Распутай меня

— Оказалось, что это идеальное место, где можно сохранить свою жену. — Андерсон машет рукой куда-то в сторону. — Дело в том, что она не очень комфортно чувствует себя на контролируемой территории. — Он говорит мне все это с таким видом, будто я должна отчетливо понимать, что он вообще имеет в виду.

Потом я слышу тяжелые шаги. Кто-то поднимается по лестнице, и мое тело также перемещается наверх вместе с шагами.

Послание с небес вполне понятно: мы сильно разозлились.

Мы в гневе, и мы вас накажем. Вы заплатите за пролитую кровь сполна. Мы не будем просто так пассивно наблюдать за вами, хватит. Мы вас разгромим. Вот что говорят сегодня небеса.

Мы все поднимаемся со своих мест.

— Послушай-ка, а Касл вообще в курсе того, что ты задумал? — обращается к другу Адам. — Мне кажется, он вряд ли одобрит твой план участвовать в сегодняшней операции.

— Касл всегда хотел, чтобы я был счастливым, — как бы между прочим замечает Кенджи. — А если я останусь здесь, то счастливым точно не стану. Мне надо многое сделать. Спасти людей. Произвести впечатление на дам. Он проникнется ко мне уважением.

Кенджи, Адам и я — единственный бойцы, которые не успели присоединиться к основной группе.

Но возможно, что я выживу.

Может быть, я выживу, и мне придется встретиться лицом к лицу с последствиями своих поступков.

Уорнер смотрит на меня так, словно внутри его что-то сломалось, как будто он только что проснулся, и все. Что с ним только что происходило, было лишь кошмаром и в реальности не существовало. Как будто все-это-только-дурной-сон-который-казался-реальностью-но-вот-сейчас-он-проснулся-и-он-в-полной-безопасности-и-все-теперь-у-него-будет-хорошо-и-еще…

Грудь Уорнера вздымается с еще большим напряжением. Он почти задыхается и произносит еще три слова:

— Ты разрушаешь меня.

И я рассыпаюсь на кусочки прямо в его руках.

Я чувствую, что Уорнер уже совсем близко, он наполняет собой воздух вокруг, и вот уже рядом со мной больше нет ничего, только он один и легкий аромат свежего мыла и еще чего-то неопределяемого, чего-то сладкого, чего-то горячего, того, что имеет именно его запах.