Семейная жизнь весом в 158 фунтов

Перво-наперво, я перевела неведомые забугорные фунты в православные пуды. Но это не сильно помогло... Короче, речь идет о примерно 70 кг. Опять решительно ничего не понятно. Тогда, раз уж речь идет о семейных взаимоотношениях, я порешила погуглить на тему среднестатистического веса мужчин и женщин. И тут промашка! В общем название так и осталось для меня загадкой. Может это какой-то национальный или лингвистический мем?
Всего несколько раз был у меня такое что сначала книга мне не нравилась а затем я находила не что-то привлекательное. Так было О'Брайеном и его пивными речками . Если говорить о впечатлениях от "Семейной жизни" Ирвинга, то самое начало романа вызывает преимущественно негативные эмоции. Во-первых, тема произведения. Книга про свингеров! Причём свингеров -интеллигентов: 2 семейные пары, сильные половина которых подвизается на ниве университетского образования. Когда-то давным-давно я читала православную книгу о психологии семейной жизни. Причём православный - это не эпитет, книга действительно была написана профессиональным психологом, которая в последствия стала монахиней. Так вот, по тексту разбирались различные сексуальные извращения. Автор приводит забавное сравнение бисексуалов и свингеров с маленькими ежиками. Новорожденные ежики имеет такую особенность как поглощать пищу пока не сдохнут от разрыва желудка. Так и некоторые люди в погоне за удовольствием пытаются попробовать всё, до чего могут дотянуться, пока не обожрутся и не лопнут. По-моему, очень интересное сравнение, только боли в желудке заменяются душевной болью. Тема свингеров, очень неоднозначная, вызывает во мне больше негативных чувств, ну, кроме бугагашенбки.
Во-вторых, начало романа мне очень напомнила первую часть из могилы,ту самую, где про скотобойню и принцесску с замашками мадам Бовари. Здесь описывается детство одной из героинь, как можно догадаться их 2. Во время Второй мировой войны, когда советские войска вошли в Австрию, матушка Утчки (да, такое имя) забила корову и спрятала дочку внутри трупа, дабы советские солдаты её не убили и не изнасиловали. Девочка довольно продолжительное время провела внутри мертвой коровы, пока её не нашёл советский офицер, который впоследствии и приютил девочку, воспитал и вырастил. Мать её к тому времени была уже убита извергами-оккупантами. Такое кроваво-черное описание советской армии вызывает негодование. Я понимаю, что для Австрии, лояльной к фашисткой Германии, Советский Союз казался не освободителем, а оккупантом, но автор уж очень сгущает краски. Этот лютый негатив по поводу важной и даже, не побоюсь этого слова, священной для меня темы помноженный на сочное описание свингерских взаимоотношений вызывали чувство омерзения.
В-третьих, персонажи: Утчка, которая будто бы вновь является на свет из коровы, по натуре своей той же корове и уподобляется. Очень терпеливая, спокойная бессловесная и безответная, она знает об изменах своего мужа, но закрывает на это глаза и топит горе в бутылке.
Главный герой, от лица которого ведется рассказ, весьма эгоистичный мужчина. У него было множество любовниц ещё до этой свингерской истории. И пожалуй, он единственный получал истинное удовольствие от ситуации.
Вторая пара. Богемная писательница Эдит, вся такая возвышенная, никудышная мать. Да, у обоих пар есть по двое детей.
Северин - тренер бойцовского клуба . Этим всё сказано. Он тоже родом из Австрии, а его мать работала натурщицей, оказывая и интимные услуги.
И в результате имеем двух австрийцев и двух американцев, двоих благополучных людей и двоих с трудным детством, которые порешили развлечься свигертвом. Интересный, но не очень лицеприятный расклад.
Но хороший писатель потому и называется хорошим, даже из такого весьма сомнительного материала он способен создать умную интересную книгу. К финалу книги моя оценка романа значительно повысилась, ежики наелись и начали взрываться...
В целом финал у книги открытый, но все же он оставляет надежду на хэппи энд.

