нет, она ничего не знала о том, что от нее хотят жалости. Ей и самой себя было жалко. Жалко настолько, что не жалко прошлого и о будущем думалось через силу. Она сама готова отдать все сбережения лишь бы ее заметили и пожалели. Такое напугало нашего преследователя.

Третья даже и не заметила преследователя. Он в своем воображении сыграл с ней свадьбу, а она ни сном, не духом. Занята девушка.

Четвертая сама начала преследовать. Ей бы выпить, закусить и к плечу припасть, а далее по схеме. Но у нее самой такие же уродливые ноги. Никакой жалости не хватит на две пары уродливых ног.

А вот пятой не составило труда пожалеть. Она даже и не знала, что жалела, это ее работа ухаживать за ногами других людей. Достаточно ли такой жалости ищущему ее?

Итак, ни разу не совпали человеческие эмоции на фоне красивой японской природы. Противоречивый биологический вид, не всегда способный совпадать душой по половому признаку. Но и это еще не весь дефект. Может для утешения, и для того что бы не умер от горя, человек сотворен с воображением и способностью додумывать. Способен придумывать не просто любовь, из чего бы она не состояла, а взаимную любовь. Лишь бы никто его не переубеждал, что это лишь фантазии и не демонстрировал превосходства при этом. Лишь бы это превосходство не было от противоположного пола. Тогда ведь допустимо защититься от него, избавиться, наказать наконец! Ведь сил сколько выстрадано! А в природе побеждает сильнейший. Ну, ничего. В природе гармония. Озеро глубокое, рыбы к тому же. Оно благодарно примет любое подношение.

Писать о прозе Кавабаты очень интересно.
Писать о прозе Кавабаты очень непросто.
Писать о прозе Кавабаты нужно, ведь восприятие его книг не может быть единым для каждого; в них заключено столь много, что каждый вычленяет для себя ему близкое и понятное, оставляя остальное на волю чувственности, столь характерной японцам.

"Озеро", пожалуй, трудно отнести к самым известным и читаемым произведениям Ясунари Кавабаты. Тем не менее, перечитав его сейчас, я для себя открыл не только красоту и символизм письма писателя, напоминающие непостижимость хайку, но и эстетику одиночества души, столь особой, столь отрешённой от прозаичности материального бытия, что возводит текст к высотам поэзии в прозе, экзистенциальной поэзии в прозе. Потому и прошу простить меня тех, кто относится к этому небольшому роману - исповеди, как к реалистичному полотну - вы неправы... Думаю, что и я вряд ли докопался до истинного смысла "Озера" (для этого надо родиться японцем), но мне созвучны многие мотивы, что разбросаны по тексту столь искусно, что целое созвучие образов и ассоциаций составляют.

Конечно, вряд ли нужно мне навязывать своё личное понимание как каждой главы, перетекающей одно в другую, как поток сознания в мозгу Гимпэя, так и место каждого из персонажей, окружающих нашего неприглядного героя, да, собственно, без них и ничего бы вообще и не было. Я лишь хочу кратко выставить те векторы, что меня вели по "Озеру" букв и символов.

"Озеро" в названии вряд ли будет реальным. Оно, как и в воспоминании Гимпэя об отце - утопленнике со шрамом на голове, оставляющим лишь вопросы, так и символизм нашего зыбкого сознания, которое может в любой момент пойти ко дну. И вот не идёт ли ко дну сознание Гимпэя? Этот вопрос писатель оставил без ответа, без малейшего намёка. Потому и у меня большие сомнения в здравости рассудка нашего героя.
Шесть девушек.
Да, без них всё повествование невозможно.
Да, на них "держится" память Гимпэя"
Да, они и составляют венок из красоты и скрытых недостатков, сидящий шипами в болезненном мозгу героя.
Они проходят через роман, касаясь друг друга, перетекая друг в друга, ассоциируясь друг с другом.
БАНЩИЦА обольщает голосом и безукоризненностью исполнительства своих обязанностей.
ЯЁИ может считаться отправной точкой в чувственном познании женщин Гимпэем.
МИЯКА МИДЗУКИ, которой уделено более всех внимания, уж точно здесь как символ потерянной молодости, красоты и чувств ради нелюбимого замужества.
ХИСАКО же подобна чувственному цветку, раскрывающемуся впервые под лучами мужского напора.
МАТИЭ, как чеховская "Дама с собачкой" имеет лишь символизм проходящей мимо холодной и недоступной красоты.
И лишь МУЖЕПОДОБНАЯ НЕЗНАКОМКА В РЕЗИНОВЫХ САПОГАХ, как верная собачка, идёт за нашим героем в никуда. А, поняв его никчёмность, швыряет в него камни. Больно же это!
Болью и заканчивается "Озеро". В нём нет начала. В нём нет конца. В нём не видно дна... Лишь гладь воспоминаний, что остаётся в памяти...

