Трэйнспоттинг

Говорят, для того чтобы узнать город, нужно в нём пожить, но чтобы его по-настоящему увидеть, нужно приехать в него впервые.

"Я признаю, что наркотики - это нехорошо, но кошмар, в который превращает жизнь любовь... О нём даже подумать страшно".

Я перевернул Бегби на спину и обнажил его истекающий спермой, вымазанный в земле елдак. Чувак тайком вырыл своим раскладным ножом ямку в мягком дёрне и втихаря вздрючил поле. Я заржал. Бегби тоже. В те времена он был проще, пока не поверил в себя, и надо сказать, мы все считали его отпетым психом.
— Так ты онанист, Франко! — сказал Гэри.
Бегби спрятал свою шишку и застегнул ширинку, а потом набрал в пригоршню спермы, перемешанной с землёй, и размазал её Гэри по лицу.

Я перестал наезжать на него, зная, что это пустая трата сил. Видимо, его безмолвные страдания были настолько мучительными, что даже я не мог их усилить.

Он всегда говорил, что официанты обладают властью: никогда не трогай официанта.

Спрыгнуть и снова подсесть - это все равно, что вернуться в тюрьму. Каждый раз, когда садишься в тюрягу, вероятность того, что ты сможешь изменить свою жизнь, уменьшается. То же самое, когда снова присаживаешься на "черный". Уменьшается вероятность того, что когда-нибудь ты сможешь обходиться без него.

Столько кругом разговоров о молодежном вандализме, но почему все молчат на предмет психического террора, который беспрестанно творят пенсионеры?

Нет денег - не нажрёшься.
Есть деньги - нажрёшься,как свинья.
Нет чувихи - не с кем потрахаться.
Есть чувиха - постоянные ссоры,шагу без неё не ступи.

Я могу двигаться. Я делал это раньше. Согласно определению, мы, люди, - движущаяся материя. Но зачем двигаться, если все, что тебе нужно, у тебя под рукой?

Они могут быть где угодно. Их вообще может нигде не быть. Они могут вернуться с минуты на минуту. Они могут не вернуться никогда.