Отзывы о книге Тайфун

Как там говорят? На верхних палубах «Титаника» до последнего играла музыка? Признаюсь, мне хотелось, чтобы в какой-то момент заиграла музыка и на пароходе «Нянь-Шань», бороздящем просторы китайского (sic) моря. Ничто, увы, не отвлекает внимания от страшной бури, в которую попало это судно вместе с командой и капитаном, молчаливым и загадочным мистером Мак-Виром. Агонию корабля приходится переживать без анестезии, под аккомпанемент ветра и волн.

Эмоционально я оценила рассказ на «тройку». Однако если подходить объективно, следует повысить оценку.

Во-первых, произведение Конрада любопытно со стилистической точки зрения. История корабля, атакуемого тайфуном, передана атмосферно и выразительно. При этом в тексте практически нет нелюбимых мною претенциозных словесных фестонов и велеречивых фраз.

Во-вторых, автор использует новаторский для своего времени литературный приём, который иногда называют «многоточием в литературной короткометражке».

В-третьих, это произведение Конрада, так же, как и его «Лагуна», способно завладеть воображением читателя. Для этого погружения нужно настроиться на соответствующую волну. Со мной это не сработало, возможно, потому что я сейчас не воспринимаю многословие. Нет желания тратить время на несколько параграфов, когда их можно уместить в несколько предложений. Такой личный штрих, рассказ здесь ни при чём.

Итак, очертив контур своих впечатлений, рассмотрю «Тайфун» поближе. Образ капитана Мак-Вира непрост. Он неразговорчив, не понимает юмора и иронии, каждое слово воспринимает буквально. Послушаем юмористичный диалог между Мак-Виром и его помощником Джаксом.

Сегодня некоторые из черт капитана могли бы отнести к аутическому спектру. Мак-Вир не способен представить то, чего он никогда сам не испытывал. Прежде ему не приходилось попадать в тайфун. Испытание станет для него настоящим вызовом. Справится ли Мак-Вир с руководством кораблём в критический момент, когда вода заливает палубу? Сможет ли принять верное решение?

Рядом с капитаном мы встречаем его первого помощника, мистера Джакса. Он производит в целом благоприятное впечатление. На фоне замкнутого Мак-Вира Джакс кажется живым и человечным. Джозеф Конрад сам служил помощником капитана на корабле. Вероятно, в рассказе он воплотил и свой опыт.

Мак-Вир скучает по своей семье - супруге и детям. Свои эмоции сдержанный капитан выплескивает в письма, где он рассказывает домашним о своих морских буднях. Семья не спешит отвечать ему взаимностью. Ни жена, ни дети не ждут приезда Мак-Вира. Для них вполне комфортна ситуация, когда они живут в уютном доме, а муж и отец плавает где-то там, за тридевять земель. Предфинальная сцена, где жена читает письмо капитана, произвела на меня действительно сильное впечатление. Возможно даже именно её, а не картину грозного тайфуна, я запомню из этого рассказа. За довольно скупыми строчками скрывается история жизни.

Должна сказать, похожие мысли посещали и меня во время чтения этого небольшого произведения. Хотелось выхватить главное, пропустить абзац здесь, описание там…

Нельзя не отметить, характерное для эпохи расистское отношение к китайцам, которых разместили на нижних палубах. Отношение к их судьбе передано несколькими словами.

– Пассажирах? – степенно удивился капитан Мак-Вир. – Каких пассажирах? – Да о китайцах, сэр, – пояснил Джакс, жалея о том, что заговорил.

Подводя итог, скажу, что это неплохая приключенческая история с привкусом морской соли и «шумом воды, тяжёлым плеском, глухими ударами волн». Кому-то могут быть интересны мореплавательные термины, которыми изобилует рассказ.

Капитан Мак-Вир обладает характером нордическим, стойким. И некоторой узколобостью. и полным, что уж там, наиполнейшим отсутствием воображения. Когда-то, когда он был юным капитаном Мак-Виром, он читал про тайфуны в морских книгах, ну так и что ж, что барометр шалит, и широта подходящая, и сезон самый тот - мало ли, что люди в книгах пишут, всё ерунда.

