Цитаты из книги Крематор

Ожидание смерти – это ещё не смысл жизни.

Когда за обедом видишь благородное лицо, еда кажется вкуснее.

Кремация с гарантией избавляет человека от страха ожить после смерти, если кто-то верит, что это возможно и сегодня. Впрочем, дорогие дети, бояться нечего – теперь мертвые не оживают. Кого зарегистрируют мертвым, тот мертвый и есть.

Впрочем, всё это ерунда, это не имеет значения, потому что человек не должен быть рабом своих вещей.

...ему бы пришлось несладко; хорошо, что я избавил дитя от мук.

Твоя жена отвратительно влияет на сына. Мальчик слишком мягкотел и изнежен, и странно, что ты этого всё ещё не заметил.

Прах человека всегда одинаково, будь это премьер-министр или официант, нищий или хоть директор крематория.

— Увы, уже через час с четвертью ты сгоришь в своем черном шелковом платье и с четками, останется лишь ослепительно белый скелет, да и тот рассыплется в прах, который поместится в металлический цилиндр, а потом в урну...Но не душа сказал он наконец, — луша туда не попадет. Она освободится, избавится от своих оков, вознесется в космические сферы— и войдет в иное тело, а не в урну. Она сотворена не для этого!

— Жизненное пространство, я расскажу тебе кое-то о гробах. Когда гроб закрывают крышкой, покойнику не должно быть тесно. У хорошего гробовщика крышка ни в коем случае не задевает лицо и грудь мертвеца. Лучшими считаются те гробы, в которых могут поместится два человека. Гроб должен быть просторным и это единственное жизненное пространство по-настоящему важное для людей.

...а заодно ты поможешь этим несчастным, пропащим, заблудщим ........, которые мешают благу и счастью нашего народа.

...главное — это видеть цель. И думать о будущем. О лучшем будущем для наших детей. О радостной жизни для всего человечества.

...будущее всегда сокрыто от нас. Неизбежна одна только смерть.

Нередко слабость скрывает в себе больше зла, чем сила.

Фотография как бы консервирует настоящее для вечности.

Насилия никогда не хватает надолго. На короткое время насилие может победить, но не оно творит историю.

Я, например, люблю свою семью и готов делать для неё всё. Но это не смысл жизни. Это лишь моя обязанность, мой святой долг.

Мы боремся за высшую общечеловеческую мораль, — сказал он и направился к ёлке, усеянной свечками, — за новый мировой порядок.

– В человеческой жизни все очень зыбко, – продолжал он. – Будущее неопределенно, и люди зачастую страшатся его. Определенна и неотвратима одна только смерть. Впрочем, есть еще кое-что: тот новый, счастливый строй, который будет вот-вот установлен в Европе. Итак, новая, цветущая Европа фюрера и – смерть, вот что ожидает человечество…

Вообще-то рыбы – это наши младшие братья, и мы не должны были бы убивать и есть их, потому что это жестоко. И все же ваша добрая мать вот-вот положит их на сковороду, чтобы зажарить.

Она улыбнулась мужу, очевидно, не расслышав его слов, он резко ударил ногой по стулу — и всё было кончено.