Дрожь

До меня вдруг дошло, насколько мы разные. Мне подумалось, что если бы мы с Грейс были предметами, она была бы точнейшими электронными часами, идущими по лондонскому времени, а я - стеклянным шаром со снежинками внутри, тронь - всколыхнутся непрошеные воспоминания.

Паника ведет к неосторожности, а неосторожность — к несчастным случаям.

Она была прошлое, настоящее и будущее в одном лице.

Ты - моя смена времен года,
Ты - моя осень, зима и лето.
Весной я теряю себя с тобой,
Но как прекрасна утрата эта.

-Понимаешь, какое дело... возможно, ей придется долгое время терпеть меня в своем доме.
-Насколько долгое?
-Дольше не бывает.
-Всю жизнь?
-Еще дольше.

My voice was tight. “Dad, this is Sam. Sam, this is Dad.”

Dad looked at him for a split second more, and then smiled widely. “Please tell me you’re a boyfriend.”

Sam’s eyes became perfectly round and I let out a big breath.

“Yes, he’s a boyfriend, Dad.”

“Well, that’s nice. I was beginning to think you didn’t do that kind of thing.”

- Послушай, укус не превращает человека в чудовище, он просто делает его волком. Ты такой, какой ты есть. Став волком, ты забываешь все человеческие правила и запреты, поэтому если ты по природе своей зол и жесток, то становишься еще хуже.

Ничто так не выводило меня из себя, как взрослые, которые глядят на меня свысока.

Всё возможно в странной кроличьей норе.
Что, к примеру, вот это - зеркало или портрет?
Словно во сне, все узнаваемо - и непривычно.
Во что-то иное превращается каждый предмет.

...миссис Румински завела в класс полицейского...
Она оставила его одного перед классом; мне подумалось, что это довольно жестоко с ее стороны, поскольку шел седьмой урок и большинству отчаянно хотелось домой. Очевидно, она решила, что с горсткой старшеклассников блюститель порядка точно справится. Вот только преступника хотя бы можно пристрелить, в отличие от целого класса юнцов, у которых не закрываются рты.