А ты, читатель, с затаённым дыханием следи, как швыряет теперь судно, как стихия разносит в щепки хрупкие деревянные людские скорлупки спасательных шлюпок, как команда сходит с ума от ужаса, не теряя при этом как-то юмора и героического настроя.

Рассказ-катастрофа - явление, пожалуй, не уникальное, но вот экспозиция героев - она аж до мурашек хороша. Тут и храбрый в виду полной стоеросовости капитан, и отчаянные помощник Джакс и механик Саломон, письмами которого зачитывается дома его восторженная жена. Да так, что соседи, и даже пастор, считают её немного блаженной, так как все фразы она начинает с "Саломон говорит".

Герои такие живые, что ты их видишь, голубчиков, прямо глазами - вот огромные руки, вот мясистые уши, вот поджатые неразговорчивые рты. И если, например, Сапковский любит добавлять в свои тексты запахи, то Конрад не стесняется на всяческие кинестетические подробности, да так, что хочется выжать промокшую от морской воды рубаху после чтения, да вылить по стакану воды из каждого тапка. Люблю такое.

Упорно кажется, что я чего-то не понял. То есть как бы читать было местами интересно, местами я "выпадал", не из-за плохого языка или чего-то еще, а из-за того, что описываемые события мне не близки и я не вживаюсь туда. Вот была бы книжка про самолеты - это дааа.) Стоить отметить и то, что книга была написана в 1902 году, и тогда, мне кажется, книги писались для чего-то другого, нежели сейчас. А конкретнее для того, чтобы рассказать людям о том, чего они никогда не видели и не увидят. Например тайфун в океане, шторм, смывание всего сущего с палуб и прочих романтических морских развлечений. А вообще, книга, наверное, о капитане. Капитана мне сразу, с самого начала, стало очень жалко, потому что его не любит жена. И дети не любят. И вообще, какое-то потребительское отношение к нему, то есть совсем. И команда считает его двинутым. То есть он вообще никто и звать его никак. Вы уже печалитесь? Вот и я. А что хотел сказать автор, я не понял, метания какие-то. Метания корабля в волнах, метания капитана в своих жизненных принципах, метания, метания.

Флэшмоб (2 из 10)

! Данная рецензия является частью общей рецензии на сборник произведений Джозефа Конрада «Сердце тьмы. Тайфун. Фрейя Семи островов» от издательства «Азбука» из серии «Мировая классика» (ISBN: 978-5-389-25826-6). Рецензия на сам сборник и краткая информация о Конраде и его творчестве тут: https://www.livelib.ru/review/5206741-serdtse-tmy-dzhozef-konrad

*** Как и роман «Сердце тьмы» (см. мою рецензию), новелла «Тайфун» сначала была издана частями в журнале «Pall Mall Magazine», а затем уже отедльным томом в 1902 году. Сюжет в «Тайфуне» снова же весьма незамысловат. Капитан Мак-Вир отправляется в плавание на небольшом пароходе «Нянь-Шань». На его борту возвращающиеся домой сезонные китайские работники «кули». Капитан – человек, в первую очередь полагающийся на свой опыт и на текущее положение вещей. Путь «Нянь-Шаню» преграждает огромный разрушительный циклон, но Мак-Вир не привык «обходить горы» и решается пройти циклон насквозь. Все оставшееся повествование займет подробнейшее описание преодоления тайфуна в открытом море на скромном судне, которое прибыв в порт назначения будет иметь такой вид:

«Пароход, казалось, был использован как плавучая мишень для батарей крейсера. Град мелкокалиберных снарядов не мог бы сильнее разбить, изодрать и опустошить его надводную часть; он казался изношенным и усталым, как будто побывал на краю света. И в самом деле, несмотря на короткий рейс, судно пришло издалека: поистине оно видело берега той великой страны, откуда не возвращается ни один корабль, чтобы предать земле свой экипаж. Оно было инкрустировано серой солью до самых клотов мачт и верхушки трубы, словно (как заявил один веселый моряк) «экипаж выудил его откуда-то со дна моря и привел сюда, чтобы получить вознаграждение». И, в восторге от своей шутки, он предложил за судно «в том виде, как оно есть» пять фунтов».