У меня в багаже уже пять прочитанных до этой книг Ирвинга. И я смело могу назвать его одним из своих любимых авторов. И, приступая к чтению, я, в целом, была готова к тому, что меня ждет. Что переходит из книги в книгу — добротно, но при этом психологически тонко прописанные герои и новая порция извращений (ну, с точки зрения того, кто этим конкретным извращением не страдает. Понятно, что для кого-то оно норма жизни).

Как и в прочих своих книгах автор подходит к препарированию чужих жизней и тараканов очень непредвзято. Вроде как склонил голову при чтении на левый бок, кажется, что описывают норму жизни, склонил на правый — а, нет, вроде что-то все-таки не то. Не понятно, как сам автор относится к тому, о чем пишет.

Он пишет о по-настоящему страшных вещах. Я не могу читать о таком у большинства других авторов — оккупация, гестапо, пытки, изнасилования во время второй мировой и чуть после, когда война уже закончилась, а солдаты еще не остыли. Очень много (страшных) моментов из истории я узнаю именно от Ирвинга. Потому что — спасибо ему за его отстраненность, безнадрывность, — я могу читать его книги и не рыдать навзрыд кровавыми слезами.

Эта книга вроде ничем не отличается от других. Но при этом она объективно слабее. Не могу понять, в чем это выражено, но от таких шедевров, как "Мир глазами Гарпа", "Правила виноделов", "Молитва об Оуэне Мини" и "Отель Нью-гэмпшир" ее отделают просто сотни километров! Даже до "Мужчины не ее жизни" она не дотягивает. У меня было много претензий к последней, но она меня все-таки цепляла. А эта нет.

Читаешь, вроде достаточно интересно, нет желания отложить книгу в сторону. Удивляешься, конечно, всем этим странным людям и их странным представлениям о прекрасном, но если их внутри их группки все устраивает и они получают удовольствие, то почему бы и нет? Но книга меня почему-то не вывела ни на какие эмоции вообще (хотя обычно их море. Только о совсем страшном Ирвинг пишет так, чтобы не передавить). Может быть, прошло еще недостаточно времени и книга должна перевариться внутри? Но вряд ли. Все предыдущие книги автора впечатляли меня настолько, что я ходила оглушенная еще несколько дней после дочитывания. И до сих пор, спустя даже много лет, многие события из книг проходят перед глазами красной пунктирной линией.

А вот "семейную жизнь" — есть у меня такое ощущение — я начисто забуду уже через несколько дней. И с оценкой прямо теряюсь. Кажется, что четверка для нее это слишком щедро! А три с половинкой кажется как будто мало. Видимо, к третьему роману автор еще не развил в достаточной степени свой писательский талант. Начинать знакомиться с творчеством автора с этой книги точно не рекомендую.

Неоднозначная и на первый взгляд простенькая история Ирвинга обнажает более сложные узоры в отношениях и характерах героев по мере прочтения. Кто-то роняет с ухмылкой «инструкция для свингеров», кто-то посмеивается и бросает шутки о шведской семье, кто-то фыркает, цедя «бессмысленная порнуха». Да, и первое, и второе, и третье, и еще кое-что на десерт.

Семейная жизнь подчас оказывается куда тяжелее 158 футов, переваливая иногда за такие отметки, когда уже кажется невозможным держать ее на своих плечах, когда кажется, что и держишь ты ее уже один, и мелькают страшные мысли, что держать уже нет сил да и незачем. Но стоит чуть скосить глаза и можно заметить, как и второй человек исходит испариной, задыхается, дрожит от напряжения, пытаясь удержать этот, казалось бы, неподъемный груз, бывший вначале невесомым ласковым ветром, подхватывающим обоих, заставлявший парить далеко от земли. Невольно задумываешься – что налило его свинцом, в какой момент? Кто виноват и есть ли вовсе виноватые? А потом снова держишь, держишь, а если еще и дети, так вообще боишься, что придавит их, разобьется тяжелое стекло над их головами и обцарапает в кровь, где каждая ваша ссора оставит шрам, долго затягивающуюся рану на их душах.