Отчего-то сейчас
Такой ненадежной кажется
Равнина небес!
Исчезая в сплошном тумане,
Улетают дикие гуси.
САЙГЁ

Грустная – прегрустная повесть о человеке, который вернулся в родные места и пытается найти в настоящем свое прошлое, не самое счастливое прошлое, но тогда он был молод, преподавал, был влюблен и надеялся на счастье, но счастье увернулось, сбежало от влюбленных, подарило себя другим. И только воспоминания, как летние бабочки, закружились вокруг него, не давая возможности сурово взглянуть на действительность. Все изменилось вокруг. И только озеро осталось прежним. Он и любил его, и побаивался. Именно там время от времени его посещало видение: вспыхивала молния и в ночной темноте мгновенно и ярко высвечивала все до самых дальних уголков. А светлячки были продолжением видения. И он чувствовал, что есть какая-то связь между светлячками и душой утонувшего в озере отца. Он понимал, что это просто видение, уговорившее его поверить, но так ему было легче.
Он понимал, что нельзя возвращаться в те места, что был счастлив и молод, где впервые познал любовь с юной девушкой и тогда между ними словно возник электрический разряд. Все это было, но быльем не поросло. И так уже никогда и негде не будет…

Ясунари Кавабата – классик негромкой, спокойной лирической прозы. Кавабата – мастер Тени. Тень – гордость Японии. Итак, вперед, благосклонный читатель!
Или нет.
Восклицательный знак не годится для Тени.
Поставим лучше многоточие…
Е. Маевский

Грусть была сродни той, что приходит, когда глядишь на улетающих диких гусей.
Либо, когда следишь за уходящим в прошлое сверкающим потоком времени.

Поставим многоточие…
Немногословие прекрасно.

Да... ничего не понял :)))
Повесть содержит несколько тщательно выстроенных сюжетных линий, которые в конце... нет! так и не сходятся вместе :)))
Отлично получился психологический портрет ушибленного трудным детством главного героя. Вначале я не чувствовал к нему ничего кроме презрения и отвращения, но с каждой страницей он становился всё более человечным и понятным. Такое нечасто встречается, чувствуется перо настоящего мастера...
Японская литература полна непредсказуемости. Вот повесть подходит к концу, вот уже что-то важное затевается, прямо сейчас кто-то кого-то убьёт или утопится в озере... остаётся всего несколько страниц... оторваться от книги совершенно невозможно... и тут... и тут!!! и тут -- совершенно неожиданно -- ничего не происходит :)))
Да... не ожидал я такого подвоха от этого Кавабаты...

Японцы сильно отличаются от нас. Совершенно ясно, что я многого не понял и не пойму у них никогда. Но чтобы вот так совсем ничего?

Вот, например, странные отношения госпожи и служанки...
Если у меня, не дай бог, когда-нибудь будет служанка, да если она будет хоть немного похожа на ту, что в книге, да я даже увольнять её не буду! Лучше сам повешусь!.. А госпожа Мияко со своей Тацу живёт! Как это возможно? Не понимаю.

Или Онда, "спасающая" лучшую подругу с помощью рассылки подмётных писем... Зачем она это делает? Какое её, в конце-то концов, собачье дело? Тоже мне спасительница японская... Не понимаю хоть убей...

Вот чтО понимаю и в чём завидую японцам, так это в их восприятии природы и умении сделать красиво!
Я уж не говорю о сакуре, которая своими цветами ежегодно обеспечивает страну всенародным событием. А вот давайте, например, соберём светлячков и запустим их в небо в темноте! Вот отличная идея!
У нас так никогда не получится. И дело даже не в том, что светлячки средней полосы России рождены скорее ползать, чем летать. Нет, тут дело в принципе. У нас такой праздник просто невозможен, не могу его себе представить. Что там праздновать, если не ощущается ни политической, ни военной подкладки, ни даже хотя бы футбольной? Вот военный парад -- это да, это действительно красиво, это наше... не светлячки какие-то. У японцев с воинственностью тоже всё хорошо, но это не единственная их идея. У них ещё и светлячки летают. И это всенародный праздник!

В такси мир бывает с одной стороны голубым, с другой розовым. Пикассо да и только :)
И вообще:

Итог такой.
Мало что понял, но написано хорошо. Надо почитать, что умные люди на Лайвлибе написали.

Невыразимо грустная повесть- буквально пропитанная тоской и безнадежностью, как холодный осенний дождь...
Здесь есть и красивые моменты- прекрасная девушка, белый свитер, красная юбка; вечер ловли светлячков на озере; но больше грустных и даже отталкивающих- главный герой, Момои, живет на грани нищеты; он вспоминает прошлое, которое не вернуть- детское увлечение кузиной, роман со своей юной ученицей и потерю работы, смерть отца; нестарый еще человек, он ищет любви и дружеского участия, он легко увлекается, путая временами реальную девушку со своими фантазиями и воспоминаниями. Но всюду встречает лишь равнодушие... Вместо прекрасной юной спутницы- потрепанная жизнью первая встречная лет сорока, худющая, как "мешок костей", с землистым цветом лица, к тому же пьющая... У него нет никаких перспектив. Да еще чудятся ему холодные руки призрака- его умершего, по-видимому, ребенка- хотя он даже не уверен, что ребенок был его...
Жаль и содержанку Мияко, молодость которой так быстро проходит; и даже старого больного Ариту, ее богатого благодетеля...
Перечитывать эту повесть я вряд ли буду.

Небольшая по объему повесть. Читается легко, как и все у Кавабаты. У меня с ним так постоянно - его произведения читаешь как дышишь; само собой получается, и абсолютно непонятен сам процесс. Так и с "Озером" - ничего не поняла, зато получила море удовольствия. Красиво же!
А пересказать сюжет - чепуха какая-то: мужик какой-то невнятный бродит, то ли маньяк, то ли не маньяк. Девушек любит. А они его? - И он их.
Я так поняла, что мужик этот несчастный из-за того, что озеро это на него всегда такое сильное влияние имело. Нехорошо это - сырость, артрит, отсюда - ноги некрасивые... (Касиваги из "Золотого храма" тут совсем не причем, честно-честно!) Общее впечатление - этот мужик хороший, хоть снаружи и неказистый, девушки его тоже хорошие, да и автор наверняка хороший человек был.