Цитаты из книги Great Expectations

Я столько насмотрелся, как женщина надрывается, трудится до седьмого пота, да от горя и забот смолоду и до смертного часа покоя не знает, что теперь я пуще всего боюсь, как бы мне чем не обидеть женщину.

Чувства, вполне серьёзные у взрослого мужчины, в мальчике кажутся нам смешными.

'My name is on the first leaf. If you can ever write under my name, "I forgive her", though ever so long after my broken heart is dust - pray do it! '
'Oh, Miss Havisham', said I, 'I can do it now. There have been sore mistakes; and my life has been a blind and thankless one; and I want forgiveness and direction far too much, to be bitter with you'.

'Can I only serve you, Pip, by serving your friend? Regarding that as done, is there nothing I can do for you yourself? '
'Nothing. I thank you for the question. I thank you even more for the tone of your question. But there is nothing'.

I kissed her cheek as she turned it to me. I think I would have gone through a great deal to kiss her cheek. But, I felt that the kiss was given to the coarse common boy as a piece of money might have been, and that it was worth nothing.

Будь вечно благодарен всем твоим друзьям, мальчик, особенно же тем, кто воспитал тебя своими руками!

миссис Джо была очень чистоплотный хозяйкой, но обладала редкостным умением обращать чистоту в нечто более неуютное и неприятное, чем любая грязь.

Видит бог, мы напрасно стыдимся своих слез, — они как дождь смывают душную пыль, иссушающую наши сердца

— Значит, — продолжал я, начиная сердиться, — по вашему мнению, никогда не следует...
—...вкладывать капитал в друзей? — подхватил Уэммик. — Конечно, не следует. Разве только если человек хочет избавиться от друга, а тогда надо еще подумать, какого капитала не жаль, чтобы от него избавиться.

И от этого я снова заплакал,но только в душе,- а это самые горькие слезы

Я не знал с нею ни минуты счастья, а сам днем и ночью только о том и думал, каким счастьем было бы не расставаться с нею до гроба.

Если все дети одержимы таким же страхом, что их могут не понять, какой владел в детстве мною, — а я, не имея причин считать себя исключением, вполне допускаю, что это так, — то именно этим нередко можно объяснить, что они бывают столь молчаливы и замкнуты.

Чистоплотность, говорят, сродни благочестию, и есть люди, достигающие того же своей набожностью.

Все, что вы мне дали, я вам верну по первому вашему слову. Кроме этого, у меня ничего нет. Так не просите же у меня того, чего вы сами мне не давали, – никакая благодарность и чувство долга не могут сделать невозможного.

...но в общем было ясно, что он намерен сначала возродить Театр, а затем разом прикончить его, поскольку со смертью мистера Уопсла он понесет страшную и притом невозместимую утрату.