Ничего нет удивительного в том, что такой паре в какой-то момент приходит мысль, что вдвоем держать этот груз, конечно, можно, а вчетвером ведь куда легче. И находится еще одна такая семья, со вздувшимися жилами на шеях, с багровыми лицами, фыркающая друг на друга с презрением и бесконечной усталостью. Какое отдохновение увидеть таких же, как вы, какое облегчение держать эту все тяжелеющую семейную жизнь вместе, эту чугунную гирю брака. Лишь многим позже понимаешь, что вместе с помощниками приходит и их фактически неподъемный груз тоже, и они будут рассчитывать от вас на такую же поддержку и помощь. И вот уже казавшаяся очень разумной и продуманной затея, превращается в еще большую каторгу, в поедание стальных блинов на бесконечном пиру во время борьбы.

Каждый из героев борется по-своему, не столько друг с другом, сколько с самими собой. Как они объясняют сами себе – за свободу, за независимость друг от друга, за возможность делать, что хочется, за собственное счастье, за отдохновение души и тела, за будущее, в которое ни один не хочет смело смотреть вперед и стыдливо опускает глаза. Потерявшие за семейную жизнь свой истинный облик, свое «я», способность наслаждаться самими собой и друг другом, каждый готов перегрызть глотку и сопернику и своей же паре. Дело заходит слишком далеко, когда ревность и страдания одного накрывают волной всех и заставляют вспыхнуть сомнения внутри каждого. Может они и не гасли со дня встречи, эти подозрения в каждом из них.

Писательница, которая пытается написать стоящий роман, много курит, тонко сложенная и открытая для искусства, для размышлений и анализа, для свободомыслия. И увалень-борец, неуклюжий в жизни, но ловкий на матах, проведший детство в оккупированной Австрии, рассказывающий небывалые истории, тараторящий в совершенстве по-немецки, категоричный, со своим непререкаемым мнением обо всем, тренер и профессор. Как идеально подходит им другая пара – сам рассказчик, писатель исторических романов (на мой взгляд бездарный плоско мыслящий дурак, который так и просит денег у родителей на сумасбродства и не нашедший твердой почвы под ногами и своего места в жизни). И его жена, высокая и широкобедрая австриячка, переводчица, сирота, с коровьим именем, с добрым и любящим сердцем. Как чудесно было бы им поменяться партнерами, какие гармоничные союзы могли бы выйти, если поменять всего двоих местами! И какое жуткое месиво получается, когда они пробуют это сделать. Еще жутче все складывается, когда все пробуют делать вид, что их совсем не трогает сложившаяся ситуация, даже радует. Непостижимым образом, все выходит совсем не так, как предполагалось, их расшатавшиеся браки вовсе выходят из-под контроля и грозят похоронить под собой две семьи с детьми, домами, историей отношений…

Говорят, противоположности притягиваются. Смотря, что друг другу противопоставлять. Возможно, притягивается как раз схожая деталь, единственная, но фактически неуловимая, скрытая под многими слоями разных привычек, взглядов на вещи, мнений о жизни и людях, занятиях, внешнем и наносным, и тихонько проявляющаяся, когда утренний ветер смахивает с нее песок на первом совместно встреченном рассвете, видная только двоим и всегда двоим.

Концовка разочаровала более всего, пожалуй. Смутная, неожиданная, скомканная, оборванная, с ненужными намеками на возможное продолжение этой истории, она оставляет некрасивый след, как оставляет гиря скол на деревянном полу, когда ее уронишь, не удержав в слабеющих пальцах.