*«Тайфун» (иллюстрация Г. Фитингофа)

Перед вами не что иное, как «производственный роман». К слову, в нем Конрад одним из первых подробно описал слаженную работу команды на пароходе (до этого «героями» таких произведений в основном становились парусные суда). Как всегда, в основу истории положен личный опыт автора, а капитан Мак-Вир существовал в реальности, и под его началом некоторое время ходил будущий писатель.

«Я попытался почти что с сыновним чувством передать пульс жизни, бьющийся в безбрежном океане, в сердцах простых людей, которые от века бороздят морские просторы, а также живую природу кораблей — создание их рук и предмет их неустанной заботы».

В этой новелле есть ряд отличных образов. Чего только стоит портрет самоуверенного капитана Мак-Вира в один абзац:

«Воображения у него было ровно столько, сколько требовалось на каждый текущий день, и потому он был спокойно уверен в себе. По этой же причине в нем не было ни капли тщеславия. Только наделенное воображением начальство бывает обидчиво, высокомерно, и ему трудно угодить, но каждое судно, каким командовал капитан Мак-Вир, было плавучей обителью мира и гармонии».

Не менее интересно и описание его семейных отношений:

«Капитан, верный фактам, — только они и доходили до его сознания, — добросовестно трудился, излагая их на многих страницах. Дом с красивым портиком, куда адресовались эти письма, находился в северном пригороде; перед окнами был крохотный садик, а в парадной двери красовалось цветное стекло. За этот дом он платил сорок пять фунтов в год и не считал арендную плату слишком высокой, ибо миссис Мак-Вир — претенциозная особа с тощей шеей и презрительной миной — считалась леди и была признана соседями за таковую. У нее была одна тайна: она смертельно боялась, как бы ее супруг не вернулся с намерением навсегда остаться дома. Под той же крышей проживали еще дочь Лидия и сын Том. Эти двое были едва знакомы с отцом. Они знали его как редкого гостя, привилегия которого — курить по вечерам в столовой трубку и спать в доме. Долговязая девочка, пожалуй, стыдилась его, а мальчик был к нему откровенно равнодушен и проявлял это чувство с восхитительной прямотой, свойственной его возрасту. А капитан Мак-Вир писал домой с берегов Китая двенадцать раз в год и выражал странное желание, чтобы о нем «напоминали детям»; подписывался он всегда — «твой любящий супруг» — с таким спокойствием, словно эти слишком привычные слова совершенно стерлись от употребления и потеряли всякий смысл».

Ни добавить, ни убавить… А вот и кредо капитана - идти напролом:

«Никто еще не слыхивал от него такой длинной тирады. Джакс, держась руками за притолоку, походил на человека, созерцающего чудо. В глазах его отражалось безграничное изумление, а физиономия казалась недоверчивой. — Буря есть буря, мистер Джакс, — резюмировал капитан, — и пароход должен встретить ее лицом к лицу. На свете немало бурь, и нужно идти напролом, без всякой «стратегии бурь», как выражается старый капитан Уилсон с «Мелиты». Недавно на берегу я слыхал, как он рассказывал о своей стратегии компании судовладельцев, они сидели за соседним столиком. Мне это показалось величайшим вздором… Маневрируя, — кажется, именно так он выразился, — ему-де удалось увернуться от ужасного шторма и все время держаться от него на расстоянии не менее пятидесяти миль. Он это называет мастерским ходом. Откуда он знал, что на расстоянии пятидесяти миль свирепствует шторм, — никак не могу понять. Это походило на бред сумасшедшего».

*Иван Константинович Айвазовский. Море (1881) Уникальная особенность этого произведения заключается в том что, то время, которое вы потратите на прочтение этой стостраничной новеллы, практически совпадет со внутреннем временем в ней, за которое хрупкий «Нянь-Шань» под управлением своего дерзкого капитана будет преодолевать бурю. Это короткий роман в стиле «real-time», и этот прием усиливает впечатления от него. Забавно, что когда «романное» время совпадает с реальным, это отсылает нас к определению «порнографии» по Умберто Эко, но сегодня не об этом… Борьба команды корабля со стихией достойна восхищения. Конрад скрестил в «Тайфуне» трагедию с оттенком эпического жанра, и отсраненность от лишних эмоций настоящих профессионалов своего дела.

