Pattern Recognition

Собственные вещи всегда угнетали её сильнее, чем предметы, принадлежащие другим. Это значит, говорит Марго, что процесс взросления зашёл слишком далеко и материальные носители самоидентификации сделались ненужными.

Дэмиен испытывает к людям какой-то абстрактный интерес: его занимают поступки, а не причины.

"Он получил утку в лицо на скорости двести пятьдесят узлов".

Я хочу сказать, что моды как таковой не бывает, она проявляется только через действия потребителей. То есть возникает групповой поведенческий стереотип по отношению к некоторому классу объектов.

Сегодня реклама товара требует гораздо больше творческих ресурсов, чем производство. Не важно, кроссовки это или фильм.

А в чате она никогда не чувствует себя комфортно, даже с друзьями. Это все равно что общаться, сидя в разных углах темного подвала. Ее раздражают краткость реплик, рваный темп разговора и ощущение, что каждый тараторит о своем.

Сон налетает, как торнадо – подхватывает, уносит в глубокую черную воронку, окружает вспышками картин, которые слишком обрывочны, чтобы их можно было назвать снами, – и опять выбрасывает на поверхность.

В такой ванной хорошо мыться перед посещением орбитальной станции. Или после расчистки чернобыльских развалин. Не хватает только советских техников в резиновых передниках, которые помогли бы снять свинцовый скафандр, а потом потерли спину жесткими щетками на длинных рукоятках.

Чем больше думаешь о том, чтоб не думать, тем больше думаешь.

История - это произвольная фантазия на тему, где и что случилось. Что и когда изобрели, что открыли, кто выиграл, кто проиграл. Кто мутировал, а кто вымер.

– В истории есть лишь одна постоянная, – продолжает Кейс. – Это ее изменчивость. Прошлое все время меняется. Сегодняшняя версия прошлого будет интересовать наших потомков не больше, чем нас интересует прошлое, в которое верили викторианцы. Для будущего наши исторические теории не имеют значения.

 – Ну что, в каком он настроении?
 – Он показал мне свой пистолет.   
 – Голубушка, это Англия, – говорит Нгеми. – Здесь у людей нет пистолетов.

Будущее есть. И оно наблюдает за нами.