«И опять у меня возникло старое чувство, что чем больше мы друг друга узнаем, тем меньше знаем».
В центре повествования романа – любовный четырехугольник. Две семейные пары, что называется, дружат домами, ведь у них так много общего: увлечение сочинительством и борьбой, и те, и другие когда-то жили в Австрии, в послевоенной Вене. У каждой из пар - по двое детей и по восемь лет жизни в браке. Чем больше узнаешь каждую пару, тем больше понимаешь, что семьи, возможно, были бы более гармоничными, если бы поменялись партнерами. К тому же, сексуальное влечение друг к другу каждого из супругов в отдельно взятой паре заметно притуплено. В этот момент супруги отваживаются на смелый эксперимент – поменяться супругами. Многообещающий эксперимент очень быстро выходит из-под контроля.
Что остается в итоге? Тяжелейшие психологические травмы, о которых Ирвинг не пишет напрямую, показывая только верхушку айсберга. Также автор напоминает, что за все надо платить, а бывает, что дети платят за грехи своих родителей.
Роман написан добротно и интересно, увлекает запутанность чувств, отношений.
Но роман не исчерпывается темой секса. Всех своих персонажей Ирвинг снабжает интереснейшими биографиями, показывает яркие картины послевоенной Европы. Правда, немного коробит то, что русские представлены в романе изуверами, которые неистовствовали с особой жестокостью,хуже гитлеровцев.
Однако основное действие происходит в Америке, поэтому автор предлагает на свою трактовку американской мечты.
Мечта для главного героя романа, от лица которого ведется повествование, - не деньги, а простое семейное счастье.

Джон Ирвинг - прекрасный романист. Я зачитывалась его "Миром глазами Гарпа" и была в восторге от "Мужчин не ее жизни". Его романы очень целостны и полноценны. Очень не многим авторам удается создавать истории с большим количеством сюжетных линий и персонажей, чтобы при этом каждая линия была реалистична, интересна, напряженна и окончена, чтобы каждый персонаж обретал плоть и кровь в нашем воображении. Ирвинг рассказывает необычные истории, печальные, иногда неприятные, но они всегда дотрагиваются до ваших чувств. Проживая жизнь каждого героя, становишься немножко мудрее, но циничнее. Джон Ирвинг - это интеллектуальная литература без претензий на особую популярность и гламурность. Но именно этим она и завоевала своего читателя - простотой и искренностью.

"Семейная жизнь весом в 158 фунтов" - один из первых романов Ирвинга. Читая его, трудно поверить, что это тот самый Джон Ирвинг, автор "Мира глазами Гарпа". Трудно поверить, что именно этот человек создаст спустя всего четыре года один из величайших романов современной американской литературы. Меня "Семейная жизнь..." разочаровала. Там нет ни одного достоинства, присущего прозе Ирвинга. Все то, что я говорила об Ирвинге сегодня не имеет, к сожалению, почти никакого отношения к "Семейной жизни...". Здесь бледные образы героев, сюжетная линия не прописана, нет яркости, нет эмоциональности. Книга вызывает раздражение тем, что автор будто ходит по кругу, в сотый раз пережевывая дурацкую историю супружеской неверности и пытаясь вывести какую-то мораль, так и оставшуюся, вероятно, загадкой даже для него самого.

Я не знаю, что сказать об этой книге, кроме того, что она мне, совершенно, не понравилась. Взялась за нее, потому, что ещё ни разу не читала книгу о свингерах, и мне стало интересно. Но этот интерес был забит первыми четырьмя главами. Да, они были нужны, автор описывал прошлое героев, но блин, как же нудно это было! Нет, военная тематика, была интересна, хотя я и избегаю этой темы в книгах, но сам слог повествования мне не понравился. Дальше я читала книгу из чувства - НУЖНО дочитать. В общем, книга о двух семейных парах, решившихся внести разнообразие в свою сексуальную жизнь. С самого начала, автор показывает, что не все так гладко у них шло, как хотелось бы. И, конечно, эта затея хорошо не закончилась.
Есть в книге несколько моментов, которые выделяются на фоне всей истории, но они не спасли положения. Не знаю буду ли дальше знакомиться с творчеством автора, говорят у него есть книги поинтереснее, но пока, я не хочу это проверять.

