Начать отзыв хочу с выражения признательности anna_angerona за увлекательный совет на флэшмобе 2011 года. Меня всегда поражали те, кто пытается жить в обществе (притом недурно жить) и быть свободными от общества. "Аристос" - бесценная возможность проследить ход их мышления. В первой главе Фаулз развивает религиозные взгляды, близкие деизму вольтеровского толка: невмешательство Творца, Бог-часовщик и т.п. Затем дозревает до концепции "естественной религии", основанной на чувствах страха и надежды; ну, Юма тоже все читали, неглупый был дядька, но чудовищный шовинист. Зато вывод, который делает Фаулз, по-своему уникален. Держитесь за стулья: Я не считаю себя атеистом, однако моё представление о "Боге" обязывает меня вести себя в обществе так, словно я - атеист. В моей практике "Аристос" беспрецедентен. Разделял ли, скажем, Диоген свои убеждения и свою гражданскую позицию? Сказал бы Сенека: "Я стоик, но мои представления о добродетели обязывают меня вести себя в обществе так, словно я эпикуреец"? Уже улыбаетесь. А для Фаулза искренне, декларативно главное - не быть, а слыть. Вести себя в обществе. Он решает проблему не "как веровать", не "как действовать", а "как выглядеть". И на нескольких сотнях страниц молодой, крепкий парень, заботясь о себе как о хрупкой саксонской вазе, обосновывает необходимость не быть, не состоять, не привлекаться к любой общественной деятельности. Как бы тебя ни прельщала точка зрения партии, конфессии, движения (далее подставить по вкусу), не встревай! Ни с кем не объединяйся! А то вдруг что-нибудь потребуют! Некогда люди были едины в своём племени, городе, церкви, политической партии. Однако теперь они превращаются в сообщество изолированных друг от друга единиц. Старые узы распадаются; узы национальные, языковые, обрядовые, исторические. Это хорошо. Мы разъединяемся, чтобы объединиться в единственно достойном союзе: в едином человечестве. А кому вы скорее взаймы дадите: брату или человечеству? "Возлюби дальнего" в переводе на инглиш. И если хорошие поступки совершаются не из приверженности группе и не по убеждению, то почему? Потому, что они ведут к функциональному наслаждению. Я, конечно, огрубляю, но смысл в том, что интеллектуальная элита превратилась в своего рода мокрецов, гадких лебедей, для которых добрые дела есть род будничного отправления организма. Всякий плебс, то есть, старается творить добро, прикладывает к нему усилие, а у нас, аристосов, оно делается инстинктивно. Как дышать. Как поесть и, пардон, покакать. Тема интеллектуальной элиты буквально пронизывает "Аристос" (ἀριστεύς (др.-греч.) - наилучший, знатнейший ). Даже умилительно, с каким упорством Фаулз причисляет себя к этой самой элите: "Мы, аристократия духа, образованные, учёные, литераторы..." Демонстративно не понимая, что сам образованный-учёный лишь потому, что его папа удачно торговал сигарами. Родился бы на меже табачной плантации - букв бы вовек не узнал. Избранность по Фаулзу - это вопрос а) генов, б) среды, в) элементарное дело случая. Забавно, что Аристос был написан, чтобы обелить себя от подозрений в латентном фашизме. Наверно, поэтому Избранные не могут объединяться в сообщество, потому что обязательно злоупотребят своим единством: по Бэкону, абсолютная власть развращает абсолютно. Тогда Аристос - это индивидуалист, львиную долю энергии тратящий на то,чтобы его считали индивидуалистом? Отсюда растёт основная претензия Фаулза к религии. Уверяют, что можно причаститься Богу через участие в неких ритуалах. Но разве нужны ритуалы, чтобы стать причастным мудрости Сократа? Взять и прочитать! Как не так. Прочитав "Сократа" (то есть Платона или Ксенофонта), причащаешься не только и не столько Сократу, сколько Платону с Ксенофонтом, роте переписчиков, батальону комментаторов и дивизии комментаторов прежних комментаторов. Никому не известно, что вкладывал Гераклит в знаменитое "Дионис - то же, что Аид", и я знаю по крайности двух античников, которые пошли бы на любой ритуал, чтобы услышать пояснения самого Гераклита. Но увы - мы можем лишь интерпретировать. Ещё немножко мудростей: Существуют три стадии потворства своим прихотям: детство, отрочество и предвзрослость (между 18-ю и 30-ю годами). Какая длинная предвзрослость! Не боитесь, что "взрослость" этак и не наступит? О преступлениях: Больной вполне обоснованно может ненавидеть общество за то, что оно отправило его в тюрьму, но не за то что его отправили в больницу. Без комментариев. Об английском как общем языке. Мы не имеем право допустить, чтобы хоть что-то - будь то предубеждение лингвистических шовинистов* или наше отвращение (если мы англичане) к варварски звучащим инновациям в родном языке - могло встать на пути к единоязычному миру. В этом и заключается наша ответственность как носителей английского языка. нам следует усовершенствовать этот инструмент для выполнения специфической функции. Все свидетельства говорят о том, что остальной мир с радостью обучится им пользоваться. Оптимист изучает английский, пессимист - китайский, а реалист - автомат Калашникова. *grammar nazies по-научному. Ты не голодающий индийский крестьянин, но мог бы им быть. То, что ты - это не он, вовсе не повод для самопоздравлений. Это повод для благотворительных действий, для сочувствия... Милый, милый добрый студент, ты даже представить себе не можешь, куда он пошлёт тебя с твоим сочувствием, доедая гуманитарную помощь. Сама доедала, и сама посылала. Пойду сожгу собственные студенческие почеркушки. Помру ещё, а их напечатают.
38 понравилось