«Он сознавал свое спокойствие, неумолимое спокойствие; в действительности же это был страх, — правда, не тот гнусный страх, который заставляет человека порядочного испытывать отвращение к себе самому. Скорее это было вынужденное духовное отупение. Оно вызывается длительным напряжением во время бури, предчувствием надвигающейся катастрофы; тут играет роль и физическая усталость: человек устает цепляться за жизнь среди этого хаоса. Усталость, пронизывающая и предательская, которая проникает глубоко в сердце человека и заставляет это сердце сжиматься, — сердце неисправимое, выбирающее из всех даров земли, включая и жизнь, только покой».

И напоследок, самое удачное предложение романа, показывающее стремительность начала тайфуна:

«Когда Джакс вытер с лица соленую воду, все звезды на небе уже исчезли».

Без всякого на то желания, был вынужден на несколько часов погрузиться в мрачную атмосферу опасного мореплавания. Без компромиссов. Героям повести досталось ужасное погодное явление - они попали в область тайфуна, причем случилось это неожиданно, отличная погода в короткое время сменилась ужасной бурей и ещё более ужасным тайфуном. Конечно же автор - опытный мореплаватель, иначе не смог бы он так подробно и в деталях описать события того памятного для героев книги дня. В этом - достоинство повести.

Более скучной мне показалась та часть повествования, которая описывает дополнительную проблему, возникшую у капитана судна, едва сумевшего спасти судно, команду и пассажиров от, казалось бы, неминуемой гибели. Но вот что не удалось спасти - так это значительную часть багажа пассажиров. И на что особо сетует автор: пассажиры были торговцы-китайцы, и во время шторма их сундуки с пожитками и деньгами раскрылись, перемешались и частично было утрачено их содержимое. В масштабах произошедшего природного бедствия проблема раскрытых сундуков мне показалась такой низменной... Но капитан судна озабочен этой проблемой в высшей степени, ибо он считает, что китайцы его не простят. Так что, пережив глобальный тайфун, он уже готовится к локальному.

Кому интересно, что произошло дальше и как капитану судна удалось выпутаться из этого скандала - читайте в "Тайфуне".

Сумбурная, но яркая повесть, притянула моё внимание и оставила послевкусие соленого страшного океана, по сравнению с мощью которого мы ничтожные песчинки.

Эта повесть мне понравилась намного больше, чем «Лорд Джим». У меня есть теория, что чем больше читаешь произведений того или иного писателя, тем больше привыкаешь к его языку и легче воспринимаешь текст.

С «Тайфуном» именно это и произошло. Небольшую повесть я прочитала за считанные часы; мне так не хотелось отрываться от волнующих событий, что обед готовила с книгой наперевес. В этой повести Джозеф Конрад мастерски описывает неумолимую стихию, эмоции всех членов экипажа: педанта капитана Мак-Вира, молодого первого помощника Джакса, слюнтяя второго помощника, наисерьёзнейшего главного механика Соломона Раута — все эти люди так ярко и живо написаны, будто я их сама лично знаю. Одна только сцена с капитаном во время затишья чего стоит: темнота и его попытки зажечь спичку и посмотреть показания барометра!

Я бы с радостью продолжила знакомство с этим капитаном, жаль Конрад больше не написал о нём ничего.

В отличие от романа "Лорд Джим" эта повесть мне понравилась, прочла на одном дыхании. Такое же примерно напряжение и реалистичность я ощущала, читая Э. Хемингуэя "Старик и море". Это величие стихии, стойкость и сила главных героев меня потрясают и восхищают. Капитан Мак-Вир с самого начала вызвал у меня уважение и симпатию. Его педантичность, некая приземленность, суровая простота и прямолинейность сыграли далеко не последнюю роль в поистине чудесном спасении судна. Атмосфера, язык повествования увлек меня в страну моря, стихии, смертельной опасности и простого героизма людей, просто хорошо знающих свое ремесло. Браво автору!!!