В Питере нетипичная жара, в комнате температура 30 градусов по Цельсию. Плавится сыр, пластик на солнце, мозг читателя и отношения в романе Джона Ирвинга. Возможно, именно так и стоит читать это произведение - потным, в трусах, прилипая к стулу. Ведь само произведение перетекает из влажного жара сложной связи на две семьи в сухой жар ярости друг на друга. Притом всё это тягучее, приправленное запахами мужского пота и женских духов. Не важно, где происходит действие на самом деле, ощущение такое, что герои не выходят из борделя в стиле рококо (такого, с тяжелыми драпировками и перьями).

Что ждет читателя, рискнувшего проникнуть во влажные недра "Семейной жизни"? Четыре человека, постепенного разоблачаемые автором до глубин их душ. Две семьи из серии "противоположности притягиваются", которые познакомились и вступили в странную связь на четверых: боксёр и писательница; писатель и домохозяйка; писательница и писатель; боксёр и домохозяйка. А иногда и в других сочетаниях герои любят друг друга и занимаются друг с другом сексом. И многие их размышления посвящены именно различию этих понятий. Кстати, сразу стоит предупредить ханжей - в борделе без секса никак, так что его тут будет много и с подробностями. Но это не создает ощущения, что автор просто наслаждается этим - все эти сцены служат цели больше раскрыть нутро персонажей.

Вторая основная тема - это борьба. Когда два потных тела переплетаются... в общем, да. Именно этот вид спорта явно был выбран автором не зря - все трения героев можно рассмотреть не только через призму секс/любовь, но и через призму секс/борьба. И, конечно, речь во втором случае идет не про физическое взаимодействие, а про психологическое. Упёртый боксёр, вставший в защитную стойку и давящий этим окружающих... об этом лучше читать самому, просто имея в мозгу эту ассоциацию. Ну и в целом, роман построен как борцовский поединок - в процессе постоянно прерываются на то, что бы рассказать предыстории того или иного соперника, раскрыть его болевые точки и сильные стороны, что бы потом противники использовали их против него (или неё, конечно).

Борцовский матч в борделе или секс на ринге - что бы это ни было, наблюдать за этим интересно и немного стыдно - бордель всё же. Но именно благодаря этому автору удаётся добраться до самых тайных мест человеческих душ. Да, не самых стандартных, но от того только более интересных.

... прятать боль под броней речей? не нуждаюсь в их обороне я (c)

книга иронично повествует о том,

• как важно работать над отношениями
• на что готов любящий человек, чтобы сделать кого-то счастливым
• где начинаются и заканчиваются границы эгоизма в семейной жизни
• где начинаются и заканчиваются иллюзии и самообман в любви и браке
• каковыми могут быть ощущения двух свингующих (?) пар
• что изменяя, мы не всегда изменяем кому-то - возможно, мы изменяем самим себе
• что за измены приходит расплата, и платим не только мы, но и наши дети (тема разбитого стекла в ванной)
• что любовью невозможно поделиться, и третий (четвертый, пятый, восьмой) - всегда в отношениях лишний

читается легко и быстро - Ирвинг был бы не собой, ели бы не добавил юмора, в меру

Это что, а-ля Эмануэль, думала я читая роман дойдя почти до середины? Несколько раз порывалась бросить, так как свинг в семейных отношениях для меня не приемлим, если мое, то я ни с кем это не могу делить. Но останавливало меня то, что автор очень хорошо раскрывает героев, как хороший хирург тщательно копается внутри.
Что толкнуло две семейные пары, на первый взгляд благополучные , и любящие друг-друга, пойти на такой шаг, как свинг? В истории Северина и Эдит была измена, и обмен партнерами мало-мальски понятен. Но вот что толкнуло главного героя и Утч на этот шаг мне не понятно, разве что распущенность главного героя.
И что же мы видим в итоге? В итоге мы видим четверых несчастных людей, которым этот опыт принес еще больше страданий, и пропасть стала еще шире.