Цитаты из книги Острие бритвы

— А знаете, это может оказаться не так уж плохо. Я знал несколько случаев — один в Испании, два на Востоке, — когда мужчины женились на проститутках. Из них получились отличные жёны; они были благодарны своим мужьям за то, что те дали им прочное положение, и, уж конечно, они знали, чем угодить мужчине. — Слушать вас тошно. Неужели вы думаете, я для того пожертвовала собой, чтобы Ларри угодил в сети закоренелой нимфоманки? — Как это вы пожертвовали собой? — Я отказалась от Ларри исключительно потому, что не хотела ему мешать. — Бросьте, Изабелла. Вы отказались от Ларри ради крупных брильянтов и собольего манто.

В какую-то минуту её осенила мысль, почему бы ей, общавшейся со столькими художниками, и самой не попробовать свои силы в живописи? Не долго думая, она накупила холстов, кистей и красок и взялась за дело. Случалось, что, сговорившись вместе пообедать, я заходил за ней раньше условленного времени и заставал её в длинной блузе, погружённой в работу. Как зародыш в чреве матери повторяет все стадии развития своего вида, так Сюзанна повторяла одно за другим пристрастия своих любовников. Она писала пейзажи, как её пейзажист, абстрактные полотна, как её кубист, и с помощью цветных открыток парусные лодки на причале, как её швед. Рисунком она не владела, но цвет, несомненно, чувствовала, и, хоть картины у неё получались неважные, писать их доставляло ей огромное удовольствие.

— Эллиот говорит, вы ехали южным путем, — сказала миссис Брэдли. — Вы в Риме останавливались? — Да, я провёл там неделю. — Ну, как там поживает дорогая королева Маргарита? Немного удивлённый этим вопросом, я отвечал, что не знаю. — Как, вы её не навестили? Такая славная женщина. Она была к нам очень добра, когда мы жили в Риме. Мистер Брэдли был первым секретарем посольства. Что же вы её не навестили? Вы же не Эллиот, не такой строгий католик, что вам и в Квиринале бывать нельзя? — Отнюдь нет, — улыбнулся я. — Дело в том, что я с нею не знаком. — Не знакомы? — Миссис Брэдли словно не поверила своим ушам. — А почему? — Да потому, что писатели, как правило, не водят дружбу с королями и королевами. — Но она такая милая женщина, — горячо возразила миссис Брэдли, словно обвиняя меня в высокомерии. — Я уверена, что она бы вам понравилась.

Судя по тому, что я знаю о пожилых американцах, их существует два вида. Старик-американец первого вида — дородный, в роговых очках, само дружелюбие. Встречает вас, как родного сына: не дав вам опомниться, принимается трясти шейкер для коктейлей, с веселым смехом наливает вам один бокал, другой, третий, хлопает вас по спине, рассказывает анекдот про двух ирландцев, Пэта и Майка, — словом, жизнь для него сплошной праздник.

В американце второго вида преобладают холодные глаза стального цвета и квадратная челюсть, и он относится к английскому кузену с подозрением. Никаких шуток и прибауток. Он все время поглощен собственными заботами. Говорит мало. Судорожно вздыхает. И время от времени вы ловите на себе его взгляд, и тогда вам кажется, будто на вас глядит из приоткрытых створок раковины холодная и скользкая устрица.

- Я не ответил на приглашение Эдны.

• Полно, Эллиот, не думайте сейчас об этом.
• Почему? Я всегда помнил о светских приличиях и не вижу причин забывать о них сейчас, когда я покидаю сей мир. Где эта карточка?

• Почтовая бумага на столе у меня в кабинете. Принесите ее, я продиктую вам ответ.

• Готовы?
• Да.

• "Мистер Темплтон сожалеет, что не может принять любезное приглашение принцессы Новемали, будучи связан более ранней договоренностью со своим Спасителем".